Эля. Моё чудо - Анна Дримс

Я полностью восстановилась и решила, что пора съезжать от родных, и пробовать жить отдельно, выстраивая всё заново. Когда я им сообщила о своих планах, они и слышать ничего не хотели о съёмных квартирах. Не помню, чтобы мы с ними когда-то так спорили. В итоге, сошлись на том, что я куплю квартиру на те деньги, которые остались после развода от продажи имущества, но они добавят. Так как хотят, чтобы квартира была в центре, в хорошем доме и недалеко от работы. Аргументировав это тем, что им будет спокойнее, если у меня будут хорошие жилищные условия. С одной стороны, я их понимаю, я у них одна, и они стараются оберегать меня как хрустальную вазу, пылинки сдувают… А с другой стороны, я хочу сама… Хочу сама себя обеспечивать и хоть в чём-то себя реализовать. Если не в личной жизни, так хоть в работе… Хочу видеть реальность и осознавать её, а не надевать розовые очки. Хочу быть к ней готова. Но спорить было бессмысленно, если они решили, то лучше смириться.

Через две недели я познакомилась со своей новой квартирой. Она была в центре. Дом был закрытого типа, просто так на его территорию не попадешь, нужен пропуск, ключи или разрешение хозяина. Дом с охраной и консьержем, в коридорах были камеры. Квартира находилась на пятом этаже. Она была большая и просторная. Я не могла понять, чем они руководствовались, когда выбирали этот жилой комплекс. Да, жилой комплекс выбирал дедушка. Проверил всё от планировки квартиры до персонала, который здесь работает. Вот как я с ними смогу стать самостоятельной и принимать собственные решения?

Заходя в квартиру, сразу оказываешься в просторном коридоре, из которого исходят три направления. Если идти прямо, попадаешь в просторную гостиную, совмещённую с кухней и столовой. Для меня это гигантское помещение. Из гостиной есть выход на террасу. Налево – кабинет, хозяйская со своей ванной и две пустые комнаты, думаю, изначально планировались под детские, отдельно большая ванная комната. Направо – две комнаты для гостей, кладовка, ещё одна ванная и туалет.

- Это точно для меня одной, или вы тоже решили переехать? - Я просто офигела от этой квартиры, и моё выражение лица явно это показывало.

- Нет, это для тебя, - сказала бабушка, удовлетворённая моей реакцией.

- Ты уверена?

- Да.

- Зачем такая большая? Я одна и в ближайшем будущем не планирую семью…

- Эля, послушай, - начал дедушка. - В дальнейшем, мы уверены, что у тебя всё сложится. Теперь это твоя квартира, если тебе что-то не нравится в дизайне или чего-то не хватает, мы подкорректируем.

- Нет. Мне всё нравится, - а то я уже представляю масштабы этих корректировок.

- Отлично! - Удовлетворенно сказала бабушка, обнимая меня.

В течении следующих трех дней я перевезла свои вещи и стала привыкать к быту. Два раза в неделю ко мне приходила женщина и делала генеральную уборку. Ещё одна неделя пронеслась со скоростью света.

Осталось десять дней до Нового года. Порошил снежок, на улице было безумно красиво. Сегодня решила пройтись до работы пешком, к тому же идти не более десяти минут, а то и меньше.

День прошел прекрасно, и никто не смог мне испортить настроение, как бы велики не были их старания. А в последнее время их становится слишком много. Я начинаю проявлять твердость, некоторые ситуации требуют жесткости и холодной головы. Не всегда мне это удается, но я стараюсь.

На часах восемь, снова засиделась… Погода просто сказочная, чувствуется зима, мороз щипает за щёки. Решаю прогуляться немного по парку, там сегодня открытие новогодней ярмарки. В парке мне постоянно казалось, что кто-то плачет. Но разобрать, откуда исходит звук, не смогла. Здесь очень много людей... Расслабиться не получилось. На выходе снова отчетливо слышу плач… детский плач…

Осматриваюсь вокруг, вижу лавочку. На ней корзинка или коробка, в темноте трудно различить, ещё и фонарь блямкает. Плач явно идет оттуда, вокруг никого нет. Я подхожу и вижу переносную люльку из коляски. В этот момент внутри всё переворачивается. Я приоткрываю пеленку, а там совсем маленькое чудо. Ребенок смотрит на меня и на минуту затихает. У него большие глазки, в которых блестят слезинки, маленький сморщенный носик. Внутри меня что-то щелкает…

Кто мог оставить такое чудо? Что-то случилось? Почему ребенок здесь совершенно один?

У меня начинают катиться слезы по щекам… Он тоже начинает хныкать. Аккуратно открываю люльку, вынимая из неё ребенка дрожащими руками. Одеяльце перевязано синей ленточкой, скорее всего мальчик. Из-под неё торчит бумажка. Сажусь рядом с люлькой, укладывая ребенка себе на колени, крепко держу одной рукой и начинаю покачивать. Ледяными пальцами разворачиваю бумажку и читаю:

«Я не готова стать матерью. Я не люблю этого ребенка, и мне он не нужен. Он постоянно орет и нервирует меня. Искренне надеюсь, что его кто-то найдет до того момента, как он умрет, всё-таки сейчас не лето. Что с ним будет дальше, меня не интересует. Это мальчик. Его биологического отца зовут Александр, поэтому отчество у ребенка Александрович, имя я не давала. Родился 15 декабря. Возможно, для вас я настоящая кукушка, и вообще изверг, но я ничего не чувствую к этому ребенку и жалею, что вовремя не сделала аборт. Я хочу жить полной жизнью, ребенок в неё не входит, он всё усложняет. Решение бросить его пришло ко мне внезапно, когда он снова стал плакать, я просто оставила люльку на ближайшей лавочке.»

Я не могла понять, как можно быть настолько жестоким человеком по отношению к маленькому беззащитному ребёнку. Слезы застывали льдинками на моём лице. Меня всю выворачивало наизнанку от боли за этого ребенка. Малыш снова начинает хныкать.

- Ты мой маленький… Всё будет хорошо… Чшшшш… - Говорю почти шепотом, а внутри всё взрывается. Выть хочется. Кто-то безумно желает, но не может иметь детей, а кто-то готов так легко от них отказаться…

Я аккуратно качаю его, прижимая к себе, понимаю, что этого малыша не готова никому отдать.

- Ты, моё маленькое чудо…