Я (не)вернусь - Надежда Скай

Поездка заняла всего четверть часа, благодаря светофорам и обеденному времени, когда по щелчку народ выходит на улицу по своим делам. Всё это время парочка в машине упорно молчала, только любимый плейлист Богдана звучал из колонок. Даша смотрела в окно и ностальгировала по любимым местам, мимо которых катилась машина, Рахметов же на каждом светофоре украдкой рассматривал девушку, отмечая изменения во внешнем виде.

И вроде бы не изменилась, всё та же Даша, но что-то новое проскальзывало в её движениях и взгляде, а длинные волосы ещё больше придавали девушке женственности. Она уже была не та двадцатилетняя девушка, нет, с ним сидела женщина с неизвестным для него опытом жизни.

– Чёрт, даже припарковаться негде.

– А ты поставь на газон, ты полицейский, тебя не тронут.

– Даш, твой сарказм меня не трогает.

Хмыкнув, Богдан увидел свободное место за три подъезда от нужного им и ловко припарковался. Выключив двигатель, он первый вышел из машины, ожидая, когда спутница вытащит свою сумку с заднего сиденья и пойдёт за ним.

– Напомни этаж.

– Четвёртый.

На втором этаже Богдан практически вырвал из рук девушки её сумку и первый поднялся на этаж, ожидая Дашу возле квартиры.

– И ключ есть? – Он опёрся плечом о стену рядом с дверью и скептически посмотрел на неё.

– Есть.

Попытка открыть дверь своим ключом провалилась, что для Рахметова не стало удивительным. Он внимательно осмотрел замки и саму дверь.

– Есть догадки, кто мог сменить замки?

– Серьезно? Я же только приехала.

Даша подошла к двери напротив и уверенно нажала на звонок. Несколько минут стояла гробовая тишина, пришлось повторить звонок и вскоре послышались тихие шаги. Пару раз дверной замок провернулся и в узком проёме появилось озабоченное лицо престарелой соседки.

– Здравствуйте, Елена Константиновна, это я Даша.

– Даша?

Бабушка не сразу поняла какая Даша перед ней стоит и больше нахмурила брови.

– Даша Орлова, ваша соседка, вы мне звонили.

Пока девушка возвращала память почти восьмидесятилетней соседке, Богдан ещё раз внимательно осмотрел дверь её квартиры, новые замки и обрезанный звонок. Знакомый почерк и это его совсем не радовало.

– Дашенька! Моя девочка! Заходи. Ой, ты не одна?

Женщина открыла настежь дверь и посмотрела за спину Даши, кивая головой на высокого мужчину.

– Да, это Богдан Рахметов, мой…эээ…старый знакомый.

Секундная заминка не ускользнула от Богдана, и он криво улыбнулся, а потом вышел вперёд и сам представился.

– Добрый день. Капитан полиции Рахметов. С Дарьей мы давно знакомы, и я был пару раз в гостях у её бабушки.

Довольная улыбка расползлась на морщинистом лице старого человека. Охая и ахая, бабушка пропустила молодую пару в квартиру и отправилась на кухню, сразу включая чайник, начиная суетиться и накрывать на стол. Богдан поиграл бровями, разулся и с широкой улыбкой прошёл за бабушкой. Даша же закатила глаза, скинула свою обувь и двинулась следом.

– Садитесь, ребятки. Как чувствовала, что гости будут, блинов напекла.

– Спасибо большое, с удовольствием попробую.

Захотелось хорошенько толкнуть локтем мужчину в бок, но Даша сдержалась, поблагодарив соседку и сразу перешла к делу.

– Елена Константиновна, расскажите нам всё.

– Хорошо, хорошо, только вы кушайте.

Соседка разлила чай, поставила к блинам малиновое варенье и села напротив, складывая руки в замок.

– Несколько месяцев назад, когда твоя сестра наотрез отказалась смотреть за Ольгой, появилась женщина. Она представилась работником соцзащиты.

Богдан закинул в рот очередной тонкий блин и кивнул.

– На вид приветливая, охотно взялась помогать Ольге, даже я удивилась и задумалась о такой помощи. Бабушка твоя была довольна и только и делала, что хвалила помощницу. Но через пару недель Оля перестала выходить на улицу совсем. У нас, как бы это сказать, традиция наверно, ровно в пять вечера собираться с другими пенсионерами возле подъезда и болтать обо всём.

– Хорошая традиция. И что дальше?

– Несколько дней не выходила Ольга, я, конечно, забеспокоилась, решила сама к ней зайти, а эта женщина не пустила. Объяснила тем, что гриппует она. И правда видела, как пару раз приезжала скорая. Но меня успокоили, мол, идёт на поправку.

Елена Константиновна отвернулась к окну, снова сводя свои почти седые брови, явно что-то обдумывая.

– С тех пор мы не видели твою бабушку, Дашунь. Каждый раз мне эта женщина рассказывала то про болезнь, то она спит или отдыхает, то куда-то уехала. А потом, как гром среди ясного неба, известие, что она умерла. Твоя сестра быстренько организовала похороны и была такова, а эта работница продолжила жить в квартире. Стали появляться бородатые мужчины, выносить мебель и на днях вообще сменили замки.

–Я не понимаю…

– Бабуль, а как выглядела та женщина? Описать можете?

Всё время рассказа старой женщины Рахметов внимательно слушал, а под конец отставил от себя кружку с недопитым чаем и нахмурился, понимая, куда и к чему дело идёт. Но он должен знать кое-какие детали, а соседка могла ему очень помочь.

– Могу, её я хорошо запомнила. Среднего возраста, где-то под сорок, тёмные волосы, вечно убранные в пучок волосы, рост как у Даши, полноватая…

– Угу, а более точные приметы есть? Национальность, родинки, шрамы, уродство?

– Русская, очки носит в толстой бордовой оправе и всегда ярко-красный маникюр. Это меня в первую очередь удивило.

Женщина снова задумалась, вспоминая детали. Даша же переводила взгляд с одного на другого совершенно ничего не понимая, чего не скажешь про мужчину, который тут же включил полицейского и уже тихо про себя ликовал. Он вёл дело чёрных риелторов и везде фигурировала женщина, у которой не было чётких примет. И сейчас чутьё просто било в набат, он был на верном пути.

– Я вас очень прошу, вспомните, может была какая-то особая примета.

– А ведь была. У неё нет полпальца на левой руке, кажется безымянного. И небольшая родинка под глазом, но под каким уже не вспомню.

– Спасибо и этого много…

– Ой, главное забыла, она картавит немного и представилась мне Ларисой.

– Конкретная информация, но уверен, что это не её настоящее имя.

Довольный таким поворотом, Богдан совсем забыл про девушку и резко повернулся к ней, когда Даша со всей силы пнула в ногу под столом.

– Ты чего дерёшься?

– Привлекаю внимание. Что всё это значит?

Мужчина потёр ушибленную ногу и тихо сказал:

– Давай потом? Не очень приятное для всех дело.

– В каком смысле?

– Наберись терпения.

– Дашенька, как жаль, что тебя не было на похоронах.

– Да, мне никто не сообщил.

– Ох, если бы знала, то обязательно позвонила. Думала Марина скажет.

– Ей не до меня видимо. Спасибо большое за