Его трофей - Ольга Которова

Только в девять утра я услышал шорох в коридоре и поднял голову. Видимо, отрубился, прямо сидя на лавке. Около двери стоял тот самый сержант, который меня сюда доставил.

– Майоров Глеб Владимирович, прошу на выход, – проговорил тот, и я послушно встал и вышел.

– Куда мы?

– К тебе адвокат пришёл, – после его слов я выдохнул. Был рад слышать, что обо мне ещё помнят. Меня привели в комнату, которая была чьим-то кабинетом, но не лучше той, где я провёл ночь. Отличалась тем, что здесь имелось окно и цвет стен не чёрно-серый, а бело-жёлтый.

– Привет, Глеб, – адвокат привстал из-за стола и указал мне на стул, – присаживайся.

– Привет. Давай ближе к делу. Когда меня выпустят? У меня завтра тренировка, – мне уже не терпелось покинуть это заведение.

– Глеб Владимирович, я вам очень советую сейчас думать не о боксе, а о том, что случилось.

– Да я об этом всю ночь думал. Времени много было, ты уж поверь.

– Вот и хорошо. После меня у вас возьмёт показания следователь по этому делу…

– Что с тем парнем? – не дослушав адвоката, я перебил его. Сейчас для меня это наиболее актуальный вопрос. Если с ним всё нормально, то, надеюсь, обойдётся только денежной выплатой. Скандал замнут, и я вернусь в прежнее русло.

– Он умер.

***

Это прозвучало как гром среди ясного неба. Глеб поднял голову и внимательно посмотрел на адвоката. Не шутит ли он? Хотел найти подвох в его глазах, но ничего такого. Он был серьёзен как никогда.

– Что? – Глеб не мог поверить своим ушам. Перед глазами пронеслась картинка, как этот самый тощий парень лежит на грязном асфальте весь в крови, а перед ним плачущая Юля. Она не ошиблась. Парень и правда умер.

– Тебе грозит срок за убийство. Свидетели дали показания, и все против тебя. Кроме Дмитрия.

– Что? Но это была самозащита.

– Пять человек говорят иначе.

– Не понимаю, – он мотал головой из стороны в сторону. Это какой-то дурной фильм из параллельной вселенной. – Нет, этого не может быть. Это неправда.

– К сожалению, Глеб Владимирович, правда не на вашей стороне. Тот мальчик был несовершеннолетним, ему только через два дня исполнится восемнадцать. А ещё он сын не последнего человека в этом городе.

– Но как? Я заступался за свою женщину.

– По словам Юлии Алексеевой, она вышла подышать свежим воздухом, к ней подошли эти парни, попросили прикурить. И тут вышли вы, не разобравшись, что случилось, начали их избивать.

– Это она так сказала?

– Это её показания следователю, и остальные четверо парней говорят то же самое.

– Видимо, от стресса, – Глеб рассмеялся в голос. Просто заржал как конь. Сидел гоготал и вытирал ладонью слёзы, которые стекали то ли от смеха, то ли от страха за то, что теперь с ним будет. Вот теперь-то всё. Все труды, которым была отдана жизнь, все они просто исчезли, как исчезает туман, стоит наступить ясной погоде.

Все мечты рассыпались, словно пепел. Всё, что он строил столько лет, всё рухнуло. В один миг известный и подающий большие надежды боксёр стал никем. Просто пешкой в игре судьбы.

Оказывается, то, что с таким трудом нам достаётся, может испариться в один миг. Он сидел в кабинете допросов, перед ним его адвокат что-то заполнял на бумажках. А Глеб вспомнил лицо матери. То лицо, когда ещё оно не было пропито, когда она ещё была красивой женщиной с кричащими о счастье глазами. Она всегда улыбалась. Он её запомнил такой. Не хотел помнить спившейся и больше похожей на животное, чем на человека.

Сейчас он вспомнил момент, когда у неё эта же судьба отобрала счастье, которое заключалось в счастливой семье. У неё отобрали всё, о чём грезила все прожитые годы, и она превратилась в ничто. Она просто сломалась. Неужели и его ждёт такая же участь?

– Сколько мне светит? – он перевёл взгляд на адвоката, и тот поднял на него лицо.

– Сторона обвинения запросит от семи лет лишения свободы, но мы будем добиваться, чтобы срок сократили до минимума. К сожалению, здесь задействованы непростые люди и наказания не сможем избежать.

– Хорошо. Договорись, чтобы я встретился с тренером до суда.

– Хорошо. Вот подпишите, это наш с вами договор, что вы не против, чтобы я вас защищал в суде, – Глеб быстро глазами пробежал по бумажке и черкнул свою подпись. Ему нужно будет продать недвижимость, чтобы заплатить адвокату, ведь неизвестно, сколько дело будет расследоваться, а его адвокат – один из дорогих в городе.

– Если на этом всё, пусть меня отведут обратно.

– Хорошо.

***

Никогда не думал, что в один момент жизнь может перевернуться и отобрать всё. Теперь я официально никто. Просто такой же обычный человек, как и все. Как же я ошибался, когда думал, что мне всё под силу, оказалось – нет. Оказывается, в жизни случаются такие моменты, когда власть, деньги и популярность бессильны. И одна надежда остаётся только на судьбу, которая, словно неопытный пьяница, играет с жизнями близких людей.

Этим же днём, ближе к вечеру, мне разрешили свидание с моим тренером. Я написал ему доверенность продать мою машину, квартиру и оплатить услуги адвоката, а остаток денег сохранить до моего освобождения.

Естественно, все мои бои, которые должны были состояться, отменены. Из многочисленных толп друзей, называвших меня братом, остался только один Димка. Но он, к сожалению, ничем не мог мне помочь, кроме как словесно поддержать. Ну, конечно же, и тренер. За столько времени он стал уже как отец, если не роднее.

В один момент все резко отвернулись. Юлька продалась за зелень, которую ей любезно предоставил отец того самого парня. Может, конечно, он и себя ей предоставил, этого я не знаю, но отрицать не буду.

А ещё, как оказалось, уголовные дела очень могут быть быстро раскрыты и закрыты. Крутится всё около денег, и неважно, что это неправильно, главное, что «преступник» арестован и наказан. Через две недели после задержания меня приговорили к пяти годам лишения свободы в камере общего режима без права на УДО. Когда выйду, мне уже будет тридцать лет. И что тогда делать буду, я не представляю. Наверное, жить, как и другие, с которыми случились подобные происшествия.

Куда идти после освобождения, тоже не знаю, ведь ринг для меня теперь останется только на экране телевизора.