Нянька для мерзавца - Инга Максимовская

– Я не прислуга. Ты что, предлагаешь мне в дерюгу облачиться и ногти обкусать? – взорвалась я, понимая, что вот сейчас совсем не права.

Валька открыла рот, чтобы что-то сказать, но я совсем ее слушать не собиралась.

– Я вообще-то хотела тебя попросить пивка на обратном пути купить. Но, видимо, тебе шлея под хвост попала. Иди уже, и пусть великий Сенцонуицнауа освещает твой путь… ну и все такое, – оскалилась Валька, прихлебывая из уродской кружки, расписанной голыми тетками, которую она же мне и подарила и явно сама вручную расписала, дымящийся кофе. Тоже мне, знаток ацтекской мифологии, а не знает, что вот это слово, которое я без бутылки фиг выговорю, означает не одного, а четырех божественных особей. Нахваталась, блин, как гусь говна, от своего последнего любовника – профессора истории по совместительству. Он ей такие дифирамбы слагал, но в постели был полный ноль. Явно даже несчастные боги не смогли справиться с половой немочью болезного.

– Федырыча вспомнила? – хихикнула подруга. – У тебя такое лицо, словно ты в Клепозаврины какахи наступила.

– Иди ты в пень, – хмыкнула я. Надо же, когда это Елкина научилась мысли читать? – Ладно, пойду я к Зотову, твоя взяла. Но костюм не сниму, не тронь мое самосознание.

– Ну и дура, – лаконично отозвалась подружейка, закатив глаза.

– А вот это ты зря. Мозг свой даже если увидишь, разочаруешься, – злорадно засмеявшись, я вышла в коридор, громко ботнув дверью.

Валька этого не выносит, а меня буквально обуяла противная вредность.

– Овца, – раздалось из-за воротины, но я поскакала по ступенькам не обратив внимания на полюбовное обращение ко мне подруги.

На душе отчего-то было крайне неспокойно, но я списала это на нервоз и похмелье – сердце-вещун, не к месту открывшиеся третий глаз и десятая чакра сигнализировали о том, что стоило бы остаться дома у Елкиной, запереться на все замки и зашторить окна. Но кто обращает внимание на глупые сигналы космоса? Тормоза придумали трусы, как говорится.

Короче, из елкинского дома я выпала через час, задыхаясь от злости, ну и от того, что долбаный лифт опять отказался доставить мое бренное тело на первый этаж с одиннадцатого. Уже на улице обнаружила, что ключ от машины остался благополучно лежать на Валькином комоде. Проклиная все на свете, я поковыляла обратно, на все лады костеря подругу за то, что живет так высоко, что она мне не напомнила про долбаные ключи и вообще просто за то, что она овца бесячая.

– Пути не будет, – радостно сообщила Валька, откусывая от огромного бутерброда с докторской, когда я растрепанная и злая появилась на пороге, отсвечивая бордовой физиономией.

– Иди Клепе под хвост, – ласково ответила я и, схватив ключи, выскочила за дверь.

Опомнилась уже на первом этаже, когда увидела соседа, выходящего из лифта. Блин, заработал адский механизм.

В общем, вы понимаете, в каком состоянии я приехала в коттеджный поселок, получивший в народе название Эльдорадо. Теперь я поняла почему. Домишки нуворишей выглядели, как неприступные крепости, ощетинившиеся видеокамерами. Правда, посмотрела я на это великолепие издалека, потому что в поселок меня не пустили бдительные охранники.

– Вертай назад, – приказал мордатый переросток, окинув брезгливым взглядом машину, которой я очень горжусь, между прочим.

Я отъехала на расстояние, с которого мой автомобиль не был заметен секьюрити, припарковала его под раскидистой елочкой и решила пройтись, оценить обстановку, так сказать. А что, может, найду какую-нибудь дырку в похожем на тюремный заборе. Только колючей проволоки не хватает, вот честное пионерское.

И откуда он взялся? Я хрюкнуть не успела, как на меня вылетел огромный черный джип. Честно говоря, вся жизнь перед глазами успела пронестись, по крайней мере, самые гадкие ее отрывки, и я вдруг поняла, что мне вот совсем не страшно расставаться с этим дурацким даром небес. Замерла на месте, зажмурив глаза и ожидая удара, потому что предпринять ничего я явно не успевала.

Странно, боли не было, зато раздался грохот, и скрежет сминающегося металла.

Я приоткрыла один глаз и уставилась на то, что осталось от шикарной машины после встречи со стоящим у дороги столбом. Точнее, ранее стоящим, потому что теперь он лежал поперек дорогущей крыши. «Блин, там же человек, скорее всего, он пострадал», – эта мысль привела меня в чувство. Я засеменила в сторону искореженных столбом нескольких десятков миллионов рублей, по моим скромным прикидкам.

– Какого черта вы шляетесь по дороге? – прохрипел водитель, которого я узнала сразу.

Ну конечно, кто же еще, с моим я-то везением? Теперь он точно меня не возьмет не то что на работу, а даже на пушечный выстрел к себе и своим детишкам не подпустит. Я бы не подпустила сумасшедшую тетку, бродящую бесцельно с безумным взглядом вокруг поселка, вот честно. Придется Елкиной погодить с островами.

Кстати, что-то давненько она не звонила, обычно каждые полчаса сует свой длинный нос в мои дела.

– Если бы вы не неслись, как сумасшедший, вряд ли бы я вам помешала, – буркнула, лихорадочно соображая, что предпринять.

Машина нехорошо дымилась, и единственным правильным решением было вытащить пострадавшего по моей вине Зотова из его лайбы, прости господи. Это ведь словечко из бабулиного лексикона. Я ухватила бывшего босса под мышки и с силой потянула на себя его каменно-тяжелое тело. Зотов поморщился, но промолчал. Уложив его на асфальт, успела заметить, как хорошо он сложен. И эти бугрящиеся под тонкой рубашечной тканью мышцы… Ммм… меня просто вынесло, вот честно.

– Я вас где-то видел, – простонал несчастный и отрубился.

Блин, ну надо же, на раз уделала красавца. И как у меня так получается?

– Это вряд ли, – прошептала я.

Только этого мне не хватало. -то есть вот вообще не надо. Остается надеяться, что он все же приложился башкой, и его одолеет амнезия, как какого-нибудь СиСи Кэпвелла, черт бы его побрал вместе со всей Санта-Барбарой, которой меня в детстве мучила бабуля. Надо же, памятливый какой. Лучше