Брат моего жениха - Алекс Коваль

– Поговорим?

Глава 3. Лана

Он стоит каменным изваянием по другую сторону моего рабочего стола и буравит тяжелым взглядом цвета кофейных зерен. Взглядом, которым его маленькая копия Алексия смотрит на меня каждый божий день.

Она ведь и вправду переняла от отца очень и очень много. Глаза, улыбка, цвет волос, которые забавно вьются, а это уже в меня. И вроде не виделись они ни разу, не знакомы, но некоторые жесты, мимика – все Рысева.

Его маленький Рысенок, о котором он не знает и не узнает.

– О чем ты хочешь поговорить? – с трудом нахожу в себе силы говорить ровно и не отводить взгляда глаза в глаза.

Он, как всегда, идеален. Модная щетина, которую, когда мы были вместе, Рысев не носил, прическа, джинсы и светлый, песочный джемпер, который экстремально обтягивает внушительную мужскую фигуру. От него так и веет силой и тестостероном. Чертов альфа-самец.

– В отпуск собралась? – кивает Леша и переводит взгляд на экран моего ноутбука, где как раз прогрузился сайт одной из турфирм.

– Думаю.

– Со Славой? – снова взгляд с хитрым прищуром устремлен на меня.

– С дочерью.

На этом мы оба замолкаем.

Воздух в кабинете буквально искрит. До того накалено между нами молчание. Как бы не случилось у техники перенапряжение, потому что один из нас уже точно готов рвануть от того, как натянуты нервы.

– Давно вы с моим братом вместе? – спрашивает мужчина со сквозящей в его словах претензией.

– Полгода. Но это не твоего ума дело, Рысев, – набираюсь храбрости и прячу вспотевшие ладошки в карман широких брюк.

Время идет, я меняюсь, но все равно чувствую себя рядом с ним маленькой, глупенькой, неопытной девчонкой. До сих пор. Хоть и разница у нас всего в жалких шесть лет, что по меркам современного общества и не разница вовсе.

– Я думаю, нам надо кое-что прояснить...

– Почему ты тогда ушла? – снова перебивает Леша, вгоняя своим вопросом то ли в ступор, то ли в молчаливую ярость.

– Ты серьезно у меня сейчас это спросил? – выгибаю бровь и чувствую, как учащенней начинает биться сердце.

Заходим на опасную тропу, которую лучше обходить стороной.

– Я приехал домой и всего, чего удостоился, была записка, – не в пример спокойней меня выглядит Рысев. – И ужин. Остывший. Ни тебя, ни вещей. Что тогда произошло? – сжимает и разжимает свои внушительные кулачищи бывший.

– Зачем ты сейчас это хочешь знать?

– Потому что мне интересно, чем я заслужил такое отношение.

– Может быть, тем, что я, как дура, ждала тебя, пока ты таскался с бабами по клубам? Или тем, что уехал из этого самого клуба в отель? Нет? Не думал об этом? – выходит зло и с надрывом.

– Для мужиков изменять – это нормально. Все изменяют, – говорит он так, словно сообщает прописную истину. Только вот ничего подобного!

– Не нормально. Слава не такой. И ты прекрасно знал, что чуть ли не единственная вещь, которую я никогда не прощу – измена. И все равно пошел на это.

– Если я тебе скажу, что уже тысячи раз пожалел об этом, – делает шаг, огибая стол, Леша, – поверишь? – замирает в метре от меня, заставляя смотреть на него снизу вверх. – А если я скажу, что не изменял?

Вот он, любимчик девушек. Суперзвезда с многомиллионными контрактами, улыбающийся с таблоидов. Другая бы точно не упустила такой шанс – привязать к себе мужчину ребенком. Но моя обида слишком прочные пустила корни в сердце. Слишком больно мне было тогда, и ни за какие “небеса в алмазах” я не наступлю на эти грабли второй раз. Хватит мне игры с ним в любовь, случившейся однажды. Наигралась. Наелась на всю жизнь вперед так, что теперь не открыться, не довериться не могу ни одному мужчине.

– Почему ты молчишь… – понижает голос до рычащего шепота Рысев, – Лана? – зовет по имени так проникновенно, всколыхнув что-то давно забытое и потерянное глубоко внутри. И делает еще шаг, сокращая расстояние между нами до опасного минимума. Оттесняя меня к стене. Я буквально впечатываюсь в нее в попытках оставить между нами хоть какой-то зазор.

– Потому что я была не нужна тебе тогда… – с трудом продираю слова. Его темные глаза опускаются на мои губы, и каждый следующий вдох дается мне с огромным трудом, потому что я чувствую его. Кажется, ощущаю каждой клеточкой его желание, возбуждение и огонь, что бушует внутри этого огромного, но не умеющего любить сердца.

Вижу, как дрогнул кадык, когда Рысев с трудом сглатывает и делает последний разделяющий нас шаг, запуская руку в мои длинные теперь волосы, и наклоняется с явным намерением поцеловать, но... я вскидываю руки и останавливаю его, упираясь ладонями ему в грудь и мягко, но настойчиво отодвигаю от себя.

– И я не нужна тебе сейчас, – договариваю то, что собиралась.

Нахожу в себе силы и на ватных ногах отхожу, снова устанавливая между нами спасительную преграду в виде стола.

– Зачем ты пришел сюда, Рысев?

Он с минуту молчит и, когда мне уже кажется, что ответа не будет, говорит:

– Ты собираешься замуж за моего брата. А это значит, что мы будем видеться.

– И я очень надеюсь, что ты будешь мужчиной и не станешь чинить мне препятствия.

– Ты любишь его? – сжимает челюсти Рысев.

– Он любит меня. Меня и мою дочь.

– Ты не ответила на мой вопрос, – упирает руки в бока мужчина и смотрит волком, исподлобья. – А ты его? Любишь?

– Мне достаточно его чувств, – обрываю довольно резко всякие попытки продолжать и дальше этот бессмысленный разговор.

– Бред, – ерошит пятерней волосы Леша в таком знакомом и привычном жесте. – Не ты ли мне говорила, что семьи без любви быть не может?

– А ты мне доступно объяснил, что любовь – это все глупые сказочки для маленьких девочек. Теперь у меня есть Слава. У нас скоро свадьба, Рысев. Моя дочь его приняла. Будет лучше, если мы и дальше будем делать вид, что друг друга не знаем, – выпаливаю как на духу. И немного погодя говорю уже спокойней, с силой сжимая ладони в кулаки, так что ногти больно