Достань меня - Маша Брежнева

Женя даже мотнул головой, пытаясь избавиться от всех этих необъяснимых мыслей.

- Я сейчас почти каждый день на стадионе, – ответила Рита, возвращая парня в реальность. – Мне кажется, я живу в форме и кроссовках.

«С такой фигурой спортивные шортики – отличный вариант», – подумал Женя и осекся, едва не сказав это вслух. Черт, да о чем он думает? Надо срочно переводить тему!

- А я скоро буду требовать пятерку по литературе за то, что книг в руках держал больше, чем весь наш класс, вместе взятый, – это парень уже произнес уверенным голосом.

- И когда же ты успел? – Рита заинтересованно посмотрела на Женю.

Он изменился за лето, и сейчас она замечала это особенно явно. Он всё ещё  был похож на того Женьку, который доводил её в младших классах и обещал «уделать» на олимпиаде по математике, с чем, кстати, успешно справился три года назад. Вместе с тем перед ней был взрослеющий парень, красивый, самобытный, какой-то новый. Только этот взгляд, за три секунды берущий разгон от «покер фэйса» до чертиков в глазах, был невероятно знакомым.

- Я летом устроился курьером в книжный к отцу. Решил пока не бросать, посмотрю, смогу ли все успевать. Мне кажется, новая классуха не будет промывать родителям мозги, что в десятом классе надо учиться, а не подработками заниматься.

- Как она тебе? Виталина в смысле. Мне показалось, что она даже слишком понравилась тебе, – Рита почувствовала, что задала глупый вопрос, хотя ей было интересно проверить собственное наблюдение.

- Она прикольная, – Женя присмотрелся к Рите, и его осенила гениальная мысль, что Ритка пытается скрыть ни что иное, как банальную ревность. – Ой, ты что, испугалась, что все мое внимание перейдет ей? Не бойся, я от тебя никуда не денусь.

Фраза получилась немного двусмысленной, но Рита поняла лишь то, что Женя все еще не планирует завязывать с их персональной войной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Я подумал, моему братцу такую подругу надо бы. А лучше сразу жену, чтобы ходил окольцованный и не рыпался.

- А что, он сейчас ни с кем не встречается?

- Этот чудик? – Женя своего брата любил, но почему-то всегда казалось, что старшим из них двоих был он сам, а не Артём. – Сейчас у него творческий кризис, не может какой-то проект завершить, говорит, ему не до девушек. Рит, тут все равно в автобусах давка, рабочий день же закончился. Пройдемся пару остановочек?

- Мне припишут суицидальные наклонности за то, что я гуляю вдвоем с тобой, – она хихикнула. – Хотя… Не поверишь, но я соглашусь.

Это как будто происходило не с ними, ведь пары остановок неожиданно им не хватило. Все мысли о том, как бы подколоть друг друга, как-то разом испарились из головы. Впервые за все время своего знакомства они по-настоящему разговаривали. Казалось бы, что нового они могли узнать друг о друге? Ведь они были знакомы уже более девяти лет. И все же, так часто бывает: если копнуть глубже, открывается то, чего ты и не ожидал увидеть.

У одноклассников, которых связывали лишь детские шалости и глупое, только им интересное соперничество в учёбе, вдруг оказалось довольно много общих тем для разговора. Женя любил футбол, которому посвятил несколько лет своей жизни. Рита, ежедневно бывавшая в обществе легкоатлетов, просто не имела выбора и прониклась симпатией к этому виду спорта. Ребята смотрели одни и те же сериалы и оба любили собак. Новость о том, что летом отец Жени завел щенка хаски, привела Риту в полный восторг. Как и то открытие, что Женя может говорить с ней серьезно, без своих фирменных приколов.

Пока они шагали пешком мимо вереницы машин и автобусов, детские воспоминания уплывали куда-то, уступая место новым, более взрослым впечатлениям. Как будто за несколько минут они познакомились лучше, чем за все годы, проведенные сначала за одной партой, а затем на соседних. Они не понимали, что это значит. Неужели, все-таки, между ними возможен мир?

Или даже больше, чем просто мир?

У Жени к десятому классу уже случались какие-то влюбленности, в прошлом году он даже встречался несколько месяцев с девочкой из параллельного класса и ходил еще на несколько свиданий, но все равно это было по-детски. Рита же до этого момента ни разу не испытывала серьезных чувств. А то, что происходило с ними сейчас, было слишком странным, не вписывалось в привычную картину мира. И когда Рита все-таки села в маршрутку до дома, а Женя уже почти дошёл до адреса очередной доставки, оба продолжали думать друг о друге, словно увиделись впервые только сегодня.

Через полчаса Женя стоял у подъезда в доме Антона и почти кричал в домофон.

- Рубас, задолбал, выходи. Поговорить надо. Нет, «увидимся завтра» не катит. Да не убежит твоя гитара, блин!

Антон вскоре спустился, вдвоём парни отошли подальше во двор и сели возле детской площадки. Это было что-то вроде традиции – сидеть там, на своеобразном «месте встречи». Рублёву не нравилось, когда его отрывали от любимого занятия – игры на гитаре, но по голосу лучшего друга он понял, что сейчас надо не упрямиться и выйти.

- Коваль, ты чего такой странный? Книжки у тебя в подворотне отжали, что ли?

- Меня клинит, – сказал Женя.

- Обалдеть, вот это новость. Счастлив, что ты узнал. А теперь я пойду домой, а?

- Антох, да сиди ты уже. Меня реально клинит.

- Заметно. Давай ближе к делу?

- Я сейчас Ритку встретил.

- И что? – равнодушно спросил Рублёв.

- И мы с ней прогулялись.

- Отряд самоубийц, не иначе.

- И самое страшное, мне понравилось.

Антон совершенно не удивился, а лишь произнес «Аллилуйя» и поднял руки к небу.

- Да неужели! Наконец-то до тебя дошло!

- Что до меня должно было дойти?

- Только дурак не заметит, что вы созданы друг для друга, – Антон притормозил, так как резкую смену настроения по глазам друга чувствовал не хуже, чем Рита. А сейчас Женя был готов просверлить взглядом своего товарища. – Ты же не любишь всяких там милашек, которым надо круглосуточно говорить об их красоте и каждые пять минут целовать в носик. Да тебя тошнит от таких, ты сам говорил! А Ритка не такая. И столько лет умудряется терпеть твой характер.

- Давайте вам памятники поставим за то, что вы меня такого ужасного терпите.