Тот самый парень - Ким Джонс

Я делаю селфи со всеми этими крутыми шмотками на заднем плане. Позже выложу их в Инстаграм.

#угадай_где_я

Ничто не может сравниться с хозяйской ванной. Естественно, в ней есть душевая кабинка, в которой легко разместятся двадцать человек. Огромная ванна-джакузи. Подставка для полотенец с подогревом. Двойной туалетный столик. Бельевой шкаф достаточно большой, чтобы в нем можно было спать. Но никто никогда не говорит об унитазе.

Никогда.

А этот унитаз?

Этот унитаз достоин короля.

Он не только расположен на идеальной высоте, но и находится в отдельном маленьком уединенном уголке с дверью. Там есть стеллаж для журналов. Айпад. Самый причудливый держатель для туалетной бумаги, который я когда-либо видела. А если закрыть дверь, за ней обнаружится телевизор.

Телевизор.

Гребаный телевизор.

В ванной.

В гребаной ванной.

Следующие два часа своей жизни я провожу в ванной комнате. Во-первых, пользуюсь удивительным унитазом, оснащенным специальным смывом, с успехом прошедшим тест-драйв. Потом в душе. Затем долго нежусь в горячем джакузи.

Время от времени нервы берут верх, и реальность лезет в разум с глупыми вопросами.

Что, если появится настоящая мисс Симс?

Что, если мистер Суэггер вернется домой пораньше?

С каждой тревожной мыслью я нахожу что-то новое, чтобы отвлечься. Например, кнопку на боковой стенке ванны, которая включает сенсорный экран, давая мне возможность контролировать температуру воды, освещение, музыку и напор струй.

Позволяю приятной инструментальной музыке унести меня прочь, а струям убаюкать почти до того состояния, пока я не превращаюсь в сморщенную изюминку. Потом выхожу. Под мелодию Maroon 5 беру с подогреваемой подставки полотенце. Чуть не умираю от теплового удара. Ложусь на пол в коридоре, чтобы остыть, потому что плитка в ванной с подогревом. А потом голышом иду в гардеробную и выбираю одну из белых рубашек на пуговицах, которая на миллион процентов состоит из хлопка и ощущается на моей коже как облако.

Начинает звучать «Sugar».

Я прыгаю на кровати, как на батуте. Падаю плашмя на спину и смотрю вверх. Интересно, поступила бы так же мисс Симс? Очевидно, она здесь не живет. А если и так, то вещи свои здесь не держит. Если только ее комната — не та запертая дальше по коридору. Что, если она вернется в пентхаус?

Не думай об этом.

Она не вернется.

Это Божий план.

Он не позволит ей вернуться.

Но что, если мистер Суэггер — не тот мистер Суэггер, от которого я хочу иметь детей? Ему может быть девяносто. Чертов психопат. И пахнет нафталином — в чем я сильно сомневаюсь, учитывая, что от его одежды исходит самый насыщенный, самый чудесный аромат чистоты с легким намеком на одеколон, который вы не найдете даже в «Macy's».

Он не старый.

Этого не может быть.

Помни….

Это Божий план.

Я доверяю Богу. Правда. Но все равно обыскиваю квартиру в поисках фотографии мистера Суэггера. Просто чтобы быть уверенной. Перерыв все ящики и заглянув в каждую комнату, за исключением запертой, возвращаюсь с пустыми руками.

В кабинете я пользуюсь телефоном и нажимаю кнопку с надписью «консьерж», и Альфред берет трубку после второго гудка.

— Чем я могу вам помочь, мисс Симс?

— У вас тут есть ресторан, который еще открыт?

— Нет, мисс. У нас на территории нет ресторана. Но я, конечно, могу направить вас к одному из них в этом районе.

— Вообще-то, мне не хочется никуда выходить. И, похоже, единственные рестораны в этой части города очень дорогие… — Что это за жилой комплекс, где есть консьерж, но нет ресторана?

Я перекидываю волосы через плечо. Этот пентхаус — просто дешевка.

— Не волнуйтесь, мисс Симс. Могу вас заверить, что в городе нет такого места, где бы мне не удалось сделать заказ. Доступно все, что вы захотите.

Ого, а у мистера Суэггера есть связи. А раз я его гостья, то и у меня тоже.

— Могу я посоветовать «Alinea»? Они подают самый лучший лосось и террин, который только может предложить Чикаго.

Что еще за террин-херрин?

— Эм… ну, это я ела за обедом. Знаете какие-нибудь хорошие пиццерии?

— Конечно, мисс Симс. — Я слышу в его голосе улыбку. — Скажите, какую пиццу вы предпочитаете, и я скажу вам свое мнение о лучшем заведении.

— Да, я просто люблю пепперони с большим количеством сыра. И побольше пепперони. И Доктор Пеппер.

— Очень хорошо, мисс. Сейчас же сделаю заказ и доставлю его вам.

Я вешаю трубку, разворачиваюсь в кресле, ковыляю в гостиную и сворачиваюсь калачиком на диване под большим пушистым пледом, накинутым на пуфик. Фильм ужасов кажется подходящим. Но я не могу понять, как включить этот дурацкий телевизор. Я все еще борюсь с ним, когда приходит Альфред с моей пиццей.

Он включает телевизор, показывает мне, как приглушить свет, и даже предлагает принести с кухни стакан для моего напитка. Затем удаляется с напоминанием, чтобы я позвонила ему, если мне что-нибудь понадобится.

Чертов Альфред… такой хороший парень.

Если я когда-нибудь решу написать одну из этих возрастных историй с горячим пожилым «папочкой» и двадцатилетней цыпочкой, я использую его в качестве своей музы.

Мне требуется всего час на понимание того, что смотреть фильм ужасов в месте, где окна от пола до потолка без жалюзи или штор, — не очень хорошая идея.

Каждые несколько минут я оглядываюсь назад и испытываю небольшой приступ паники, думая, что из отражения на меня пялится жуткая сучка из фильма. Потом понимаю, что это всего лишь я, а не какая-то уродливая бабенция, которой не помешал бы душ и несмываемый кондиционер.

Откидываюсь на спинку дивана, который выглядит как атрибутика из «Звездного пути Энтерпрайз», но на самом деле довольно удобный. Закидываю ногу на спинку и натягиваю плед до подбородка — готовая прикрыть глаза в следующий раз, когда что-то или кто-то в фильме выскочит из темного коридора.

Я полностью готова к тому, что меня напугают до чертиков. Но совсем не готова к голосу, который слышу по ту сторону двери, или мягкому щелчку открывающегося замка.

Знаете тот момент, когда вас охватывает ужас? Когда желудок сжимается, а сердце останавливается, и вы слышите слабый свист глубоко в ухе, потому что так сильно напрягаетесь, чтобы понять, что же это за шум, который вас так терроризирует?

Вот, что сейчас