Вспомни меня - Маргарита Дюжева

— Нет никаких планов, — я раздраженно отмахнулся. — Эта выскочка замуж собралась.

Стоило произнести это вслух, как кишки скрутило. Как и тогда, дома, когда она про своего ненаглядного сказала.

Я в первый миг вообще себя преданным почувствовал, чуть не вскочил и не заорал «что за нах?», но кое-как вспомнил, что никто никому ничего не обещал, и я сам не ангел и не монах, чтобы претензии выдвигать.

Но… блин… замуж. Это же насовсем! С детьми и прочей радостью.

На кой черт вообще так рано выскакивать? Что ей не гуляется, не живется в свое удовольствие.

Ее Олега я тут же заочно возненавидел. Какого хрена, он к моей Янке лезет?

И тут же муторно в груди. Снова «моя». Я уже давно отучил себя так ее называть, но хватило одной встречи чтобы откинуло назад, к тому времени, когда с ума сходил из-за если рядом с ней кто-то появлялся.

— Ну так еще не замужем, чего теряешься? Отбей, — беспечно отозвался Егор.

— Вот еще, — я отвернулся. — Девок свободных что ли мало? Вон любую хватай.

— Дело в том, дружище, что тебе не нужна любая.

— Глупости, — я махнул девчонкам, извивающимся в ритмичном танце. — Все это глупости.

— Тебе виднее.

Вот именно, виднее, и не фиг лезть ко мне со своими советами. Сам разберусь. Сейчас накидаюсь, как обычно, сниму какую-нибудь красотку и буду всю ночь развлекаться, не вспоминая о всяких приблудных «сестрах». И пускай она делает, что хочет. Хоть котят своих пусть лечит, хоть за Олежку замуж выскакивает. Мне насрать.

Я злился. И чем больше думал о Янке, тем сильнее становилась злость. Чем она вообще там занималась вдали от дома? Мне уже даже начало казаться, что учеба — это отмазка, а на самом деле она там отрывалась по-чёрному.

Тем временем наша компания разрасталась. Подтянулись знакомые парни и девчонки.

Градус бешенства постепенно становился все выше и выше. И если сначала я пытался бороться с этим, участвовал в общем разговоре, хохмил, как не в себя, то постепенно начал все больше тормозить и погружаться в свои мысли.

— Максимка, что какой хмурый, — на мне снова висла Оксана, — ну, улыбнись. У тебя такая сексуальная улыбка.

— Я б на твоем месте к нему не лез, — хохотнул Егор.

— Это еще почему?

— Ему сейчас не до шуток. Прошлое вернулось.

— Пфф, да что нам прошлое? — промурлыкала она, уткнувшись носом в мое плечо, — прошлому место в прошлом, а нам хорошо здесь и сейчас, в настоящем.

Она еще не знала, что мое настоящее уже сконцентрировалось на одном человеке.

— Мое дело предупредить. Ты просто не разу не сталкивалась с таким Максом. Реально колючий Ерш.

— Любые колючки можно пригладить, — она забралась ко мне на колени и начала невесомо целовать в щеку, неторопливо прикусывая, то поднимаясь к виску, то опускаясь вниз по шее.

Я не чувствовал ровным счетом ничего. Просто влажные губы, никакого напряжения. Может не Оксана нужна, а кто-то другой? Не блондинка, а брюнетка с шоколадным каскадом волос и глазами, мерцающими словно таинственные озера?

Надо поискать. Клуб большой. Наверняка попадется нужный экземпляр.

Я оглянулся, сканируя взглядом толпу, пытаясь увидеть ту самую, идеальную. Но ее не было. Упрямый внутренний голос твердил, что все это не то, подделка. Настоящее оно не здесь, а дома, в своей старой комнате.

Тем временем Оксана стала настойчивее, обвила шею руками, прижалась грудью. А грудь там не маленькая, тройка не меньше. Самое то, чтобы отвлечься и забыть.

Так какого хрена я тут сижу, строю из себя неприступную скалу?

— Пойдем, — спихнул ее с колен и под насмешливым взглядом Егора потащил туда, где мало людей и темно, планируя по-быстрому получить разрядку, избавиться ненужных мыслей и успокоиться.

* * *

Мы заскочили в какую-то пустую комнату, и я как бешеный набросился на девчонку. Целовал жестко, даже жестоко, настырно забрался руками под тонкую кофту, сжал грудь, которая даже не помещалась в ладонь. Возбуждение все не приходило. Вернее, ниже пояса все нормально было — маяк освещал путь кораблям, а вот в голове желания ноль.

— Какой ты, нетерпеливый, — выдохнула мне в губы Оксана и, соблазнительно улыбаясь, опустилась передо мной на колени.

Я смотрел сверху вниз, как она закусывала нижнюю губу, медленно расстегивала ремень на моих джинсах, наблюдал за тем, как проворные руки ловко справляются с ширинкой, знал, что сейчас будет, но не испытывал ничего.

Только странное чувство, будто херней страдаю.

Это ощущение усиливалось, разрасталось как снежный ком, затмевая собой все остальное. И когда она потяну вниз кромку трусов я окончательно понял, что не хочу здесь находиться.

Я дурак что ли? Опять детский сад решил включить? Назло Янке подхватить какую- нибудь девку? Так мы это проходили уже с Левиной. И чем это потом аукнулось? Не хочется даже вспоминать.

— Прости, — отступил назад, и Оксанка от неожиданности чуть не плюхнулась на пол.

— Ты чего?

— Ничего, — я подтянул брюки, застегнул молнию и ремень, — идем обратно.

— Макс! Что за игры? Ты же хочешь.

Я остановился в дверях, посмотрел на ее разрумяненные щеки, на недовольно скривленные губы и коротко обронил:

— Не тебя.

Вслед полетела отборная ругань и пожелания, чтобы у меня все отсохло.

Я вернулся в зал к остальным.

— Что-то ты быстро, — ухмыльнулся Егор.

— Долго ли умеючи, — огрызнулся я, не желая развивать тему, но Егора так просто не заткнёшь.

— Оксану-то где забыл? Лежит без чувств и в томной неге?

— Она, — я неопределенно махнул рукой, — где-то там.

— Спорим, ты заднюю включил? — это он уже сказал так тихо, что никто кроме меня не расслышал.

— Нарываешься.

— Это не изменит того, что ты снова поехал с катушек со своей Белкой.

— Еще слово и…

— И что? Подеремся. Так ты знаешь, я всегда за. Лучше заканчивай выпендриваться и иди Янку свою лови, пока кто-то другой не утащил ее в ЗАГС.

— Без тебя разберусь.

— Пригласи ее на встречу выпускников.

Мы как раз собирались встретится классом. Дата не круглая, и вообще не дата, просто внезапно созвонились и решили, что надо бы устроить сабантуй.

— На хрен они ей все сдались? Она их, наверное, только в кошмарных снах вспоминает.

— Да у нее яйца стальные. Придет и не поморщится.

Да, с яйцами у Белецкой все в порядке. Я это еще в выпускном классе понял, когда она вставала с колен и шла вперед, несмотря ни на что.