Школа чернокнижников. Тёмная метка - Матильда Старр

– Ты не ответила на вопрос. Почему ты захотела узнать об этом именно сейчас?

Он буквально сверлил меня взглядом и было ясно, что в отличие от меня, он не отступится, пока не узнает все.

– Что-то произошло? Тебе кто-то что-то сказал?

Я чувствовала, что отчаянно краснею. Сказал… но повторять это я не хочу.

– Говори сейчас же! – приказал ректор, и молчать дальше стало невозможным.

– После того, как вы меня спасли, по академии ходят слухи…

– Какие?

– Все решили, что я ваша родственница. Возможно, даже дочь, – упавшим голосом добавила я.

Такого искреннего изумления на лице ректора я не видела никогда.

– Дочь? – фыркнул он. – А почему не внучка?

Я нервно хихикнула. Похоже, мысли у нас сходятся.

– Но ведь это же неправда?

Мне нужно было услышать прямой ответ, и тут уж я сдаваться не собиралась.

Магистр Линард сложил руки на груди и отчетливо проговорил:

– Я совершенно уверен, что у меня нет детей.

– Почему уверены? – вырвалось у меня.

Он усмехнулся.

– Лекари империи в последние годы шагнули далеко вперед в том, что касается предохранения от нежелательных беременностей. Конечно, как твой опекун я несу за тебя ответственность, но ты уверена, что просветительскую беседу на эту тему должен проводить именно я?

Теперь мои щеки не горели. Они просто пылали огнем. Уверена, при определенной сноровке я смогла бы поджарить на них глазунью.

– Нет, – пискнула я, – не надо, пожалуйста. И… и я пойду, если можно.

Я стрелой вылетела за ректорскую дверь и отдышалась только в коридоре.

Вот же гадство! Вечно меня кто-то тянет за язык. Хотя ректора все это, кажется, только позабавило.

Я бодро зашагала вперед, чувствуя себя так, как будто камень свалился у меня с плеч. Теперь я не сомневалась: магистр Линард – не мой отец. Впрочем…

Я остановилась посреди коридора как вкопанная. Он ведь не сказал, что мы вообще не родственники. То есть вероятность того, что он мой потерянный дядюшка, все еще оставалась.

Но возвращаться и переспрашивать я точно не собиралась.

Глава 4

Я в задумчивости брела по коридору, не разбирая дороги, и совершенно ожидаемо во что-то врезалась.

Во что-то большое, теплое и странно знакомое.

– Извините, – начала бормотать я, но тут меня подхватили сильные руки, оторвали от земли и закружили.

– Аллиона, тебя выпустили наконец!

Рилан… Как же я рада была его видеть! Он, как и коридоры школы, казался непривычно большим, будто бы за это время вырос и стал шире в плечах.

Впрочем, он всегда был таким: большим и надежным. А сейчас еще и воодушевленным.

– Так и есть, я на свободе, – весело отрапортовала я.

– И очень вовремя, – рассмеялся Рилан, ставя меня на пол. Он выглядел страшно довольным. Черные волосы были взъерошены, в серых глазах плясали черти. – Потому что именно сегодня состоится смертельная гонка.

– Смертельная гонка? – переспросила я.

Это еще что? Откровенно говоря, название мне не понравилось. С некоторых пор я предпочитала держаться подальше от всего смертельного.

– О, захватывающее зрелище! Сильнейшие некроманты школы поднимают по одному умертвию. Любое мертвое животное, какое только смогут найти и сумеют обуздать. А затем запускают их наперегонки на полигоне. И чей скакун придет первым, то и победил.

– Понятно, – протянула я.

Воображение живо нарисовало мне эту картину: десятки умертвий несутся вскачь. Зрелище, которое я представила, вышло вовсе не захватывающим, скорее, жутким.

– А что же преподаватели? – сглотнула я. – Они следят за безопасностью и определяют победителя?

– Нет, конечно! Это тайное соревнование. Преподаватели о нем ничего не знают и не должны узнать.

Что-то это мероприятие нравилось мне все меньше и меньше.

– Ты ведь придешь за меня поболеть? В этом году я твердо намерен победить.

Я с сомнением покачала головой. Не очень-то я любила умертвия. А уж нарушать дисциплину и участвовать в чем-то подпольном мне и вовсе не хотелось.

– Филая точно будет, – быстро добавил Рилан.

– Придет поболеть за тебя?

– И это тоже, – кивнул Рилан. – А еще против Эльтида, он мой главный соперник.

Против Эльтида? Наглый блондин нравился мне еще меньше, чем его сестрица Селеста.

– Пожалуй, придется прийти, – наконец сдалась я.

– Еще бы! Это самое интересное мероприятие в Школе чернокнижников, и уж точно поинтереснее всяких там балов.

– И оно всегда проводится поздней осенью, именно в этот день?

Честно говоря, я уже была не так уверена, что вовремя вышла из лазарета. Могла бы полежать еще недельку.

– Нет, оно традиционно проводится осенью, но в ночь, когда ректора нет на территории школы. И насколько нам стало известно, это как раз сегодня.

– Магистр Линард куда-то уезжает? – спросила я.

– Ну да, в императорский дворец. Эта история с абсолютным артефактом наделала шума. Он до сих пор разгребает последствия.

– У него будут неприятности? – обеспокоенно спросила я.

– Ты сейчас говоришь о нашем ректоре или о каком-то другом магистре Линарде? – Рилан удивленно вскинул бровь.

– О нашем, конечно… Я других не знаю.

– То есть о том самом магистре Линарде, который считается самым сильным темным магом империи? О том, кто смог исцелить тебя, когда даже светлые маги опустили руки?

Так, кажется, я уже поняла, к чему клонит Рилан, но он продолжал:

– Если ты и правда о нем, скорее стоит бояться за дворец. Если что-то пойдет не так, это у них могут быть неприятности.

Я невольно хихикнула. А ведь действительно, речь идет о нашем ректоре – великом и ужасном. Что может грозить ему в императорском дворце? Пусть они там нервничают.

– Ладно, договорились. Явлюсь на страшно секретные гонки, – проворчала я и направилась в столовую.

Чтобы ни случилось, а забыть о гостинце для Карлы второй раз я не имею права.

В столовой клубилась толпа. Стоило мне шагнуть внутрь, как прошелестели шепотки, прилетели несколько любопытных взглядов. Кажется, сплетня набирает обороты и охватывает все большие слои местного населения. Селеста подняла голову от своей тарелки и помахала мне рукой. Нет, определенно раньше она мне нравилась больше. От той Селесты хоть ясно было, чего ждать. А эта, незнакомая, могла в любой момент выкинуть что-то… невообразимое.

Я протиснулась к раздаточному столу и стала быстро наполнять поднос.

Только потянулась за чаем, как на меня с криками налетел черный вихрь:

– Аллиона, вот так сюрприз!

На самом деле вихрь был не совсем черным. Черным, как ночь, было платье, а вот на лице этого стихийного бедствия толстым слоем лежала белая пудра, придавая Филае пугающий мертвенно-бледный вид. Огромные, густо подведенные черным глаза сияли.

– Филая! – я крепко ее обняла.

– Что же ты не сказала, что тебя выпускают? – щебетала Филая, ставя тарелки