(Не) настоящий наследник - Лана Пиратова

Пытаюсь встать, но он держит меня за руку.

К счастью, в этот момент в комнату заходит брат.

– О! Появилась! – усмехается он. – Куда пропала-то? К уродцу своему моталась?

Со всей злостью, на какую способна, отталкиваю от себя Алексея и иду к двери.

– Слушай! – кричит мне в спину Коля. – Мне мать все рассказала! Даже не думай об этом! Я не дам тебе квартиру продать! А без моего согласия фиг у тебя что получится! Я узнавал! Так что, даже не рассчитывай! Поняла?!

Ничего не отвечаю. Лишь кулаки сжимаю.

– Да брось ты! – это уже Алексей. – Заберу ее себе и все. Что ты, в самом деле? Садись давай. Наливай. Вот отойдет немного от родов-то и заберу.

И потом гогот. Они оба ржут.

Я бегу к себе. Наспех хватаю первую попавшуюся сумку, запихиваю туда пару вещей и пулей выбегаю из квартиры.

Сбегаю на этаж ниже. Там живет тетя Валя, сестра папы. Я частенько у нее оставалась ночевать раньше, когда мама была в ночную смену, а Коля приводил дружков на квартиру.

– Ты чего? Случилось что? – спрашивает тетя Валя, впуская меня в квартиру.

– Теть Валь, можно я у вас до вечера подожду? За мной вечером заедут. А дома… – опускаю взгляд.

– Колька опять, что ли, чудит?

Киваю.

– Вот ирод окаянный! – грозит в пустоту кулаком. – Ну, заходи, давай. На кухню иди. Чаю сейчас попьем. После больницы-то не зашла ко мне. Я и не знала, что тебя уже выписали. А малой где? Почему одна?

Я иду на уже знакомую кухню, падаю на стул и понимаю, что меня трясет. Пытаюсь унять эту дрожь.

– Катюш, – тетя Валя обнимает меня за плечи. – Ну чего ты? Оставайся у меня. Живи. Тут тебя никто не тронет. А Колька, если только появится, спущу с лестницы. И дружков его. Оставайся.

– Нет, теть Валь, – вздыхаю. – Мне есть, где ночевать теперь. Работу нашла. Деньги заработаю на операцию Матвею.

– Работу? Когда успела? Ну-ка, рассказывай давай. Все-все рассказывай.

Дрожь немного унимается и я выдыхаю и рассказываю.

За окном уже темно, во дворе зажглись фонари, когда мне на телефон поступает звонок с неопределенного номера.

– Екатерина Валерьевна? – сухой мужской голос.

– Да.

– Спускайтесь. Я от Амира Каримовича.

И гудки. Сухо. Строго по делу.

– Кто это, Кать? – тетя Валя, похоже, замечает мое волнение.

– Это за мной, – отвечаю я, вставая.

– Кать, ты что затеяла, а? Не ходи. У меня оставайся. И с деньгами решим что-нибудь. Я у детей поспрашиваю. Если есть, не откажут. Катерина?

– Все в порядке, – подхожу и обнимаю ее. – Все в порядке. Все хорошо будет. Не переживай. Я завтра позвоню тебе.

Вдыхаю воздух полной грудью и выходу из квартиры.

На улице, перед подъездом стоит черная тонированная машина. Из нее выходит водитель и открывает передо мной дверь заднего сиденья. Все это молча. Смотрю в каменное лицо, на котором ни одной эмоции, и сажусь.

Мы едем достаточно долго. Меня везут за город. Наконец, машина останавливается возле большого красивого дома за высоким забором.

Водитель также молча помогает мне выйти и провожает до двери. Я собираюсь постучать, но дверь сама открывается. Меня встречает худощавая женщина, на вид ей около пятидесяти лет.

– Здравствуйте, – говорит холодным тоном. – Меня зовут Изольда Игоревна. Я управляющая в этом доме. Амир Каримович предупредил меня насчёт вас. Пройдёмте, я покажу вам вашу комнату.

И, не дожидаясь от меня ответа, она разворачивается и каблуками отстукивает каждый свой шаг. Я иду следом.

Изольда Игоревна открывает какую-то дверь и обращается снова ко мне:

– Ваша комната. Здесь есть все необходимое. Если что-то понадобится, обращайтесь сразу ко мне. Амира Каримовича не беспокойте. Тамерлан в соседней комнате. Он сейчас спит. Вы примите душ и я отведу вас к нему на вечернее кормление.

Так. Значит мальчика зовут Тамерлан.

– Я принимала душ сегодня с утра, – говорю я.

– Прежде чем идти к ребенку, вы примите душ, – произносит тоном, не терпящим возражений. – Таковы правила.

– А можно сразу узнать все правила? – понимаю, что надо успокоиться и не нарываться. Ни к чему. Я же сама согласилась. Это я пришла в их дом. В их дом с их правилами.

– Да, безусловно, – также холодно отвечает она мне. – Вы ознакомитесь с ними сразу же после кормления Тамерлана.

Окидывает меня строгим взглядом и уходит.

Мне немного не по себе от знакомства с Изольдой Игоревной. Но я ведь буду мало ее видеть? Мне главное с малышом разобраться.

Послушно иду в душ.

Вся комната выглядит очень богато. Оснащена по последнему слову техники. Дорогой ремонт, интерьер. Но как-то холодно во всем этом великолепии. Не хватает человеческого тепла, что ли.

Я быстро переодеваюсь и выхожу в коридор. А там у двери меня уже ждет Изольда Игоревна. Молча еще раз осматривает меня, разворачивается и идет к соседней двери. Я следом.

Заходим в светлую просторную комнату. И сразу детский плач прорезает слух. У меня сердце сжимается.

У стены стоит детская кроватка, а возле нее сидит милая пожилая женщина. Увидев нас, она сразу же встает и идет навстречу.

– А это кормилица? – улыбается, глядя на меня.

– Да, – сухо отвечает Изольда. – Екатерина Валерьевна. Как Тамерлан?

– Капризничает. Почти не спал. Не знаю, что и делать. И на руках плачет. Может, животик. А меня София зовут, – опять смотрит на меня. – Я нянечка. Присматриваю за малышом. Проходите, Катерина.

Эта женщина, в отличие от Изольды, кажется мне очень дружелюбной, располагает к себе. И я улыбаюсь в ответ.

Несмело иду к кроватке. Плач не перестает. У меня слезы подступают. Потому что я вижу малыша. Хорошенького малыша. С темненькими волосами и огромными черными глазами. И он мне очень напоминает моего Матвея. Так сильно напоминает, что у меня сердце сжимается.

Глупая. Конечно, все малыши похожи друг на друга. К тому же у моего сына и этого малыша разница пара часов, как сказал доктор. Поэтому они мне и кажутся похожими.

Не спрашивая, тянусь к малышу и беру его на руки. Прижимаю к груди. Он часто моргает и успокаивается.

– Хороший знак, – улыбается София. Перевожу взгляд на Изольду, но та стоит как Снежная Королева, поджав губы. Ноль эмоций.

С малышом на руках иду к дивану. Сажусь и, глядя в черные глазки, расстегиваю блузку.

Близость младенца дает о себе знать. Я чувствую, как опухают груди от прибывающего молока.

– Тихо, тихо, маленький, – шепчу я, не отрывая взгляда от мальчика.

Почуяв запах молока,