Любить нельзя - Ева Ройс

И я улыбнулась ему. Для него я готова была на все, а улыбка – какая-то мелочь. За этот год он стал моим самым близким человеком.

– Умница, – похвалил брат, погладил мои щеки и приказал: – А теперь подвинься.

– Зачем? – удивилась, но послушно выполнила.

Марик улыбнулся мне и лег на лавку, устроив голову у меня на коленях. Блаженно прикрыл глаза и пробормотал:

– Как круто.

– А ты не офигел? – притворно возмутилась я, при этом запуская пальцы в его русые волосы.

– Офигел, – нагло ответил он. – И вообще, что за словечки, Поля? Это я так дурно на тебя влияю?

– Да иди ты!

– Увы, меня сдвинет сейчас разве что апокалипсис. И то не факт.

Мы некоторое время просидели в тишине, а затем я вспомнила недавно произошедшее событие:

– Марик, а ты мне не рассказал, куда ты ходил вчерашней ночью.

Его идеальное лицо скривилось.

– Давай не…

– Марк, я жду ответ. Куда ты ходил?

Парень взял в руку одну мою ладонь, погладил ее, немного сжал и, не отпуская, попросил:

– Пообещай, что не разочаруешься во мне. И что не будешь злиться.

Я нахмурилась. Что он натворил?!

– Марк…

На этот раз перебил меня брат:

– Пообещай.

Я не люблю давать клятв, если не уверена, что исполню их. Но произошедшее я точно должна узнать, чтобы в случае чего помочь Марику. Немного подумав, кивнула:

– Обещаю. А теперь рассказывай.

Он ласково погладил мои пальцы, немного сдвинул брови, отчего между ними залегли морщинки, выдохнул, словно не решаясь сказать правду.

– Вчера мы с компанией немного выпили, – неохотно начал брат.

После всего, что с ним произошло в первый раз, он снова взял в рот алкоголь?! Я зло на него посмотрела, но промолчала, ожидая продолжение.

– Поля, ты обещала не злиться, помнишь? – его руки снова погладили мои. Нежно, мягко, с такой бережностью, будто не кожу, а драгоценный хрусталь, который может разбиться лишь от неправильного дыхания. Несмотря не некоторую неловкость, мне безумно… приятно. С Марком вообще всегда приятно. Он словно луч яркого июльского солнца, который разбудил меня и вывел из анабиоза. – Мы выпили и… Я дурак, признаюсь, раз поддался общей глупости. Парни поспорили, сможем ли мы залезть в закрытый киоск. Ну, знаешь, тот, который неподалеку от школы. И мы смогли… Замок хлипкий, один удар, и дверь слетела с петель.

Как же я терпеть не могу его дружков. Ненавижу! Они каждый раз толкают его на дно, пока я пытаюсь подать руку помощи и помогаю ему выплыть. Как же я ненавижу! Впервые испытываю столь негативные эмоции по отношению к незнакомым людям, но мне ни капли не стыдно. Будь они рядом, я бы и драться полезла.

– Вы что-то взяли? – я старалась оставаться спокойной.

– Денег в кассе почти не оказалось, но Серый остатки забрал, сволочь. И парни себе похавать взяли, а я… Я не вор, малышка.

– Марк, – мой голос звенел от негодования, – у тети Маши, она владелица ларька, маленькая дочка, которая все время болеет, а вы…

Я оттолкнула его со своих колен и поднялась. Но отойти далеко не смогла – он поймал меня за запястье и притянул к себе. Обнял, вытер выступившие на глаза злые слезы.

– Мне стыдно, честно, – прошептал он мне, пряча голову у меня на плече. – Я сегодня же пойду и все исправлю. Если надо, куплю новую дверь, верну то, что забрали ребята. Ну же, Поля… Вышло случайно.

– А деньги? Откуда ты возьмешь деньги? – спросила я. Его выходка выбила меня из колеи. Как он мог так поступить? Его приятели-мерзавцы очень даже могли, но Марик…

– "Любимый" папочка давал на карманные расходы, я еще подрабатывал по-тихому… Черт, Поля, деньги не проблема. Я заработаю и верну, только ты на меня не злись, хорошо?

Марк немного отстранился и приподнял мое лицо, чтобы вглядеться в мои глаза своей зеленой бездной. Меня всегда восхищали его глаза – светло-зеленые и с золотыми искрами вокруг зрачка.

– Поля, ну? Я был не прав, это ужасный поступок. Не злись и скажи что-нибудь. Можешь даже меня ударить, только перестань… разочаровываться во мне. Пожалуйста.

Он действительно был взволнован и боялся потерять то доверительное отношение между нами, что выстроились за относительно небольшой период.

– Нет, я не злюсь, просто сильно расстроилась, – заверила его, все так же хмурясь. – Но ничего, у меня тоже есть деньги. Сейчас сходим к тете Маше, объясним ситуацию и попросим прощения.

Марк несколько секунд растерянно на меня смотрел, а затем спросил:

– Мы?

– Ты и я, – широко улыбнулась я. – Я тебя ни за что не оставлю, Марик. Карина не говорила, как сложно от меня отделаться? Она вон третий год мучается со мной.

– Поля… – выдохнул он. – Ты…

– Самая крутая?

– Круче тебя уже не будет, – хмыкнул брат.

– Не заговаривай мне зубы, – решила добавить ложку дегтя. – Я тебя еще не простила.

– И что мне сделать для того, чтобы простила?

Я сделала вид, что задумалась, и предположила:

– Может, свернешь горы? Вон Уральские неправильно стоят. О, еще мне безумно нравится созвездие Северной короны, можешь достать мне ее с неба? Хотя… Просто будь собой и не совершай необдуманных поступков, Марик. Я знаю, что ты лучше всех на свете. Всех-всех, слово даю и…

И запнулась о его взгляд. Странный, пристальный. И я вдруг поняла, что Марк до сих пор держал меня. До этого его прикосновения почти не ощущались, я к ним привыкла, а сейчас… Словно моя кожа под его пальцами печет. Он настолько горячий? Или у меня лихорадка?

Я не успела ничего предпринять. Смотрела в его бесконечную зелень, пока Марик медленно склонялся ко мне…

То, что случилось дальше, сложно назвать поцелуем. Просто прикосновение губ, которое продлилось меньше двух секунд. Жар усилился, и я испуганно оттолкнула парня. Все мысли мгновенно смешались, словно несобранный пазл, части которого никак не хотели собираться в единую картинку – их слишком много, они все пестрые и с разными уголками для соединения. В голове столько ощущений и переживаний, что… Что я впервые не знала, как быть. Я попала в тупик, где единственный выход – пробить стену и убежать. Неправильный выход, но другой идеи нет.

И я, отчего-то прикрыв ладонью пылающие губы, убежала раньше, чем Марк успел мне что-то сказать. Он меня звал, но я не обращала внимания. Мне надо было подумать. Проанализировать. Принять. Что именно? Что Марк меня… почти поцеловал?

Что это вообще на него нашло?

И как теперь быть?

Еще я не понимала реакцию своего тела. Почему мне так жарко? Так удушающе жарко, будто стою под солнцем, а лучи касаются только тех участков кожи, где побывали пальцы Марка.