Мир на двоих - Лонели Шадоус

Я упала на колени перед телом мамы, коснулась её руки и лица, её кожа не была такой тёплой как обычно, а глаза были закрыты.

— Мам, — позвала её я, — мамочка, — попробовала снова.

В ответ была тишина.

— Мам, пожалуйста, посмотри на меня, — умоляла я.

Она не шевелилась.

— Я обещаю, что буду доедать кашу по утрам, обещаю, что буду чаще убирать комнату и обещаю, что перестану пачкать свою одежду, только открой глаза!

Лишь завывание ветра в ответ.

— Прости, что так редко говорила, что очень сильно тебя люблю, но теперь я буду говорить это каждый день, я обещаю говорить это каждый час, каждую минуту, если ты откроешь глаза, пожалуйста, посмотри же на меня, — слезы капали на её лицо.

В середине моей груди словно торчит кол, мне так больно, что всё сжимается в попытках раздавить меня изнутри, будто стая грызунов пробрались в живот и начали отгрызть кусочек за кусочком от всей плоти. Боль подобно огню разливалась внутри по венам. Зубы стучат друг об друга от бесконечных рыданий.

— Помогите, кто-нибудь помогите, моей мамочки плохо, она… она не дышит, — взмолилась я в пустоту.

Никто не придёт ко мне, никто не поможет. Здесь я совсем одна. Страх одиночества и адская боль внутри сделали моё тело тряпичным, как у старой куклы. Я легла к маме и обняла её. Её грудь не поднималась от дыхания, ресницы не трепетали, как во время её сновидений и она больше не обнимала меня в ответ и не обнимет никогда. Я прижалась к ней сильнее, не желая никогда отпускать. Стало так темно, так холодно и так страшно. Моё разодранное грязное платье повисло на теле, а босые ноги так замёрзли, что онемели. Чужая кровь засохла и прилипла к коже, а места, где я поцарапалась об деревья — неприятно щипали.

Тело мамочки стало совсем холодным, но я не желала его отпускать, даже если я сама навсегда замёрзну здесь.

— Пожалуйста, останься со мной хотя бы ненадолго, — прошептала я и мой шёпот лег вокруг её тело.

Дым вокруг был красного и фиолетового цвета, оттенки накладывались вокруг, но фиолетовый побеждал, его было больше, этот дым закрыл её тело полностью.

Я положила руки на живот мамы и из них полилась волной магия. Тепло из моих вен, боль из моего сердца и любовь, самая чистая и искренняя любовь своего дитя к матери вылилась из всего тела и впиталось в её.

— Ещё ненадолго, пожалуйста, побудь рядом, пока я не вырасту, побудь со мной, — шептала я и дым вокруг нас разрастался как огромный снежный ком.

Слабость одолевала меня, магия перестала литься, глаза закрывались, но я продолжала держаться и тут я услышала стук. Это было её сердце. Оно стучало, медленно, совсем медленно, но мне удалось расслышать. Грудь и живот начали подниматься и опускаться, вновь и вновь. Она спала как принцесса, самая красивая и неповторимая принцесса.

— У меня получилось, мама, я стала сильнее и теперь я всегда буду тебя защищать, — прошептала я и когда последний фиолетовый туман лёг на землю, мои глаза закрылись.

Проснулась я в больнице, палата была такой белой, что слепила глаза. Надо мной стояла старшая сестра мамы — Кестер и её лицо выражало печаль, но мне не казалось, что она мне рада, но потом я узнала почему она ни разу мне не улыбнулась.

Мне не удалось спасти маму, лишь немного. Врачи сказали, что она никогда не очнётся, она в коме и мы можем ждать чудо, но это вряд ли возможно, ведь её мозг мёртв.

Но если спустя пару часов мне удалось сделать так, чтобы мама задышала, неужели я не смогу сделать так, чтобы в будущем она открыла глаза. Я буду расти, искать способы, искать нужную магию и наконец сделаю так, чтобы её глаза открылись, я смогу.

Глава 3. Пустота.

Чтобы отвлечься от похорон, я сходила в больницу и разобралась со всеми документами, оплатила все счета за те года, что мама пролежала здесь. Забрала те вещи, которые ей приносили в палату друзья и папа. Его даже не пустили на похороны, только из-за того, что он человек, нужно сходить к нему, когда занесу всё домой. В последний год он реже навещал маму, он начал жить дальше, у него появилась девушка и она человек, с ней он ощущает себе лучше, она помогла ему справится с утратой и я не зла на него, потому что понимаю, как всё это было тяжело, как наша семья давила на него и как ему было больно, поэтому я просто благодарна этой девушке и надеюсь, что они будут счастливы. Каждый заслуживает быть счастливым.

В больнице мы всё выставили как аварию, пришлось разбить одну машину и много чего сделать с помощью магии, чтобы все поверили в эту историю. Мама просто не справилась с управлением и врезалась в дерево, в машине была ещё я, мне удалось выжить, она впала в кому, а спустя десять лет её дыхание навсегда остановилось.

Тела других ведьм похоронили в тихоря, подделав нужные документы и поколдовав над нужными людьми. В тот день умерла двадцать одна ведьма, четверо из них были дети, трое взрослых остались в живых и один ребёнок — я. Всего трое и один ребёнок…

В тот день многие потеряли свою мать, а кто-то потерял дочь. Наш клан стал меньше, но выросли новые ведьмы, им столько же, сколько и мне. Мои тёти опоздали на праздник и может быть это и хорошо, не считая одного…

Тот паразит, что убил маму и других — был сыном младшей сестры. Она говорила нам, что ребёнка не было, клан проверял её, но ей как-то удалось это скрыть, она была в сговоре с мужчинами, что отличаются от нас, с паразитами. Её сын должен был впитать магию верховной и её дочери без остатка, ведь тогда он занял бы этот пост, он стал бы первым главной клана ведьм — мужчиной и его магия была бы полноценной, сильнейшей и при этом он смог бы забирать ещё и чужую. Его мать, младшую сестру мамы и тёти — казнили. Хетерсы сожгли её заживо на той поляне, где умерла