Попалась, ведьма! - Елена Михайловна Малиновская

– П-простите, – запинаясь, проговорила она, круто развернулась на каблуках и поспешила прочь, не сделав ни малейшей попытки продолжить спор.

Хм-м… Сдается, чуть раньше испугалась она вовсе не меня.

Осененная столь глубокой мыслью, я задрала голову и с превеликим любопытством уставилась на моего невольного союзника. И замерла, восхищенно распахнув глаза.

Высокий светловолосый мужчина приветливо улыбнулся мне. В его ярких голубых глазах играли озорные искорки.

– Могу ли я составить вам компанию? – поинтересовался он.

Не дожидаясь, пока я приду в себя и дам ответ, обошел стол, придвинул стул и сел напротив меня.

Я с отчаянием ощутила, как мои щеки тотчас же запылали от робости и неловкости. Сразу же стало стыдно за потрепанное домашнее платье, в котором я обычно занималась зельеварением. Ох, даже страшно представить, сколько на нем пятен самых разных цветов и размеров! А на голове у меня вообще безобразие настоящее творится. Волосы наверняка дыбом стоят, потому что, забывшись в своих горестях и печалях, я несколько раз взлохмачивала их.

– Добрый вечер, прелестная незнакомка, – проговорил мужчина. Поставил на стол руки, переплел пальцы и удобно устроил на них подбородок, глядя на меня в упор.

Я покраснела еще сильнее. Сурово сдвинула брови, решив, будто он издевается надо мной.

Гад какой! Еще и по моей внешности прошелся. Как будто я не знаю, что красавицей меня назвать нельзя. Вон, и Валенсия сегодня позлорадствовала на этот счет.

На самом деле, уродиной я себя не считала, конечно. Если меня умыть, расчесать и принарядить, то, наверное, даже симпатичной кому-нибудь покажусь. Серо-голубые глаза, каштановые густые волосы, на солнце уходящие в явную рыжину. Да и лишним весом я не страдала.

Беда заключалась лишь в том, что обычно мне было абсолютно плевать на свой внешний вид. Все силы я бросила на достижение самой заветной цели в жизни – пробуждению магического дара. За чтением книг нередко просиживала всю ночь, платья выбирала такие, которые не жалко испачкать или вообще испортить, волосы зачесывала в тугую косу, чтобы не лезли в глаза, когда я в очередной раз исследую содержимое котелка.

Я прекрасно осознавала, как смешно выгляжу сейчас по сравнению с этим загадочным типом. Демоны, да одна его шелковая темная рубашка, наверное, стоит целое состояние! А тут я: взъерошенная, чумазая, в заношенном наряде. Поэтому его приветствие показалось мне настоящим оскорблением.

– Ну что же вы молчите? – поинтересовался мужчина и улыбнулся чуть шире. – Или я кажусь вам недостойным разговора?

– И вам не хворать, – невпопад буркнула я, пониже наклонив голову и гадая, почему он ко мне привязался.

Быть может, его отправил отец, встревожившись из-за моего слишком долгого отсутствия и увидев беспорядок, учиненный мною на кухне? Да нет, куда вероятнее он явился бы лично, пылая от законного негодования. К тому же всех его знакомых я знаю.

И вообще, сдается, что мой неожиданный собеседник неместный. По крайней мере, раньше я его у Роберты не видела, что очень и очень странно.

– Как я понимаю, вы увлекаетесь зельеварением? – Мужчина скользнул быстрым внимательным взглядом по моим рукам.

Я изумленно хмыкнула, тоже посмотрев на свои руки.

И как по ним он сделал такой вывод? Руки как руки. Помыть, правда, их не мешало бы. Хотя большая часть пятен вряд ли ототрется сразу – они остались от сока синельника, который въедается в кожу на очень долгое время.

– Увлекаюсь – слишком сильное слово, – уклончиво отозвалась я, не имея ни малейшего желания рассказывать про свои многочисленные провалы в этом занятии.

– Сегодня вы ведь тоже что-то пытались приготовить? – Не дожидаясь моего ответа, незнакомец внезапно шумно втянул в себя воздух, напомнив тем самым гончую, берущую след. Пробормотал себе под нос: – Крылья бабочек, крепкое спиртное, почему-то смешанное с лепестками роз, болотная вода… Странное сочетание.

Я сдавленно кашлянула, удивляясь все сильнее и сильнее. Как он на запах так ловко определил ингредиенты моего сегодняшнего несостоявшегося настоя?

– Наверное, нелегко вам приходится, – продолжал тем временем незнакомец. – Тяжело конкурировать в столь тонком и сложном деле с потомственными ведьмами.

Нет, он точно издевается надо мной!

Я сжала кулаки, понимая, что еще немного – и опять разрыдаюсь.

Что же сегодня за день такой неудачный? То подслушанный разговор между отцом и Валенсией, то этот непонятный мужчина. Такое чувство, будто весь мир решил мне сообщить о том, что я не ведьма.

– Я ведьма, – прошипела себе под нос. – И как раз самая что ни на есть потомственная. Просто…

Замялась, не желая признаваться в своей никчемности.

– Просто без метки, без гримуара и без фамильяра, – догадливо закончил за меня мужчина. Сделал паузу и добавил: – А главное – без силы.

Сказал он это без насмешки, очень серьезно и спокойно, просто констатируя факт. Но глаза тут же защипало от подступивших слез, и я еще ниже опустила голову, не желая показывать слабость.

– Твое вино, Криста.

Неслышно подошедшая со спины Роберта поставила передо мной бутылку. Ловким привычным движением раскупорила ее, щедро плеснула в бокал и добавила непривычно строгим голосом:

– Учти, я за тобой присматриваю. Сейчас Джесси придет – и я провожу тебя до дома.

В глубине души я почувствовала горячую благодарность к женщине. Видимо, ее встревожил непонятный интерес незнакомца ко мне, поэтому она решила оставить на время забегаловку, перепоручив ее заботам одной из помощниц, и исполнить роль моей охранницы.

И огромное спасибо ей за это. Что скрывать очевидное, меня этот тип тоже начал нервировать. Непонятный он какой-то.

Роберта отошла, вернувшись к делам, а я все так же сидела и угрюмо рассматривала столешницу, опасаясь хоть на миг встретиться взглядами с таинственным блондином.

– О, простите меня, – первым нарушил затянувшуюся паузу незнакомец. – Наверное, я испугал вас таким вниманием и расспросами. Но я не так часто встречаю людей с настолько сильным магическим потенциалом, который заперт в их теле.

Что он сказал?

Не удержавшись, я все-таки посмотрела на него. И тут же осознала свою ошибку.

Светлые глаза блондина словно светились изнутри собственным пламенем. На этом фоне его зрачки казались особенно темными. Мрак в них словно пульсировал в такт моему пульсу. И от этого стремительного ритма начала кружиться голова.

– Про какой магический потенциал вы говорите? – словно со стороны услышала я свой голос – непривычно тонкий и срывающийся.

Губы мужчины тронула слабая усмешка.

– Не уверен, что должен вам это рассказывать. – Он с сомнением покачал головой и встал. – Простите, что потревожил вас