Вместе тоже можно... - Ирина Муравская

Женя, покусывая внутреннюю сторону щеки, ждала ответа, рассматривая кем-то оставленного красным маркером на стене возле номера этажа карикатурного чертёнка. Как символично.

— А бойфренд ревновать не будет? — наконец, подал голос Макс.

— Мы расстались.

Любопытно.

— Давно?

Беглый взгляд на массивные наручные часы.

— Примерно два часа и пятнадцать минут назад.

— Что так? Стало известно о твоих любовных похождениях на стороне?

Козырь нахмурилась.

— Поясни.

— Тебе виднее. Или я такой у тебя единственный?

— Я поняла, — пухлые губы, словно созданные до поцелуев, плотно сжались. — Это была плохая затея. Прости, что потревожила, — изящный пальчик с силой вдавил большую круглую кнопку, да так, что чуть не сломался длинный ноготь, но лифт уже успел уехать выше.

— Куда собралась? На улице водопад.

— Что-нибудь придумаю, — кнопку практически с ненавистью вжимали до упора, злясь за промедление. Психанув, Женя развернулась к лестнице, но Максим перехватил её за кисть. Ледяная. Да она не просто замёрзла, а задубела. — А ну пошли, чаем напою. Ещё воспаление лёгких подхватишь, — гостья застыла в нерешительности. Пришлось грозно рыкнуть. — Пошли, кому сказал!

Забренчала увесистая связка ключей и её практически силком втолкнули в просторную двушку с евроремонтом. Квартиру в новостройке Максим приобрёл пару лет назад, с нуля, полностью перестроив под себя. Намёки на стены, надуманные застройщиками, так и остались намёками, потому что гостиная, коридор и кухня стали единым пространством, разделённым узкой перегородкой-стеллажом.

Чисто, светло, уютно, нейтральные оттенки, мебель без излишества — Козырь ещё в прошлый раз оценила это. И ещё тогда удивилась. Обычно логово холостяка представляло собой подобие свалки: горы вещей, грязная посуда в мойке, пустой холодильник. Тут же всё было иначе. Всё на своих местах, на подоконнике стояло несколько неприхотливых цветочных горшков, даже пыли толком нет. Да не все девушки поддерживали такую чистоплотность, а тут парень.

Промокшие замшевые ботильоны на высоком каблуке вежливо сняли и поставили на коврик, чтобы не натекла лужа. Майер хмыкнул. Какая предусмотрительность. Помнится, в тот раз босоножки улетели аж в кухню.

— Раздевайся, — велел ей он, скрываясь за дверью, где находилась спальня. Тоже чисто мужская, в нейтральных оттенках и без излишеств.

Женя стянула с себя свитер, оставаясь в тонком белом топике. Тоже сыром. За час под дождём она успела промокнуть насквозь.

— Полностью, — снова велел хозяин квартиры, вернувшись с домашними спортивными штанами и серой толстовкой с капюшоном.

— Может ещё стриптиз станцевать? — возмутилась гостья.

— А разве есть что-то, чего я не видел? Это ты ко мне пришла. Так и делай, что говорят.

Аргумент. Она и правда сама пришла. Потому что податься больше было некуда. Так что майку послушно с себя стянули. Хоть кружевной лифчик благосклонно разрешили оставить, жестом веля вскинуть руки. Козырь покорно позволила надеть на себя мужскую толстовку, в которой она практически утонула. Но этого Максиму было мало, её с той же требовательностью заставили снять брюки и помогли натянуть на обледеневшие ноги штаны.

Женские шмотки унесли в ванную, вернувшись с полотенцем. Пока чайник кипел на плите, Женю усадили за барную стойку, принявшись промакивать мокрые волосы. Она уже ничему не сопротивлялась. Честно говоря, ей даже нравилось, что с ней обращаются, как с маленькой девочкой, хотя в детстве как раз никто за ней так и не ухаживал.

Сунутая в ладони дымящаяся кружка приятно заколола кожу иголочками. Несколько глотков и по телу медленно начало растекаться тепло.

— Согрелась? — разглядывая задумчиво-отрешённое лицо со слегка потёкшей тушью и прилипшей ко лбу чёлкой спросил Макс.

В ответ согласно кивнули.

— Да. Спасибо.

— Отлично. Тогда рассказывай.

— Что ты хочешь знать?

— Всё. Что у тебя там произошло с твоей звёздочкой.

— Поругались и расстались. Как у всех.

Не а. Судя по дрогнувшим мышцам на лице, не как у всех.

— В прошлый раз тоже ругались?

— Нет. Не совсем…

— Прекрасно, — он примерно так и полагал. — Вот ты какая, значит.

На него сердито вскинули голову.

— Какая?

— Ты мне скажи.

— Нет уж, ты начал, будь любезен — продолжи. Намекаешь, что я прыгаю из койки в койку?

— Я ни на что не намекаю. Я пытаюсь понять, что ты из себя представляешь и надо ли тратить на тебя время.

Что ж, он прав. Он ей ничем не обязан, а она ещё и в его глазах выглядит какой-то шалавой, спящей со всеми без разбору.

— Думаю, мне все же стоит уйти. Спасибо за чай, — скрипнули ножки стула, но подняться ей не дали. На худое плечо легла тяжёлая ладонь, да так, что пригвоздила к месту. Чуть коленки не подогнулись.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Пойдешь, когда ответишь на вопрос: почему ты здесь? У девушки рок-звезды не хватает друзей?

— Не хватает.

— Что, совсем нет?

— Нет.

— Знакомые, родственники…? — головой отрицательно мотнули. — Ну, на крайний случай есть отели и хостелы. Всё надёжней, чем тот, с кем ты виделась один раз.

Да. Он прав. Вот только…

— Я не могу поехать в отель.