Управляй мной - Мишель Хёрд

И мне нравится Николай Ветров.

Глава 3

Николай

Занятый тренировкой для первокурсников, меня чертовски раздражает, когда Эбигейл и Аврора прокрадываются в студию с пятнадцатиминутным опозданием.

Если и есть что-то, что я ненавижу, так это людей, которые не заботятся о том, чтобы прийти вовремя. У меня появляется ОКР1, когда дело доходит до этого дерьма.

Я слежу за Каспианом, Сейджо и близнецами Алмейда, которые тренируются здесь последние три месяца.

— У нас проблемы, — слышу я шепот Эбигейл, в ее голосе сквозит смех.

Проблемы — это еще мягко, блять, сказано.

Две женщины придвигаются ближе и делают ужасную попытку принять боевую стойку.

Эбигейл заливается смехом, и это выводит меня из себя.

Со злостью, пульсирующей в моих мышцах, я иду к девушкам. Не желая терпеть их дерьмо, я огрызаюсь:

— Сначала вы проявляете неуважение ко мне, опаздывая, а затем нарушаете порядок на уроке.

Глаза Авроры расширяются, но у нее хватает здравого смысла выглядеть виноватой.

— Мне очень жаль.

— Мы опоздали всего на пять минут, — осмеливается Эбигейл нагло дерзить мне. — И я не знала, что нам запрещено смеяться.

Наши взгляды встречаются, и на мгновение я поражен всеми эмоциями, вспыхивающими в ее нежно-карих радужках. Веселье, желание и дерзкий настрой смотрят на меня в ответ.

Я киваю, принимая молчаливый вызов, которое она демонстративно бросает мне.

Ты связалась не с тем мужчиной, девочка.

Единственный способ заставить этих двух принцесс мафии понять — это трудный путь. Они здесь, чтобы узнать, как сохранить себе жизнь, и пора бы им это понять.

— Похоже, сначала мне придется обучить вас серьезности боя, — говорю я. Я машу рукой Сейджо, затем указываю на Аврору. — Вы двое будете сражаться.

Эбигейл смотрит на меня с ужасом.

— Это несправедливо, когда мужчина дерется с женщиной.

Не в нашем мире.

Мрачно усмехнувшись, я указываю на мат для спарринга.

— В нашем мире нет такого понятия, как справедливость, мисс Сартори. — Я перевожу взгляд с Авроры на Сейджо. — Деритесь или покиньте мой класс.

Сейджо Шинода — солдат якудза, который умеет неплохо драться. Он планирует навредить Авроре, и это чертовски досадно, но это единственный способ взять Эбигейл под контроль, иначе она превратит мою жизнь в сущий ад со всем своим флиртом и легкомысленным поведением.

— Почему Аврора? Почему не я? — Спрашивает Эбигейл, ее прекрасные черты лица напряжены от беспокойства, которое наконец-то начинает проступать.

— Скоро узнаешь, — бормочу я с ухмылкой.

Иногда нужно быть жестоким во благо другим, и, честно говоря, если кто-то не является моим родственником или одним из немногих людей, которых я называю друзьями, я не испытываю никакого сострадания.

Скрестив руки на груди, я киваю Сейджо и Авроре, чтобы они начали бой.

Мое внимание разделено между матом для спарринга и Эбигейл, чтобы я мог видеть ее реакцию, потому что если она не усвоит урок сегодня, то не усвоит его никогда.

Аврора находится далеко за пределами своей зоны комфорта, и она не знает, что делать, когда Сейджо атакует. Ударив ее ногой в голову, он валит ее на пол.

— Прекратите это! — кричит Эбигейл, шок и паника еще больше искажают черты ее лица.

Я игнорирую ее и смотрю, как Сейджо продолжает атаковать. Он валит Аврору на спину, а затем начинает выбивать из нее все дерьмо.

Мои мышцы напрягаются, и мне приходится усилием воли сдерживаться, чтобы не сорвать Сейджо с Авроры. Я не нахожу удовольствия в том, чтобы смотреть, как избивают женщину.

Господи, не могу поверить, что Д'Анджело и Сартори отправили сюда своих дочерей без какой-либо предварительной подготовки.

Эбигейл и Аврора должны узнать, насколько жесток наш мир, иначе они долго не проживут. Моя сестра в десять лет могла надрать задницу взрослому мужчине.

Я качаю головой, не в силах понять, почему родители этих двух женщин вырастили их такими уязвимыми.

— Господи, — всхлипывает Эбигейл, и когда она бросается вперед, я вытягиваю руку, чтобы остановить ее. Я хватаю ее, дергая к себе, моя хватка безжалостна, и не дает ей вмешаться.

Эбигейл пытается вырваться из моих рук, ее глаза дико мечутся между мной и подругой.

— Пожалуйста! — умоляет она, ее лицо искажается.

— Хватит! — рявкаю я на Сейджо.

Я указываю на Аврору, лежащую на полу. С яростью, бурлящей в моих венах, я встречаюсь взглядом с Эбигейл.

— Ты сделала это со своей подругой. Если бы ты умела драться, то смогла бы защитить ее. Если бы она умела драться, ей бы не надрали задницу. В следующий раз, когда вы войдете в мою студию, вам лучше отнестись к занятиям серьезно, или одну из вас вынесут на носилках. — Мой тон становится жестоким, когда я выпаливаю: — Ты. Поняла. Меня?

Эбигейл смертельно бледнеет, и в ней нет ни капли беспечности, когда она кивает:

— Поняла

— Это не игровая площадка для светских львиц, — бормочу я, отпуская ее руку. — Здесь вы узнаете разницу между тем, чтобы остаться в живых и прожить еще один день, или умереть.

Она снова кивает, и с осторожностью и ужасом в глазах, спешит к своей подруге.

Эбигейл помогает Авроре подняться на ноги, а затем спрашивает:

— Мы можем покинуть занятие?

— Да. — Огрызаюсь я и отвожу взгляд от женщин, прежде чем объяснить свои действия. — Я знал, что тебе будет еще больнее смотреть, как избивают Аврору. Используя человека, которого ты любишь больше всего, я преподал тебе урок, который ты никогда не забудешь. Теперь ты понимаешь, почему я не позволил тебе драться?

— Да, сэр.

— Хорошо. — Когда Эбигейл и Аврора покидают комнату, я обращаю свое внимание на оставшихся четырех участников и приказываю: — Возвращайтесь к уроку!

Дяде лучше побыстрее найти мне замену, пока я кого-нибудь не убил. Я не создан для этого дерьма.

Чувство вины пытается закрасться в мою грудь из-за того, что я позволил избить Аврору, но я быстро подавляю его. То, что я сделал сегодня, может спасти жизнь этим женщинам. Надеюсь, впредь они будут относиться к своим тренировкам серьезно.

Либо они закалятся, либо не доживут до своего двадцать пятого дня рождения, когда покинут покровительство Святого Монарха.

Пауле удается перевернуть брата на задницу, и я одобрительно киваю ей.

— Хорошо. Сделай это еще раз.

Сосредоточившись на женщине, которая изо всех сил старается научиться боевым приемам, я подхожу ближе, чтобы дать ей несколько советов.

Когда урок подходит к концу, я направляюсь в кабинет дяди Карсона. Охранники видят, что я иду,