Ее любовная связь - Джиллиан Стоун

— Да, поддерживай смуту среди местных, и закон о самоуправлении никогда не пройдет. — Молодой детектив потер подбородок. — Да, Зак, интересно. — Он выпрямился. — Но я тороплюсь. Надо встретиться с Флинном.

— В «Восходящем солнце»?

— Нет, в «Собаке и утке». — Рейф пожал плечами. — Похоже, Флинн только что с задания. Выпью с ним пинту. Заглядывай, если захочешь промочить горло.

Зено вернулся к своему списку и принялся искать второе имя — Джеймс. Китти говорила о высоком толстяке с красными щеками. Среди мешанины имен и титулов Зено нашел лишь одного, который соответствовал этому описанию. Джеймс Реджинальд Хикс-Бич.

О Боже, этот тип работает в министерстве внутренних дел! Поговаривали, что впереди его ждет большая карьера. Анархисты были бы счастливы заполучить такого человека в свои ряды. Зено взял ручку и обвел имена четырех возможных кандидатов. После Деламера и Хикс-Бича он очертил кружком Джорджа Аптона, известного пособника Деламера, и еще одного близкого приятеля, Джеральда Сент-Клауда, графа Росслина.

Могут ли эти пэры быть «Кровавой четверкой»?

На последнем имени он помедлил. Если он не ошибается, то молодая вдова, которая собирается снять у него жилье, носит имя Сент-Клауд. Зено потер глаза, откинулся на спинку кресла и задумчиво присвистнул. Странно, что новая соседка оказалась связана с человеком, вовлеченным в дело. Что это — совпадение или подстава? Надо это выяснить.

Черт возьми, должно же ему наконец повезти! Пора бы. Зено записал кодовое имя Деламера: Рэтрай — король крыс в древнеирландских сказаниях, потом составил распоряжение перевести двух агентов, Флинна Райса и Рейфа Льюиса, на это дело. Ах да, еще кое-что. Зено вынул телеграфный бланк и на разных строчках записал фамилию своего поверенного и слово «Сент-Клауд», а в конце добавил: «Проследите, чтобы ключи доставили новому арендатору к…»

Грифель сломался. Черт возьми! Зено достал из кармана перочинный нож и оточил карандаш. Так, о чем это он? Ах да. Мысль о молодой женщине, возможно, имеющей отношение к расследуемому делу, заинтриговала его. Поверенный Зено, неглупый тип, от которого мало что ускользало, говорил, что она весьма привлекательна. Новая съемщица въедет в номер десять по Лайалл-стрит завтра поутру. Что-то в этом заурядном событии будило воображение, обещало положительные перемены. Зено испытал странное ощущение ожидания. Ожидание чего? Он и сам не знал, но собирался найти ответ.

Кэсси вывернула себе шею, с восхищением рассматривая парусину цвета берлинской лазури. Над дверями Доудсвелла и его галереи сооружали шикарного вида навес от солнца. Одна сторона фасада оставалась открытой, перед другой рабочие готовились натянуть новые «маркизы». В воздухе витали запахи эмалевой краски и опилок. Кэсси прошла мимо суетящихся рабочих и направилась к внутренним помещениям галереи.

Дверь конторы была распахнута. Доудсвелл стоял к ней спиной и рассматривал картину. Все помещение было уставлено полотнами — и необрамленными, и в рамах. Прежде чем войти, Кэсси слегка постучала по косяку.

Джентльмен не спеша обернулся, и Кэсси застыла на месте.

— A-а, вот и наша талантливая миссис Сент-Клауд! Красивая женщина и вовремя! Замечательно!

Этот поразительно красивый мужчина, безусловно, не являлся Оскаром Доудсвеллом. Более того, он был просто Божьим наказанием, кошмаром. Этого человека Кэсси пыталась избегать всеми доступными средствами, не желая встречаться с ним ни в гостях, ни в городе.

— Лорд Деламер? Не ожидала здесь вас встретить.

Он окинул ее фигуру ленивым взглядом зеленых глаз.

— Как поживаете, дорогая?

Кэсси сделала книксен.

— Прекрасно, милорд.

— Джеральд говорил, что вы собираетесь свить собственное гнездышко. Что-нибудь вроде квартирки в Белгрейвии?

— В Найтсбридже.

Кэсси расправила плечи и, несмотря на пробежавшую по спине дрожь, смело встретила его взгляд. Затем развернулась, чтобы уйти, но он с грацией пантеры успел проскользнуть к двери. Оно и неудивительно, ведь перед ней хищник. Высокий — выше, чем помнила его Кэсси, под сюртуком шелковый темно-красный жилет, черный галстук, рубиновая булавка. Его портной с Сэвил-роу может им гордиться.

— Придется тебе меня выслушать, Кассандра.

С дерзкой невозмутимостью он преградил ей дорогу.

Кэсси старалась не обращать внимания на участившийся стук сердца и тик в левом глазу. Сегодня в поведении Деламера ощущалась особая бесцеремонность. Он был небрит, а это казалось невероятным с его обычной безупречной элегантностью. Должно быть, решил отрастить бороду.

Кэсси вздернула подбородок.

— У меня назначена встреча с мистером Доудсвеллом. Где он?

— Боюсь, что заболел. Какая-то жуткая весенняя лихорадка. А так как я с недавних пор являюсь негласным компаньоном фирмы «Доудсвелл и Доудсвелл», то я вызвался провести эту встречу.

— Я собиралась выслушать критические замечания мистера Доудсвелла относительно папки с рисунками.

— Ах да, зарисовки дамы в туалете. Мощная, чувственная работа. Почти скандальная для женщины-художника.

Он отошел от двери.

— Кассандра, раз вы уже не краснеющая инженю, скажите, вам приходилось раздеваться перед мужем в столь провокационной манере?

Кэсси закусила губу.

— Пожалуй, я заберу рисунки. Мне пора. — У нее не хватило духу посмотреть ему в глаза, и в поисках своего портфолио Кассандра обвела взглядом комнату. — А-а, вот она, на столике.

Деламер, нагнувшись, приблизил к ней лицо.

— Не знаю, смогу ли простить тебя за то, что ты вышла замуж за Томаса.

Кассандру охватила паника.

— Лорд Деламер, вы заманили меня сюда, чтобы угрожать и оскорблять? — Кэсси сердито нахмурилась. — Ваши манеры оставляют желать лучшего! Чего вы добиваетесь?

У этого человека была репутация законченного повесы, который наслаждается охотой не меньше, чем победой. Волк, рыщущий в поисках добычи. У Кассандры не было сил смотреть в его сверкающие изумрудом глаза. Ей казалось, она стоит перед ним голая. И с каждым его шагом к ней это чувство усиливалось. Теперь он находился уже в опасной близости от нее. Ей пришлось отступить назад.

— Есть много женщин, значительно более привлекательных, чем я, которые с восторгом примут ваши ухаживания.

— Они — это не вы.

Деламер схватил ее, притянул к себе и наклонился, словно собираясь поцеловать, но не коснулся губ, а впился в нее взглядом, крепко сжимая ее плечи.

— Кассандра, ты тоскуешь по физической любви?

Его рука поползла вниз. Шею и щеки женщины залило жаром. Будь он проклят! Она ладонями уперлась ему в грудь и оттолкнула.

— Только посмейте еще раз ко мне прикоснуться, и я…