Правила страсти - Сара Беннет

– По-моему, – неожиданно подал голос Макс, – вы сочувствуете мне, но прошу вас этого не делать. Поверьте, мне не нужна ваша доброта; я просто хочу, чтобы меня оставили в покое.

– Так вы просите предоставить вас вашей участи? – Мариэтта заметила, что в его глазах вспыхнули сердитые искорки. – Но разве вы не знаете, что мы сами творим нашу судьбу? Именно это я и собираюсь сделать.

Ветер усилился, и теперь корзину сильно качало. Внизу под ними колыхались верхушки деревьев, стадо коров, мыча, пыталось убежать от шара.

Мистер Кит хотя и был очень занят, управляя шаром, тем не менее, с интересом прислушивался к их разговору. Он с одобрением взглянул на Мариэтту и кивнул, будто подбадривая, но она уже сказала все, что хотела. Если Макс хочет упиваться своим несчастьем, она предоставит ему эту возможность.

Снова налетел резкий порыв ветра, и Мариэтта поморщилась.

– Я собираюсь начать спуск, – поспешил успокоить ее мистер Кит. – Правда, ветер сильнее, чем я рассчитывал, и наша посадка может быть довольно жесткой...

Макс нахмурился, а Мариэтта сглотнула и отвела взгляд в сторону; если они упадут на землю с такой высоты...

– Вам нужно за что-нибудь схватиться, мисс Гринтри. Если вы будете крепко держаться, вас не выбросит во время приземления, верно, Макс?

Мариэтта невольно повернулась и увидела, что их спутник согласно кивает. И тут же шар начал быстро снижаться.

Внизу ветер дул еще сильнее, и пилот нервно взглянул на поле под ними – то, что выглядело зеленым и мягким, теперь казалось уже не таким манящим. Когда корзина коснулась земли и сильно подпрыгнула, Мариэтта вскрикнула. Некоторое время их тащило и подбрасывало, затем корзина опрокинулась...

Сильная рука ухватила Мариэтту за талию и удерживала ее, прижимая к широкой груди, рождая ощущения безопасности. Мариэтта крепче прижалась к Максу, не чувствуя ничего, кроме бесконечной благодарности. Когда особенно сильный удар подбросил корзину, Макс удержал ее и крикнул мистеру Киту, чтобы тот лучше смотрел за шаром.

Потом они наконец остановились, и разнообразие звуков сменилось мрачной тишиной. Мариэтта лежала неподвижно, чувствуя под собой большое тело, при каждом дыхании поднимавшее и опускавшее ее. Подняв голову, она осторожно огляделась...

Корзина лежала на боку посреди большого поля; сморщившийся шелковый шар слегка трепыхался на ветру. В нескольких шагах лошадь, помахивая хвостом, с подозрением косилась на них.

Выбравшись из корзины, мистер Кит тут же принялся за работу, тогда как Макс продолжал лежать на спине, не отводя взгляда от Мариэтты; с красивого лица его не сходило страдальческое выражение.

Прядь ее волос, выскользнув из-под заколки, скользнула по его щеке, и Макс вздохнул так, будто только что перенес серьезное испытание.

Мариэтта почувствовала, как ее бросило в жар.

– Простите, я не... – Пытаясь слезть с него, она подогнула колени, но он еще крепче прижал ее к себе и перекатился на бок.

Мариэтта удивленно выдохнула, почувствовав, как руки сами обвились вокруг его шеи и замерли. Волосы Макса при прикосновении показались ей похожими на жесткий шелк.

– Осторожно, мисс Гринтри, однажды мне может понадобиться сын и наследник, – раздалось над ее ухом. – Впрочем, кому нужен ребенок от меня?

Мариэтта поняла, что Макс попросту смеется над собой.

– Ах, Макс, любой человек кому-нибудь да нужен! – не сдержавшись, воскликнула она.

– Верно, кому-нибудь...

Неловкие попытки поднять настроение, по-видимому, тронули Макса, и он улыбнулся:

– Ладно, не будем заниматься наследником именно сейчас.

Он начал осторожно высвобождать шею из рук Мариэтты и выпутывать ноги из юбок, а затем, выбравшись из корзины, потянул ее за собой.

– Надеюсь, вы не пострадали? – Он нагнулся и взглянул ей в лицо. Вблизи его глаза не были такими уж темными, а на щеке красовалась царапина.

Мариэтта вскинула подбородок:

– Со мной все в порядке, благодарю вас.

Оторвав от нее взгляд, Макс повернулся к мистеру Киту:

– Бывали у тебя приземления и получше, Йен.

–Да, но бывали и похуже. – Занятый работой, Кит даже не поднял головы. – Не будь неблагодарным. Ты ведь цел?

Макс хмыкнул и, отойдя на несколько шагов, потянулся.

Мариэтта молча смотрела на него, не в силах отвернуться. От движений большого тела – оно было большим, это она знала по опыту – Макс наверняка испытывал чувственное наслаждение, а вот ей почему-то захотелось удалиться от него как можно дальше.

– Как вы, мисс Гринтри? – Мистер Кит наконец-то вспомнил, что, кроме шара, мог пострадать живой человек.

– Ничего, спасибо. Макс... позаботился о моей безопасности.

Губы мистера Кита дернулись.

– Это верно, он может позаботиться, – спокойно проговорил полот.

Макс замер, затем оглянулся через широкое плечо:

– Я не нянька, Йен.

Мариэтта оскорбленно выпрямилась.

– К вашему сведению, сэр, я уже выросла и не нуждаюсь в няньке.

– Неужели? На мой взгляд, вы просто дитя.

Ее щеки вспыхнули. Дитя? Мариэтта уже давным-давно не ощущала себя ребенком. Некоторые люди ошибочно принимали ее маленький рост и живость за незрелость, но они ошибались; она взрослая женщина с собственными мозгами и сильной волей.

– У большинства моих подруг уже есть собственный дом и няньки для собственных детей, – сухо ответила она.

– Но не у вас, мисс Мариэтта?

Мистер Кит улыбнулся, пытаясь разрядить атмосферу.

– Нет. – Мариэтта с вызовом взглянула на Макса. – У меня нет намерения выйти замуж, и никогда не будет.

Макс фыркнул.

– Насколько я знаю, все женщины хотят выйти замуж, – проговорил он тоном эксперта. – Что им еще делать, как не выходить замуж? Респектабельное общество и те, кто задает в нем тон, отняли у женщин возможность выжить без опоры.

– Но я... я не такая, и не хочу, чтобы мне указывали, как прожить жизнь. В мире так много интересных вещей.

Макс поднял брови и высокомерно улыбнулся:

– Понимаю. Может быть, вы поедете на сафари в Африку, мисс Гринтри? Или отправитесь в горы Шотландии? Или, как это сделала одна эксцентричная леди, учредите приют, где сирот будут учить игре на фортепиано?

Неужели он имеет в виду Вивиан? Старшая сестра Мариэтты несколько лет назад действительно основала приют для бедных сирот.

– Я считаю, что жизнью следует наслаждаться в полной мере, – спокойно ответила Мариэтта, – и намерена испробовать каждую ее каплю.

Это была чистая правда – утраченная репутация, по крайней мере, дала ей возможность искать другие пути в жизни. Есть некоторая свобода в том, что ты уже ничем не можешь ухудшить ситуацию.