Порочная красота - Кэти Роберт

Последний Арес никогда не беспокоился, чтобы играть на публику. Он был старым ублюдком и плевать хотел, если всем было об этом известно. Не знаю, был ли он таким, когда принял титул, но под конец его все возненавидели. Даже собственные люди.

Афина действует иначе, а всему важному, что знаю, я научился у нее. Пряник лучше кнута, лучше добиваться желаемого, прибегая к манипуляции, а не лупить людей по голове первым, что подвернется под руку. Аресу не помешало бы взять у Афины пару уроков, но он был из тех, кто никогда не сходит с намеченного пути.

Все изменится, когда я стану у руля.

Зевс все не смолкает, скармливая собравшимся какую-то чушь о традициях. Олимп по уши в традициях. Они служат то оправданием, то аргументом, который снимает ответственность с тех, кто ответственен за те или иные события.

– Ага, – бормочу я. – Хотя тебе и произносить это не стоило. Твое «я же говорил» слышится настолько ясно.

Патрокл был уверен, что к титулу будет прилагаться жена. Титул Ареса давно не сменял владельца, и у меня были сомнения, но один из многочисленных навыков Патрокла кроется в умении собирать доступную информацию и проигрывать различные варианты развития событий, ища наиболее вероятный. Поэтому порой Патрокл чертовски раздражает, но он чрезвычайно умен.

Я обвожу зал взглядом. Похоже, это объявление никого не удивило, а значит, остальные, как и Патрокл, тоже собрали информацию либо умеют сохранять бесстрастное выражение лица.

Он пододвигается ближе и прижимается плечом к моему плечу. Хмурится, напрягая свой незаурядный ум.

– Впрочем, не ожидал, что ей будет Елена. Не думал, что Афродита выберет ее.

– Вот-вот. – Знаю, что не стоит этого делать, но мой взгляд устремляется к женщине, которая в одиночестве стоит в кольце людей, которые будто отошли от нее, чтобы не иметь отношения к тому, что случится дальше. Мне виден только ее профиль, но этого достаточно.

Назвать Елену красивой – преуменьшение. Она безупречна. Подобная красота встречается раз в поколение. В ее семье полно привлекательных говнюков, но она стоит на иной ступени. А еще она бесшабашная тусовщица, чьи похождения постоянно попадают на сайты сплетен. Она не следует правилам, которым следуем все мы. Ей не доводилось голодать или за что-то бороться.

Эта женщина – принцесса из башни, а на что еще способна принцесса, кроме как быть наградой победителю?

Она переминается с ноги на ногу, едва заметно расправляя плечи. Поворачивается к залу и выглядит счастливой… если не смотреть в ее янтарные глаза. Они такие же холодные, как и у Зевса. Елена легко машет собравшимся.

– Вот так счастье подвалило.

По залу проносятся смешки. Мы с Патроклом не издаем ни звука. Я смотрю на него. Он на несколько сантиметров выше меня и более поджарый. Сегодня он надел очки, которые мне очень нравятся, и костюм, который мне хочется немного помять. Он всегда чертовски собран. Его ничто не тревожит, потому что прежде чем начать действовать, он проигрывает в голове полдюжины различных вариантов развития ситуации. Его почти невозможно застать врасплох.

И все же.

– Ты уверен в этом? – тихо спрашиваю я.

Возможно, он и ожидал, что по традиции, помимо всего прочего, будет предложена жена, но Елена все усложняет. С тем же успехом можно лечь в постель со змеей и молиться, чтобы она не вонзила в тебя клыки. Но она укусит. Так поступают змеи. Эта женщина предана своей семье и только. Брак с ней означает, что твоя жизнь превратится в поле боя. Она Касиос. Ей нельзя доверять.

– Это единственный выход.

Он прав. Не знаю, почему ставлю это под сомнение. Я хотел этого с тех пор, как повзрослел и стал понимать, что в Олимпе уважают только власть. А когда вкусил ее, пока поднимался по карьерной лестнице под началом Афины? Да, я готов многим пожертвовать ради этого титула.

– Значит, действуем по плану.

Патрокл смотрит на меня и едва заметно кивает, а его красивое лицо остается спокойным. Он никогда не хотел быть лидером, не говоря уже о том, чтобы претендовать на место одного из Тринадцати, но все же выдвинет свое имя, чтобы помочь мне. Таков был наш план с тех пор, как я решил стать Аресом. Первые два состязания задуманы так, чтобы сократить число претендентов, пока не останутся пятеро для финального испытания. Союзы между участниками не являются чем-то необычным, но я не готов полагаться на незнакомца. Тут в дело и вступает Патрокл. Он будет оказывать мне любую помощь, чтобы я добрался до финального испытания. Хотя уверен, что справился бы самостоятельно, но он настоял.

Честно говоря, я не сильно возражал. Патрокл всегда был рядом с тех пор, как мы познакомились, когда нам было по восемнадцать. С того времени все важные этапы в жизни мы преодолели вместе. Было бы странно участвовать в состязании и завоевать титул Ареса, и чтобы Патрокл при этом не прикрывал мне спину.

Но все же.

– Если ты уверен.

– Уверен. Не старайся дать мне путь к отступлению. Я буду состязаться. И точка. – Он отворачивается, оглядывая толпу. – У меня есть досье на каждого возможного кандидата. Ты лучший. С моей поддержкой твоя победа гарантирована.

Моя победа. Стать Аресом. Жениться на Елене. У нас с Патроклом нетрадиционные отношения, во всяком случае, по мнению некоторых, но я жду, когда наконец мысль, что я вступлю в брак с кем-то, начнет его беспокоить. Меня бы точно волновало, если бы он собирался на ком-то жениться. Но он, как всегда, невозмутим. Это сводит меня с ума.

– Брак с Еленой Касиос обернется той еще головной болью.

Он бросает на меня испытующий взгляд.

– Арес.

Будто мне нужно напоминать об этом. Я бы женился и на гребаной гарпии, чтобы стать одним из Тринадцати. К сожалению, Елена Касиос от нее недалека. Она избалованный ребенок, который всегда добивается своего, и, несмотря на ее лживую улыбку, я вижу, что она в ярости от такого развития событий. Она заставит того, кто выиграет в состязании, сожалеть об этом до конца жизни. Не говоря уже, что любая информация, которую она узнает от меня, будет передана Зевсу.

Весьма умный ход с его стороны. Такое мог бы придумать Патрокл. Впрочем, в конечном счете это не имеет значения. Я стану Аресом, а со