Наблюдатель - Р. К. Пирс

Нет, мы явно вернулись к сумасшествию.

— С кем?

Она открывает рот, чтобы ответить, но в этот момент в дверях появляется миссис Люсинда и, пошатываясь, идет к столу, неся красный поднос с нашими заказами.

— Ну вот, девочки. Наслаждайтесь!

Глава 3

Несмотря на все мои попытки получить ответы, Эбигейл отказывается говорить в закусочной. Однако, чем дольше я сижу там, тем больше вопросов возникает у меня в голове. Кто такой Наблюдатель. и почему Эбигейл так смертельно боится говорить о нем?

Является ли он реальным человеком или легендой, которую эти люди придумали, чтобы объяснить паранормальную активность?

Он призрак?

Животное?

С каждой минутой я все больше нуждаюсь в ответах.

Мы выпиваем наши молочные коктейли и берем с собой куски яблочного пирога. Когда выезжаем с парковки, я снова задаю ей вопросы.

— Эби, кто, черт возьми, такой Наблюдатель?

Она напрягается, когда слышит это имя, и ждет, когда мы поедем по проселочной дороге, прежде чем заговорить. Эбигейл говорит шепотом, словно боится, что нас подслушают, хотя мы совершенно одни. Сначала, я подумала, что она просто слишком остро реагирует, но в ее глазах неподдельный страх, что заставляет мое тело покрыться мурашками.

— Это зависит от того, кого ты спросишь.

— Я спрашиваю тебя, — говорю я, пытаясь не взорваться. Её нежелание говорить испытывает мое терпение.

Она вздыхает:

— Он бродит по Колд-Спрингс. Некоторые говорят, что он демон, который оставил ад. Другие говорят, что он призрак Майкла Смита, лидера культа, который был повешен здесь несколько десятилетий назад.

«Значит, он не настоящий».

— Кто-нибудь когда-нибудь видел его? — спрашиваю я, проглатывая вертевшиеся на языке слова о нелепости этих теорий.

— Нет, но никто и не ищет встречи с ним. — Она качает головой. — Его можно услышать по ночам, кричащего и стонущего. Хуже всего в Хэллоуин, теперь никто не пугает и не угощает сладостями. Животные пропадают повсюду, также несколько человек пропали без вести.

— И ты думаешь, что за всем этим стоит Наблюдатель?

Она кивает.

— Но как ты можешь быть уверена без доказательств? — Я очень хочу развеять этот миф. Никогда не была суеверной, хотя смотрела бесчисленное количество документальных фильмов Netflix о мифах и легендах. Я не поверю во что-то, пока не увижу своими глазами, или же кто-то предоставит неопровержимые факты, а не просто какие-то слухи. — Если его никто никогда не видел…

— Я уверена, что люди видели его, — хмыкает она, — но никто не дожил, чтобы рассказать об этом.

Когда мы выезжаем из города, воздух становится тяжелее, и у меня сжимается горло. Я не боюсь. Нельзя боятся того, во что не веришь, но ужас Эби почти осязаем.

— Он просто бродит по городу?

— Он бродит по всему Колд-Спрингсу, но крики обычно доносятся со старого кукурузного поля вон там, — объясняет она и указывает в пассажирское окно. Я смотрю в указанную ею сторону и вижу лишь стебли кукурузы до самого горизонта. — Они прекратили сбор урожая много лет назад, потому что фермеры начали пропадать без вести. Они даже пытались сжечь поле, но оно выросло за ночь снова.

Мои брови поднимаются вверх, пока я рассматриваю поле, задаваясь вопросом, как оно могло вырасти за такой короткий промежуток времени. Остальное я могу объяснить наукой или обстоятельствами, но в одночасье выросшие сожженные посевы труднее объяснить.

— Интересно, — бормочу я.

— Не рассказывайте об этом маме, папе или кому-либо еще. Раз уже на то пошло, я вообще не должна было рассказывать тебе об этом, — говорит Эби. — Это плохо. Мы не должны говорить о нём, искать и тем более ходить на то кукурузное поле.

— А как насчет того, чтобы просто прогуляться по нему? — спрашиваю я, и мысль о том, чтобы съехать с дороги и направиться к полю, уже сформировалась в моей голове. — Днем это было бы не так….

— Кэсси, — обрывает меня Эби. — Это не шутка. Не вступай с ним в контакт и, тем более, не насмехайся над ним.

Я замолкаю. Спорить явно бессмысленно.

Мы сворачиваем с основной дороги, и кукурузное поле исчезает из виду. Однако эта идея уже засела в моей голову, и я обдумываю ее реализацию пока мы едем к дому. Миф о Наблюдателе явно пугает Эбигейл, но я постараюсь доказать ей, что это только городская легенда.

Никому в Колд-Спрингс бояться не придется.

Хэллоуин не за горами — чуть более двух недель — что дает мне достаточно времени для расследования и сбора информации. Эбигейл просила не поднимать эту тему, но я уверена, что смогу незаметно выведать ответы у тети Марты и дяди Джона. Если мне повезет, то, возможно, Эбигейл разоткровенничается.

Если все-таки Наблюдатель не дух, и Эбигейл заблуждается, то есть вероятность, что это просто дикое животное. Наверное, следовало бы вооружиться. Одолжит ли мне дядя Джон свой пистолет? Я обдумываю все варианты событий, пока мы подъезжаем к дому, паркуемся, и я бреду за Эбигейл внутрь дома. Мне нужно о многом подумать, но одно можно сказать точно: я все таки отправлюсь на это кукурузное поле.

* * *

Я очень надеялась хорошенько выспаться, но на следующее утро, как только солнце выглянуло из-за горизонта, Эбигейл постучалась в мою дверь. С ворчанием я выползаю из кровати, надеваю одежду, которую не жалко, и, зевая, следую за ней вниз.

— Ты всегда встаешь так рано? — спрашиваю я.

Эбигейл кивает:

— Иногда даже раньше, в зависимости от того, что нужно сделать. Клянусь, все не так плохо, как ты думаешь. Ты быстро привыкнешь.

У меня нет сил объяснять, что быть жаворонком это то, к чему я никогда не смогу привыкнуть. И что для адекватного функционирования мне необходимо еще, как минимум, три часа сна. Не говоря уже о кофеине.

По правде говоря, все было бы не так плохо, если бы я не бодрствовала допоздна, прислушиваясь к каждому шороху, в надежде услышать крики, стоны или что-то необычное. Я уснула около полуночи, так и не услышав ни единого намека на Наблюдателя, лишь вой койотов вдалеке.

Ничего страшного.

Ничего необычного.

Чем я была немного разочарована, хотя не верю в призраков, обитающих в Колд-Спрингс. Ничего удивительного. Это всего лишь легенда, но так глубоко укоренившаяся в мозгу Эбигейл, что та не может отделить миф от реальности.

Это печально, но я верю в то, что могу помочь развеять страх перед этой городской легендой.

Может быть, именно поэтому я оказалась на ферме: чтобы помочь положить конец