Родная для него - Анна Леманн

Софья

— Готово! – оповещаю Костыля, сделав последний шов на плече. – Пуля прошла навылет, задев только мягкие ткани. Что случилось-то?

— Да, Прохор взбесился, – ответил он, смотря в пол и поджав губы.

— Под горячую руку или по делу? – спокойно поинтересовалась, складывая инструменты.

— По делу, – печально ответил Костыль. – Хорошо, что ты так быстро приехала, а то Семыч рвался всё сам сделать.

— Я уже подъезжала к вам, когда Семён позвонил мне, – выкинула окровавленные бинты. — Иди давай к себе! Отдыхай! А я к Прохору зайду поговорить.

— Смотри аккуратней, – посоветовал мне мужчина. – Он с утра не в духе.

— Знаю, – протянула. – Я ему ещё утром сказала, что за мной следят. А он заорал в приказном порядке, чтобы брала всё необходимое и сюда ехала.

— Правда, следят? – обеспокоенно спросил Костыль.

У меня в этом доме со всеми приятельские отношения, и здесь все живут по правилу: «Один за всех, и все за одного». Поэтому их забота для меня привычна.

— Ага. Пару раз у университета заметила и около дома, – подтвердила, снимая перчатки, чтоб выкинуть их. – Ещё с детского дома привычка осталась наблюдать за всем, что происходит вокруг.

— Прохор тебя, наверное, за границу отправит.

— Зачем? – я аж отложила окровавленные инструменты и посмотрела на Костыля.

— Это я так, – помахал он головой, будто вычёркивая какие-то мысли.

— Нет уж! Говори, – упёрла руки в бока и посмотрела на него, как иногда Прохор смотрит. Устрашающе.

— Да, в общем, ты для Прохора ведь не чужая, а врагов, которые могут этим воспользоваться куча, – промямлил Костыль.

— Так, чего они до этого этим не воспользовались?

— Боятся.

— Тогда нет логики! Все его боятся, значит, не навредят, – пожала плечами.

— Есть те, кто не боится, – он серьёзно посмотрел на меня.

— И кто это?

— Царь! – произнёс полушепотом.

— Хмм… Что-то знакомое, – заходила по комнате в попытке вспомнить, кто это. И где же я о нём слышала.

— У Прохора из-за него дела плохо идут. А за что тот палки в колёса вставляет, никто не знает, кроме самого Прохора и Царя.

Интересненько, но не надо мне об этом знать. Если Прохор захочет, сам расскажет. А так, меньше знаешь – крепче спишь.

— Шуруй к себе! – говорю ему. – Тебе выспаться надо, а чуть позже я зайду, проверю, как ты себя чувствуешь.

— Есть, капитан! – улыбнулся Костыль и вышел.

Переодевшись обратно в гражданское, спустилась. Сразу же направилась к кабинету Прохора. Тихо постучала в дверь.

— Вон! – крикнули за дверью.

— Это Соня! – крикнула в ответ.

— Заходи, – спокойно произнёс Прохор.

Открыла дверь и улыбнулась нахмуренному мужчине.

— Почему так долго?

— Костыля зашивала, – сказала я, проходя в кабинет и садясь в кресло.

— Слежки больше не было?

— Вроде бы, нет.

— Останешься на несколько здесь. Потом вместе с Яном полетите в Мексику, отдохнуть, – деловито сообщил Прохор.

— На несколько дней? – уточнила.

— На месяц!

— А вдруг помощь моя будет нужна? – спросила, поддавшись вперёд.

— Сонечка, продажного врача в Москве можно найти за один щелчок, – как маленькой объяснил мне мужчина.