О красивом белье и не только - Дженнифер Эшли

Спустя час после того как мы обнаружили, чем занималась наша мать в спальне с Джерри Мерфи, Дэвид стоял на пороге моей квартиры, держа в руках спортивную сумку.

– Ты не можешь остаться здесь. – Я подсластила эти слова улыбкой.

– А где? С ним и с матерью? Ну уж нет!

– Он твой друг. Это ты привел его.

– Я надеялся, что Джерри заинтересуется тобой. Тебе-то он наверняка понравился?

– Верно. Но, похоже, ему больше понравилась мама. Лицо Дэвида налилось кровью.

– И что теперь?

– Ты не можешь жить со мной, Дэвид.

Он прислонился к стене.

– Как только я подыщу себе квартиру…

– Дело в том, что со мной живет подруга и мне просто некуда тебя положить.

– Я могу спать на кушетке, мне все равно. Неужели ты вот так выбросишь меня на улицу? Я твой брат и мне некуда идти…

Кто-то сказал, что семья – это люди, которые обязаны принять тебя, когда ты к ним приходишь. Черт возьми.

– Я не смогу стирать твое белье…

Лицо Дэвида приобрело печальное выражение.

– Прежде ты всегда делала это.

– Я изменилась.

В нашей с Клариссой квартире было две спальни, между которыми находилась общая гостиная. К каждой спальне примыкала отдельная ванная комната, а гостиная соединялась с кухней.

Кларисса нигде не работала и большую часть времени спала в своей комнате, мусорила на кухне или устраивала вечеринки, однако свою часть квартплаты она вносила регулярно и всегда вовремя. Раньше мне попадались соседки, которые постоянно съедали весь мой запас продуктов в холодильнике и без конца просили взаймы, поэтому смириться с эксцентричными друзьями Клариссы было легче, чем постоянно терпеть панибратство и безалаберность безденежных соседок. Из еды Кларисса покупала в основном конфеты и пиво; эта диета привела ее к жуткому истощению.

Дэвид решил, что он будет спать на кушетке в гостиной, но все свои вещи хотел непременно разместить в моей комнате. Осмотрев содержимое моего шкафа, он решительно начал освобождать одну его половину от моих платьев.

– Не сомневайся, все твои вещи с легкостью поместятся в другой половине…

Я прислонилась к дверце шкафа и посмотрела на Дэвида.

– Джерри остается?

– Да. – Дэвид стал заталкивать ворох моих футболок в нижний выдвижной ящик, в котором лежало нижнее белье. – У них сейчас любовь. Я бы мог ночевать на яхте, каюта там в хорошем состоянии, но они теперь часто выходят в море.

Я с удивлением посмотрела на Дэвида.

– Мама всегда говорила, что ненавидит море и что у нее морская болезнь…

– Похоже, теперь она излечилась от своих недомоганий. – Брови Дэвида вопросительно изогнулись. – Господи, Бренда, сколько же у тебя трусов и лифчиков! Неужели ты все это носишь?

– Оставь мои вещи в покое! – Я торопливо выгребла из ящика белье и сложила его в купленный недавно комод. Эти старые лифчики, трусы и майки мне были уже не нужны, и именно поэтому я переложила их в нижний ящик гардероба.

Дэвид равнодушно пожал плечами, затем расстегнул молнию на своей спортивной сумке и стал укладывать ее содержимое в шкаф, а потом отправился в ванную.

Я не стала беспокоить Дэвида в ванной, переоделась и отправилась в итальянский ресторан «У Тонио», который находился прямо напротив бутика Лили Дуома. Мне надо было подумать, и еще я собиралась воспользоваться их дамской комнатой и туалетом, а потом хорошенько подкрепиться.

Довольно быстро покинув ресторан, я стала переходить дорогу и вдруг услышала визг тормозов, а затем, подняв голову, увидела прямо перед собой большой красный кабриолет. Слава Богу, водитель вовремя заметил меня, потому что, вместо того чтобы отскочить в сторону, я продолжала стоять и смотреть на приближающийся ко мне автомобиль. Я уже представляла себе, как эти огромные колеса раскатывают мое тело по дороге и я умираю, словно жук под высоким каблуком женских туфель.

К счастью, в последнюю секунду машина остановилась, при этом ее бампер оказался всего в паре дюймов от моей голени.

Водитель расстегнул ремень безопасности, и его голова появилась над ветровым стеклом.

– С вами все в порядке?

Я молчала; мысль о том, что минуту назад я могла умереть под колесами красного кабриолета, чересчур медленно просачивалась в мое сознание.

– Да… Ох… – Я отчаянно закивала головой.

У водителя были светлые, слегка взъерошенные волосы, и я, кажется, где-то его уже видела. Ах да! Та новогодняя вечеринка два месяца назад. Именно тогда я превратилась в новую Бренду Скотт.

Резко отвернувшись, я шагнула к тротуару, и тут из-за угла вылетела еще одна машина и с огромной скоростью промчалась мимо меня. Отпрыгнув назад, я снова оказалась перед капотом красного кабриолета. Мое сердце подпрыгнуло и забилось где-то у меня в горле.

Заметив, что незнакомец со светлыми волосами выбирается из машины, я сделала рывок и нырнула в магазин нижнего белья, надеясь, что сюда он уж точно не пойдет.

Однако я ошиблась: мне не удалось скрыться от него даже за вешалкой с небесно-голубыми трусиками.

– Привет, – сказал таинственный незнакомец с новогодней вечеринки, стоя передо мной и глядя мне в лицо. Светлая футболка из плотного хлопка ничуть не скрывала его бицепсы. Он был выше меня, и его прекрасные голубые глаза спокойно смотрели на меня сверху вниз.

Теперь я хорошо понимала, что чувствовал Тим в то мгновение, когда Тони столкнул его с моста. Мне казалось, что я проваливаюсь в какую-то пропасть и лечу, лечу… Вот только в отличие от Тима останавливаться мне не хотелось.