Распутица - Таша Ульянова

«Того, что останусь. Но сейчас понимаю: нельзя обернувшись назад, сбиться с шага. Оборачиваясь назад, легче понять, куда тебе нужно идти».

Тело сдалось вопреки желанию воли: колени подогнулись, падение оказалось коротким и почти не принесло боли. Приподнимаясь с четверенек, Антон упёрся пальцами в землю и, наверное, оставил пару ногтей в поле на память о себе. Мира лежала рядом. Из-за приоткрытых губ не доносилось ни звука, ветер нагло дёргал длинные волосы.

Антон подставил щёку под удар стихии. Он обещал дочери вернуться домой, а мужчина должен держать слово. Он не соврал жене, когда сказал, что хочет расстаться — лучше выдернуть занозу одним махом, чем жить в мучении, и он действительно дорожит Мирой — её молодостью, природной энергией и красотой. Он будет идти столько, сколько ему осталось жить… Антон поднялся на негнущихся ногах, подхватил Миру под мышки и потащил волоком.

Ветер взревел. Выдубленные морозом веки уже не способны были сомкнуться. Окружающий мрак уплотнился по бокам и вытянулся бесконечным туннелем.

«Тут рукой подать», — Антон потянулся навстречу яркому свету. Зашумели тормоза. Водитель — мужчина преклонных лет изумлённо уставился на Антона через лобовое стекло. Его пассажирка изумлённо охнула.

— Помогите, — прохрипел Антон, чем избавился от остатков сил.

* * *

Их затянули в автомобиль. Включили печку на полную мощность. Водитель извлёк припрятанную бутылку коньяка, его пассажирка растирала Мире ноги. Когда девушка застонала, часть спиртного влили ей в рот. Много жидкости растеклось по подбородку, но к щекам начал возвращаться здоровый цвет.

Антон сидел на переднем сидении, укутанный в старушечью шерстяную шаль. Он обожал эту шаль и был благодарен людям, не проехавшим мимо чужой беды.

Мира плакала. Женщина успокаивала её с материнской заботой. Вовсе не сексапильная красотка, а маленькая испуганная девочка позволяла чужим рукам баюкать себя. Дети забываются, играя во взрослую жизнь. Гораздо хуже взрослые, которые потакают им в этих играх.

Антон смотрел вперёд и видел приближение городских огней, а обернувшись, вспомнил распутицу. Будет тяжело подружиться с обманутой женой и расстаться с любимой девушкой. Ещё труднее — заслужить прощение дочери. Но лишь это гарантировало свободу. Может быть, лет через семь, он вновь встретит Миру — повзрослевшую, с опытом за плечами, и страсть вспыхнет повторно. Кто знает? Известно лишь одно — останавливаться Антон не будет.