Дина - Алайна Салах

В общем, я решила подстраховаться. Мелькнула даже мысль позвать с собой Тимофея — красавчика-тренера с телом Аполлона и взглядом преданной хаски, с недавнего времени оказывающего мне знаки внимания, но я быстро ее отмела. Слишком уж это жалкий ход. Достаточно будет голливудских локонов и платья, облегающего пятую точку, как латексная перчатка руку врача.

— Пожелания к макияжу есть? — интересуется девушка-стилист, закончив щедро орошать мою голову лаком.

— Только одно. Чтобы я не была похожа на отчаявшуюся проститутку, и чтобы мое лицо не блестело, как сопля.

— Я вас поняла. — На ее лице не мелькает даже тени улыбки. Вот что значит серьезное отношение к работе.

Но, несмотря на явное отсутствие чувства юмора (что-то мне стало везти на таковых), свою работу девушка выполнила хорошо. К моменту выхода из салона мои волосы красиво пружинят, лицо приобрело естественное сияние, а взгляд, который в последнее время стал тяжелым и угрюмым, вернул былую жизнерадостность. То, что нужно, чтобы возместить потерянную уверенность.

До начала торжества остается около двух часов, чего с лихвой хватает на то, чтобы добраться до ресторана, где намечено празднование, и купить цветы. И даже времени на то, чтобы выпить кофе, остается.

Прихватив букет голубых гвоздик, я захожу в кофейню по соседству и, заказав у стойки латте, прохожу к столику у окна. Расположившись там, еще раз оглядываю лицо в карманном зеркале, чтоб убедиться, что мне не показалось и выгляжу я действительно жизнерадостно и свежо.

— Какая встреча, — раздается смутно знакомый голос над столом. — Если бы я верил в знаки, то непременно бы решил, что это и есть знак.

Задрав голову, я в течение нескольких секунд разглядываю мужика в дорогом костюме, не слишком вписывающимся в местный хипстерский интерьер, и никак не могу вспомнить, где я могла его видеть.

— Виктор, — подсказывает он, поняв, что рассчитывать на остроту девичьей памяти не стоит. — В первую и последнюю нашу встречу мы беседовали по поводу сотрудничества.

— Да, точно, — киваю я, не утруждаясь быть приветливой. Мне не нравится то и дело сталкиваться с людьми, не представляющими для меня интереса. — Вы меня преследуете?

Мужик смотрит на меня с почти отеческой укоризной. Мол, что за нелепые предположения?

— Разумеется, нет. В прошлый раз вы довольно ясно дали понять, что работа на меня вас не интересует.

Я снова киваю, давая понять, что с того момента ничего не изменилось.

— Правда, я слышал, что из автосалона вы уволились. Отличное решение. — Запустив руку в карман, он выкладывает на стол бархатистую визитку с золотым тиснением. — Это мой телефон, если передумаете. Уверен, что мы сработаемся.

Я скептически смотрю на черный прямоугольник. Еще один мамонт. Кто в наше время пользуется визитками?

— Раз уж вы столько обо мне знаете, то в курсе, что у меня уже есть работа.

— В курсе, конечно, — улыбается Виктор. — Но работать у меня вам будет куда интереснее.

В этот раз он не пытается раздражать меня долго и, склонив голову, ретируется. Я допиваю кофе и встаю. Вот и все, пора ехать.

Взгляд падает на визитку и я, сама не зная почему, засовываю ее в сумку. Наверное, потому что не люблю оставлять мусор на столе.

5

Первое, что я вижу, подъехав к месту празднования — это автомобиль Камиля. Даже не помня номеров, не спутаю ни с одним другим: намыт до блеска даже в дождливую погоду, как и машина его бородатого друга, стоящая по соседству.

Руки слегка холодеют, и мне приходится немного замедлить шаг, чтобы напомнить себе, для чего я здесь. Я пришла поздравить подругу и отлично провести время после двухмесячного затворничества. Макияж и укладка обошлись так дорого, что даже присутствие всех бывших вместе взятых не испортит мне настроения.

— Вы на день рождения? — осведомляется парень в белой рубашке, выразительно посмотрев на букет в моих руках. — Я вас провожу.

Проходя мимо зеркала, я на всякий случай оцениваю свое отражение: точно ли платье сидит так хорошо, как я запомнила, и точно ли стилист стоил своих денег? Такая внезапная озабоченность внешним видом мне совсем не по душе. Раньше мне не требовалось по сто раз себя разглядывать, чтобы излучать уверенность. Я куда больше, чем привлекательная обертка, и ни одна неудача на любовном фронте не должна это знание поколебать.

— Дина! — Прямо у входа в зал празднование передо мной возникает сияющее лицо Таисии. — Я так рада, что ты пришла!

Мы обнимаемся, словно не виделись минимум год: инициатива, конечно, исходит от жизнерадостной именинницы, а я просто подхватываю. Холод в руках исчезает, и внутри становится спокойно и тепло. Такова магия Таисии, которую мне никогда не постичь.

— Это тебе, — я протягиваю ей гвоздики и пакет с подарком — сертификат в именитую студию фотографии. Таисия похожа на ту, кто любит семейные фотосъемки. Покупку косметики, белья и парфюма я решила оставить на совести ее мужа.

— Голубые! — восторженно произносит она, пробегаясь пальцами по лепесткам. — Идеально подойдут в спальню. А это… — Она ныряет в пакет и достает конверт с сертификатом… — Ох! Ну, вот откуда ты знала? Я уже который месяц думаю про фотосессию с детьми и никак не могу определиться со студией.

— Я с ними работала, — улыбаюсь я, польщенная такой бурной реакцией на свой, как мне казалось, не слишком оригинальный подарок. Определенно, общение с Таисией — то, что нужно, чтобы воспрять духом. — Уверена, вам там понравится. И Булата зови… — Машинально нащупав взглядом фигуру бородача, стоящего неподалеку с телефоном, я подмигиваю: — Пусть не отлынивает от семейных обязанностей.

— Булат и фотосессия? — вздохнув, Таисия берет меня под руку. — Не смеши. Его можно заснять только на телефон спящим. На снимки с детьми приходится уговаривать, не говоря уже о фото со мной.

Решив никак не комментировать подобную зловредность, я позволяю вести себя к гостям. Камиль вообще на мой день рождения не пришел, так что не мне рассуждать о том, что должны и чего не должны