На грани возможного - Лия Янурова

яркий средиземноморский салат, паста с курицей и соусом песто, аккуратно нарезанные фрукты, клубника в шоколаде… Я на секунду теряюсь в пространстве и думаю, что каким-то образом забрела в ресторан. На подоконнике горят свечи в старинном канделябре, на столе — огненно-красные цветы причудливой формы. По-моему, это какие-то лилии, но я не уверена. Вся кухня будто бы преобразилась, и даже грязной посуды не найти. На столе стоит ведерко с шампанским, заполненное льдом, а сам напиток уже пенится в бокалах.

— Но… как?

Я часто подкалываю Ника из-за его неумения готовить, но сейчас даже язык не поворачивается сказать, что у него и хлеб в тостере сгорит, куда уж тут изысканный ужин на двоих?

— Ты заказал кейтеринг? — я кладу подарки на мраморную кухонную стойку и недоверчиво делаю шаг к столу, а Ник берет клубничку со стола и подносит ее к моим губам. Я принимаю угощение и жмурюсь от удовольствия: молочный шоколад тает во рту, смешиваясь со свежестью и сладостью спелой клубники.

— Это чтобы ты больше не говорила такую ерунду, — шепчет Ник и отходит. — Присаживайся. Ты прекрасно выглядишь, — он медленно осматривает меня с ног до головы.

— Будешь на меня так смотреть, Николас, и это платье слетит на пол уже через полминуты, — обещаю я и сажусь за стол.

Несмотря на все эти шутки и флирт, я замечаю, что Ник постоянно крутит пуговицы и теребит манжеты. Я решаю не акцентировать на этом внимание и вместо этого берусь за вилку. Ник рассказывает, что у нас на столе и дает пару рекомендаций, что с чем есть и с чего лучше начать.

Я за несколько минут съедаю порцию салата, помогая себе ломтиками чесночного багета.

— Боже, как вкусно, — закатываю глаза от удовольствия. — Так как это здесь оказалось?

— Это я приготовил, — немного обиженно говорит Ник, хотя в его глазах читается любовь: он обожает смотреть, как я ем, потому что после трапезы я всегда довольная и добрая, а если мне очень вкусно, то даже пританцовываю в процессе. — Последние несколько месяцев я учился готовить эти блюда. Скажу честно, было нелегко, и не уверен, что я вообще хочу это есть. Наелся уже неудачными попытками, — он рассматривает буженину и потом все-таки берет себе пару ломтиков.

— Но когда? — недоумеваю я.

— Помнишь, я иногда работал из дома?

— Точно! — не сказать, чтобы Ник часто устраивал сюрпризы, поэтому я даже не думала, что он планирует что-то за моей спиной. — И ты столько времени держал все в секрете?

— Искушение все рассказать было велико, — признался Ник. — Но, как видишь, я сдержался. Продукты я обычно закупал после твоего ухода, и к возвращению уже все было готово, съедено или… ну, выброшено. Какие-то ингредиенты я оставлял, потому что по отдельности они подозрения не вызывали. Если так подумать, сами блюда не самые сложные, и я успевал и поработать, и приготовить все нужное. В интернете я нашел частного шеф-повара, с которым я созванивался, и он помогал мне с готовкой. Не задаром, конечно.

Судя по тому, как тараторит Ник, ему самому не терпелось это все рассказать, и я его понимаю.

Я улыбаюсь. Я знаю отношения Ника с готовкой, и это очень смелый подвиг. Я ценю его всей душой. Тепло разливается в груди, словно там вырос цветок, сотканный из солнца, и распустил бутоны.

— И это все ради меня?

— Ради тебя, ради… нас, — Ник отпивает шампанского из бокала, поднимается из-за стола, откашливается и…

Опускается на одно колено.

Я смотрю на него огромными глазами, не в силах поверить происходящему.

Ник залезает рукой в карман. Сердце колотится. Я не знаю, визжать мне от радости или падать в обморок.

— Бетт, мы с тобой вместе уже год, — начинает он, прежде чем достать заветную коробочку из кармана. — Год, пролетевший за пару секунд и протянувшийся целую маленькую жизнь. Я не верил в родственные души, и даже к любви относился скептически, но ты доказала, что я был не прав. Я никогда не был так рад ошибиться, — он улыбается мне, и я улыбаюсь в ответ, хотя на глазах выступают слезы. — Я… Я подготовил целую речь, — голос Ника дрожит, он сглатывает и нервно смеется. — Но все вылетело из головы.

— Я тебя люблю, — шепчу я.

— И я тебя люблю, Бетт.

Он достает из кармана продолговатую белую коробочку с крышкой.

Я хмурюсь. Как сюда может влезть кольцо? И вообще, что за странный выбор?

— Прими таблетки, — настойчиво говорит Ник и протягивает мне два белых кругляшка.

Что? Какие…

Голова вдруг начинает болеть так сильно, будто кто-то изнутри ударил по черепу огромным молотом и продолжил усердно колотить по стенкам. Я хватаюсь за голову, зажмуриваю глаза и проваливаюсь в темноту.

???

Имя и фамилия: Элизабет Дэнроу

Возраст: 30 лет

Пол: женский

Дата поступления: 3-е мая 2023

Диагноз: Делюзиональное расстройство

Последующая информация была выявлена в ходе разговора с Николасом Блэком — жертвой преследования и объектом ложных убеждений Элизабет.

Николас Блэк познакомился с Элизабет в магазине, заговорив с ней у стеллажей. Мужчина не выказывал интереса или враждебности, и, прокомментировав содержимое ее корзины, ушел.

Через неделю Николасу стали поступать звонки от Элизабет. На вопросы, откуда у нее его телефон, она не ответила, но разговаривала с ним так, словно они хорошие знакомые и любовники. Николас добавил ее номер в черный список, но это не остановило пациента. В ходе тестирования мы также подтвердили, что Элизабет враждебно относится к отказам и не терпит того, чтобы ее ложные убеждения опровергали.

Вскоре к порогу дома Николаса стали приходить подарки: он выделил букеты розовых тюльпанов, настольные игры и кофе — такой, какой он обычно заказывает в кофейне поблизости. Подарки подходили его вкусам и интересам. Николас не замечал самой слежки, но ему часто казалось, что на него кто-то пристально смотрит. Однажды ему пришли фотографии самой Элизабет, снятые на пленочный фотоаппарат так, будто их делал кто-то еще. Сзади они были подписаны «совсем как ты любишь!:)». На одном из снимков оказалась его пропавшая футболка со словами на обороте «все еще пахнет тобой!». Николас обратился в полицию. Полицейские обнаружили следы взлома и подтвердили незаконное проникновение в квартиру, после чего вместе с детективами установили личность Элизабет и привлекли нас к расследованию. После наблюдения за пациентом и многочисленных тестирований был поставлен диагноз «делюзиональное расстройство».

Элизабет работала в ресторане су-шефом. Ее коллеги подтвердили, что девушка никогда не представляла угрозы жизни и здоровью и обращалась с острыми