Берег. Свернуть горы - Юлия Крынская

Мужчина с отменной выправкой и в форменной одежде с гербом, который Юля однажды видела на халате Эдварда, подошел к ним, как только репортеры отстали.

—С прибытием!— поздоровался он почтительно.— Прошу вас на паркинг.

Два чудесных автомобиля: черный элегантный «Бентли» и серебристый спортивный «Астон Мартин» поджидали их на парковке. Из последнего вышел водитель, поклонился Фарреллам и принялся укладывать чемоданы в багажник.

Эдвард повернулся к Юле, момент расставания настал: «А ведь я могла бы прилететь в Лондон с ним. Какое счастье, что он нашел в себе силы вернуть все на круги своя. Мой синеглазый ангел, не смотри так на меня».

Фаррелу-старшему никто не давал его возраст. В свои пятьдесят пять Эдвард выглядел лет на десять моложе. Умный, пронзительный взгляд синих, как у сына, глаз, с лучистыми морщинками в уголках, с первого дня знакомства действовал на нее, как шестой коктейль «Секс на пляже». Этот хирург сжимал ее сердце не только на операции, возвращая с того света. Он продолжал держать его в своих руках до сих пор. Высокий, подтянутый, стоял он сейчас перед ней, перекатываясь с пяток на носки, и загадочно улыбался. Черное пальто, кашне, отутюженные стрелки на брюках, начищенные до блеска ботинки — мистер элегантность и эталон идеального мужчины. Но Роберт стал центром ее мироздания, без него жизнь казалась бессмысленной, а время замирало.

"Центр мироздания" шлепнул ее ниже поясницы и прервал их молчаливый диалог нетерпеливым: «Поехали!»

«Как они похожи на свои авто»,— мелькнула у Юли мысль, и Фаррелл-старший тут же прочитал ее:

—На чем поедешь? Выбирай,— в голосе его звучала тоска.

—Она уже выбрала,— пробубнил Роберт, открыл дверь машины и сунул на заднее сиденье сумку с ноутбуком.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— С нетерпением жду тебя в гости,— Эдвард обнял Юлю, и она задержала дыхание. Аромат его парфюма дурманил разум не меньше, чем Фаррелл-старший.

Юля посмотрела на него. Его откровенный взгляд смущал. Им Эдвард однажды уже лишил ее остатков разума и сорвал последние запреты. В тот день Роберт бросил Юлю, поддавшись козням и наущениям русского приятеля Фаррелла-старшего. Она в отчаянии чуть не шагнула из окна, второй раз в жизни лишившись любимого человека. Волна мести и ненависти к сыну, уступила место волне страсти и благодарности к его отцу. Юля провела руками по широким, ладным плечам Эдварда и кровь прилила к ее щекам: "Вряд ли я забуду губы, что так жадно терзали мой рот. Ты трижды подарил мне не только жизнь, но и томительные ощущения. Это походило на сумасшествие, неистовство, безрассудство, но чуть не убило все то прекрасное, что ожило в душе, когда я позволила себе полюбить Роберта. Так что, сорри, старина.

Юля уперлась в грудь Эдварда ладонями. Он, тяжело вздохнув, выпустил ее из объятий и обратился к сыну:

— Постарайтесь завтра приехать,— голос его, как всегда, оставался ровным, но уголки губ дрожали, а правая рука неустанно сминала перчатки с самого выхода из терминала.— Иначе меня съедят мои милые сестрицы.

— Мы позвоним,— лаконично ответил Роберт и повернулся к водителю, пригнавшему его машину: — Колин, передай ключи мисс Джулии. Я хочу, чтобы она сама отвезла нас домой.

Юля еще не очень хорошо понимала быструю английскую речь, но, когда Колин передал ей ключи, до нее дошел смысл слов Роберта. Возлюбленный с вызовом посмотрел на нее.

—Немного экстрима, Джу?— в глазах его разгорелся азартный огонь.

—Тебе, правда, этого хочется?— сладко проворковала Юля и добавила лилейным голоском: — Надеюсь, это чудо застраховано?

— Э, постой, ты о чем?— рассмеялся он, распахнув перед ней дверь.

—Я никогда не гоняла на праворульной спортивной машине,— щурясь, промурлыкала она.

Роберт хлопнул ее ладонью ниже поясницы.

—Дикая кошка, спрячь когти и не гони. Нам ехать от силы полчаса.

—Скажи, что я не сплю.— Юля плюхнулась за маленький удобный руль, окинула взглядом датчики и втянула в себя запах нового кожаного салона.— Мечта, а не машина! Слишком много потрясений для одного дня.

—Не больше чем всегда,— Роберт подмигнул ей, устраиваясь на сиденье рядом.— По крайней мере, с того момента, как мы встретились.

Он показал, как отрегулировать зеркала, нюансы управления и ввел в поисковую строку навигатора «Итон-Сквер».

—Погнали!— Роберт пристегнул ремень.

— Что это было в аэропорту?— Юля летела по трассе, упиваясь послушностью автомобиля и идеально ровной дорогой.— Я имею в виду журналистов.

Роберт закрыл глаза ладонью, и ямочки выступили на щеках.

—Нас с тобой точно штрафанут! Отвезу как-нибудь тебя на побережье, погоняешь.

—Уговорил,— Юля неохотно сбавила скорость.— Рассказывай.

—Рассказывать, собственно, нечего. Это светская хроника. Мы с отцом в зоне их внимания. У нас очень трепетно относятся к отпрыскам знатных фамилий, ну и сфера нашей деятельности также вызывает определенный интерес. Хотя встречали они не нас, звезда экрана наверняка должна была прибыть. А мы, можно сказать, подвернулись под руку. Завтра наше фото появится в прессе,— совсем мальчишеская улыбка озарила лицо Роберта.— Я буду потерян для общества как перспективный жених. А тебе высший балл.

—За что?

— За выдержку и самообладание,— нараспев произнес он и добавил, опередив навигатор: — На развилке направо, дорогая.

— Чувствую, здесь нам тоже скучать не придется.

— Не переживай,— Роберт потянулся,— английские леди контролируют свои гормоны, в отличие от горячих русских парней.

«За английских леди я переживаю меньше всего»,— вслух Юля этого не произнесла. — Слушай, я впервые в Лондоне, а ты мне голову морочишь своими бабами. Лучше расскажи, куда мы едем?

—Слушаюсь, ваше высочество,— Роберт откашлялся и сделал серьезное лицо.— Итак, вам предстоит поселиться в моем скромном жилище в самом красивом районе Лондона — Белгрейвия, что находится в Вестминстере. Рядом Челси, Букингемский дворец и Гайд-парк.

— Букингемский дворец,— Юля лукаво улыбнулась,— я что-то слышала. Там у тебя тоже родственники?

Роберт потрепал ее за ухо:

—Дразнишься? Между прочим, первый дом в районе был куплен графом Эссексом, после чего приобретать недвижимость на Белгрейвии стало модным,— рассказывал он.