Последний хранитель драконов - Ная Геярова

— Успокойтесь, — пригрозила эмоциональным и крайне переживающим за хозяйку волосам. Те, послушно уложились в локоны.

А я уставилась на вышедших.

Крохи существа. Малыши: макара, лирис и ваур. [НГ1] 

— Где ваши родители?  — повторила я вопрос.

Крохи переглянулись.

Из глубины леса раздался рык. Дракончик и лирис кинулись ко мне в ноги, ваур и макара ответили детским рычанием. И хотя голоса их дрожали, но судя по всему, маленькие мифические существа собрались нас защищать.

— Не бойтесь, с этим я разберусь, — сказала я поднимаясь и вставая перед малышней.

Из глуши выглянула морда волколака. Глянула. Увидела меня. Смутилась. Начала оглядываться в попытках быстро ретироваться.

— И чего это мы детей пугаем? Кто разрешил так реветь?  — строго поинтересовалась я.

Волчара скромно глазенки потупил. Я присмотрелась. Точно, это Райк, лавочник из соседнего села.

Я сощурилась, поставила руки в бока.

— Разрешение имеется? Ты на кого, вообще, нечисть серая, охотиться собрался? Сезон разве начался? А может лицензия есть?

Я начала проговаривать заклинание. Такое, чтобы он надолго свою браконьерскую деятельность запомнил. Знаю я таких, охотился он, конечно, не на детишек, а на живность куда более крупную и редкую. Саблезубые соболя. В это время у них очень дорогая серая шерсть, с переливами в серебро. Безумно красиво. Вот только цена этой красоты — смерть. Охотиться на саблезубых можно всего месяц в году. А мода не проходит никогда. И сейчас самый пик цены на шкуры соболей.

Я уверенно отправила маленькое проклятие в волчару. Теперь не скоро у него нюх вернется. А без него саблезубого не поймать. Да и страшно самому хищника не учуять, и жертвой стать.

Волколак вскинул морду. Повел носом. Хвост поджал и ринулся в чащу, тоскливо и обиженно подвывая.

Ваур и макара на меня с уважением посмотрели.

— Значит так, — решила я.  — Сейчас собираем ветки скородуба. Находим хорошую крепкую палку и идем ко мне. Там разберёмся кто, откуда и что с вами делать.

***

Теплое молоко малыши уметали так словно давно ничего вкуснее не ели. Облизали лапы и уставились на меня большим глазенками.

Нечистые! Существа совсем маленькие. Все!

Я стояла у входа на кухню, облокотившись о косяк, созерцая малышей.

Интересно, по сколько им? Месяц, два, полгода? Судя по виду, самый старший макара. Но кто знает, я хоть и изучала магических существ, а вот видела впервые, всех, кроме дракончика. Эти хоть в нашем городке и не проживали, но бывало залетали. Да и столица кишмя кишела высшими особами. Вот только... Зеленых я среди них не замечала. И как ни пыталась, не могла вспомнить к роду каких драконов они относятся. Хотя точно о таких читала. Нечто мимолетное проскальзывало в памяти. Словно не значимое было. Необходимо сегодня же поднять в сознании. Вот разберусь с малышами и загляну в зеркало воспоминаний, может оно что-то подскажет.

— Будем знакомиться, — сказала я, улыбнувшись детворе и направляясь к столу, где стояла крынка с молоком. Налила всем добавки. Малыши смотрели на меня настороженно, но урчащие животики быстро отвлекли их и крохи снова принялись за еду.

— Я, Алисия, можете звать меня Алиса, — представилась я.  — Местная ведьма. Живу в этом самом домике.  Как звать вас?

Малышня переглянулась. И все посмотрели на дракончика. Тот облизнул мордочку и скромно отодвинул опустившее блюдце. До года дракончики не умеют перевоплощаться, что не отнимает у них умения говорить. Это первое чему они учатся, причем на разных языках. Даже не учатся, а просто знают. Спасибо драконьей крови. В отличии от остальных малышей, у каждого из них свой язык, и нам будет трудно друг друга понять, если дракончик не заговорит.

— Знакомь, — подбадривающе сказала я, все еще не теряя надежду, что меня понимают.

— Гино, — тихо прошептал тот, очень мягким и мелодичным голосом. Хотя у детей они всегда такие. Особенно у драконов.

— Кто у нас Гино?  — спросила я.

На меня повернулся макара и махнул хвостом.

«Гино — мужское имя», — подметила про себя я.

— Очень приятно. А как зовут ваура?

— Киота, — сказал дракончик.

— Красиво, — кивнула я.  — И он тоже у нас мальчик?

Ваур скромно кивнул.

Я перевела взгляд на лирис.

— Майни, — проговорил его имя дракончик.

— Чудесно, Майни, ты девочка?

Существо кивнуло рыжей мохнатой головой и слегка качнула всеми тремя хвостами.

А я уже смотрела на чешуйчатого малыша.

— А кто у нас ты?

Тот покрутился на стуле и неуклюже поклонился мне.

— Инаи.

Я приподняла бровь.

Девочка! Драконица! Зеленая драконица! Никогда таких не видела! И какие уникальные кристально-синие глаза, словно льдинки через которые смотришь в синее небо. И то переливается в гранях кристаллов.

— Что ж, — сказала я улыбнувшись.  — Я приготовлю вам комнаты. Нужно отдохнуть, вы явно уставшие. А с утра решим, что будем делать с вами.

Уложив малышей спать, я села за изготовление метлы. В котелке кипело зелье полета. В него я окунала каждую ветку и складывала в вязанку.

Пока делала, все думала. Откуда они взялись? Эти детки. Все крошки. Особенно дракончик. Судя по всему, он... А вернее она, недавно вылупилась. Говорила тяжело. Ловила каждое слово, запоминая. Драконы к месяцу уже говорят очень отчетливо. В два летают. Они растут очень быстро. Уже в год, это крупные особи.  Примерно с меня ростом. Тогда они впервые учатся перевоплощаться. В это же время они начинают расти как обычные дети, примерно шести-семи лет. А после шестнадцати их рост замедляется. Средний возраст для дракона триста лет. Найденная мною драконица едва ходить научилась. Кому могло прийти в голову бросить едва вылупившуюся кроху? Или её украли? Для чего? У драконов очень строго следят за выводком. Как могло получиться, что кого-то украли? И почему я не слышала в новостях о пропаже? Может она с другого континента? Я пыталась вспомнить что знала о зеленых драконах. Спасибо бабушке. Она дала мне хорошее