Случайный ребёнок. Шанс на счастье - Виктория Вишневская

Нашла только мелкие статьи. Он и правда уезжал в Германию, где у него имеется часть бизнеса. И всё.

Но спустя бессонную ночь реагирую я уже спокойнее. Даже выбрасываю его из головы.

Полностью погружена в работу, делаю всё на автомате. Очередной звонок принимаю так же рефлекторно.

– Мирослава Сергеевна, вы вчера познакомились с нашим спасителем? – Алексея я узнаю по голосу сразу.

– Нет, к сожалению, – вздыхаю. – Не нашла.

И он не особо хотел искать меня. Или не смог. Платье-то я не надела…

– Он сегодня к нам приедет. Хотите пообщаться?

Что за игра в кошки-мышки? Она начинает напрягать.

В этот раз хороший шанс познакомиться с ним, но…

Может, ну его? Помог – спасибо. Обычно, если выпадают такие возможности, я еду на встречу лично, но вчерашняя встреча с Артуром… Всё перевернула с ног на голову.

А платье как же? Его надо вернуть. Но сегодня этого сделать не получится. Сначала нужно заехать за ним домой.

О! Я поеду, возьму у него адрес и потом доставкой верну обратно!

– Да, во сколько?

Он говорит время и сбрасывает.

– Так-так-так, – воодушевлённо произносит Дашка. Она уже навострила ушки. Подслушивала, что ли? – Ты едешь на свидание с директором детского дома?

– Нет! – выпаливаю быстро. Чего это она? – Там «Аноним» будет.

– А можно я с тобой? – на стуле подпрыгивает. – Я на сегодня всю работу закончила. Бумажки у тебя на столе.

И тычет на них.

Ну и как я могу отказать?

– Конечно, – улыбаюсь. Как раз не будет неловкостей…

К нужному времени мы выезжаем в «Огонёк». За болтовнёй с Дашей я не замечаю, как мы доходим до ворот, где нас впускает охранник. Замечаю дорогущую серебристую машину, принадлежащую… Анониму?

Уверена, что ему. У директора такой нет.

Заходя на территорию дома, невольно осматриваюсь по сторонам, наблюдая за детишками, играющими на площадке, которую совсем скоро обновят.

– Тётенька! – доносится откуда-то. Я не обращаю внимания, вдруг не мне? Но настырный голос слышится всё громче: – Тётенька!!

Чувствую, как штанину хватают детские пальчики. Опускаю взгляд, а одна маленькая хулиганка уже стоит передо мной, улыбаясь.

Слава же?

Она сегодня отличается от той, что я видела в прошлый раз. Расчёсана, длинная коса выглядывает из-под потёртой кепки. Лицо не чумазое, и одета она в чистое.

– Ой, а кто это? – интересуется Дашка.

Я тихо посмеиваюсь.

– У меня булки нет, – улыбаюсь девочке, вспоминая прошлую встречу. Одно упоминание этой булочки, и она краснеет.

Если кто-нибудь ещё раз скажет, что эта маленькая девочка – сорванец и хулиганка, я дам ему в лицо! Не может маленькая беспризорница так краснеть и смущаться!

– А мне и не надо, – язык показывает. – Я извиниться.

– За что?

– Я врезалась в вас. А ещё… Дядя Лёша сказал, что я выглядела как бомж. Я не знаю, кто это, но он сказал, что это плохо. Но я не бомж!

И хмурится.

– Не бомж же?

Я смеюсь.

– Не похожа.

Дядя Лёша, что вы ребёнку наговорили?

– Прощаю я тебя, прощаю, – поглаживаю светлую макушку. Какая же она… Маленькая. И миленькая до безумия. – Но… Не до конца.

Голубые глазки устремляются на меня.

– Это как?

– Рисовать умеешь?

Мотает головой.

– А ты нарисуй мне что-нибудь. И я тебя прощу.

На мои слова снова хмурится, но кивает. И в задумчивости убегает.

Я смотрю ей вслед и не могу сдержать улыбки.

– Правда, она миленькая? – спрашиваю Дашку. Не слышу ответа. – Даш?

Поворачиваюсь, а подруга смотрит туда, откуда мы только что пришли. Не могу не посмотреть туда же. Интересно, чего это она зависла-то так?

На выход идёт мужчина. К нам спиной. Говорит по телефону.

Что за?..

Что здесь делает Беркутов?!

Я его спину издалека узнаю! В рубашке, в шубе, в безразмерной футболке! Всегда!

И тут ошибиться не могу – это он. Причёска его, походка… И то, как он телефон держит…

Что он забыл в этом детском доме?

Неужели и есть тот самый меценат?

Да нет! Он же только подъехать должен был! Да и мы сейчас придём и познакомимся с ним лично.

– Мир, – как зачарованная говорит подруга, смотря вслед Артуру. Она зависла. В буквальном смысле. Не двигается, с открытым ртом посматривает на моего бывшего, выходящего за ворота. На мгновение он поворачивается к нам профилем.

Всё. Нет сомнений. Это он.

Подходит в машине, которая с самого начала вызвала уйму вопросов. Новая машина. Странно… У него их и так шестнадцать штук. Открывает дверцу и на секунду останавливается. Поднимает взгляд и устремляет его на нас.

Усмехается, подмигивая.

Не поняла…

Запрыгивает в салон и быстро уезжает.

– Мир, он нам улыбнулся?..

У меня подруга из ума выжила, раз почти пускает слюни на моего бывшего.

– Не знаю. Но мне всё равно, – сухо отвечаю.

– А я, кажется, влюбилась…

Надеюсь, она шутит!

– Только этого нам не хватало…

Быстро хватаю её за руку и тяну за собой. Мне нужно удостовериться, что все мои мысли параноика – неправда. Я сейчас зайду в кабинет Алексея, а там сидит спаситель этого детского дома. Да, точно!

Поднимаюсь на второй этаж, где находится его кабинет. Тащу за собой Дашку, которая явно не в себе. Щебечет что-то за спиной, говоря, какой классный мужик нам только что подмигнул.

Раздражает.

Залетаю в кабинет и разочаровываюсь, когда никого не вижу. Только директора.

– Добрый день, – натягиваю улыбку и задаю дружелюбный тон. – А где…

– А, меценат? – быстро подпрыгивает директор с кресла. – Так уехал.

Я быстро подбегаю к окну и тычу на пустое место.

– Это он только что уехал, да? – судорожно произношу.

Да нет! Быть того не может!

– Мира, вы в порядке? – озадачен моим поведением.

Не хочу верить в то, что Артур – человек, который внёс ту большую сумму денег. Просто так? Или из-за меня?

– Я – да. Ответьте на вопрос. Что здесь делал этот мужчина, отъехавший пару минут назад?

– Мир? – Дашка приходит в себя и сама недоумевает от моего поведения. – Ты чего?

– Просто ответьте, – прошу его.

Опешив, чешет макушку и смотрит в окно.

– За последний час к нам приезжали трое мужчин. Один – благотворитель, двое – чтобы посмотреть на детей. И я, если честно, не знаю, о ком вы…

Хм…

А что, если я просто накручиваю себя? И здесь он для того, чтобы реально кого-то удочерить?

Так, Мира! Хватит параноить! Ты уже придираешься!

Ведь нет ничего плохого в том, что