Избранница Дикой Охоты - Мари Дюкам

— Эй, тут есть кто-нибудь? — несмело позвала я, памятуя о странных глазах в лесу.

Но мир был тёмен и тих. Роща ютилась на небольшом пятачке земли, одним боком примыкавшем к отвесной скале, над которой высилась чёрная громада замка. Внизу, насколько хватало взгляда, раскинулся лес, а лунный свет играл на снежных пиках огромных гор вдали. Пальцы задрожали от холода и страха — эта картина вовсе не походила на центр шумного мегаполиса.

В пруду что-то плеснуло, заставив меня снова вздрогнуть.

— Кто здесь? — храбрясь, я села, выпрямив спину. — Покажись!

Откуда ни возьмись, по воде пошли круги. Чувствуя себя героиней ужастика, я всё-таки решилась склониться над поверхностью пруда у самого берега.

Сначала в чёрной воде не отражалось даже ослепительно яркой луны, заливавшей светом поляну, но стоило пруду снова стать гладким, как стекло… Вздрогнув, я отшатнулась, а потом снова склонилась над его поверхностью.

На меня смотрело лицо существа. И оно было не одно. Я глядела в воду, как в экран, а там смеялись, хмурились, презрительно морщились странные создания. Русалки, но с ногами? Все они что-то говорили, но звук не мог покинуть пределы пруда, как бы близко я ни наклонялась к его поверхности.

Осторожно протянув руку, я пальцем коснулась воды, а затем и вовсе погрузила в неё ладонь по самое запястье. Ответом мне было крепкое рукопожатие. Взвизгнув, я отпрянула. Накатила лёгкая волна паники. Что за чертовщина? Как я здесь оказалась? Что произошло? И что это за место?

Я уже набрала воздуха в лёгкие, чтоб громко позвать на помощь, как услышала:

— Миледи Агата! Вы тут?

Не знаю, что лучше: сидеть на краю обрыва в одиночестве, или встретиться с человеком? Хаотично похлопав себя по бёдрам в надежде найти хоть что-то увесистое — телефон, сумку, книгу — хоть что-нибудь! — я сумела отметить лишь изящную вышивку на рукавах и подоле платья, безнадёжно испорченного моим купанием в ледяном пруду. Вот что за ерунда в голову лезет! Сейчас меня найдут и тогда, тогда…

— Миледи Агата!

Тусклый свет масляной лампы, забранной мутным стеклом, выплыл из-за камня, и я увидела молоденькую испуганную девушку в платье из грубой некрашеной шерсти. Очевидно, она торопилась: плащ завязали кое-как, и он норовил соскользнуть на землю, из-под криво надетого чепца выбилась прядь пшеничных волос.

— Ох, Создатель, что вы тут делаете?!

Девушка чуть не выронила светильник, бросившись ко мне. Я было шарахнулась в сторону, но окоченевшее тело подчиняться не захотело. Только сейчас до меня дошло, как я замёрзла. Сил на сопротивление не осталось. Я позволила развязать тугой узел своей накидки и с благодарностью приняла чужой нагретый плащ.

— Что это вы удумали, миледи, посреди ночи в рощу ходить? — Девица, между тем, трещала без остановки. — Ещё и в воду полезли зачем-то! Милорд Эдвин будет в ярости, если завтра вы сляжете в горячке. Всадники прибудут к вечеру, и вам ну никак нельзя занемочь! Только три дня на сборы дадено, сами понимаете. Вот, обопритесь на меня, миледи. Лучше бы в часовню сходили, помолились за себя да за будущего супруга, чтоб милостив был, а не к этим сухим корням таскались.

Резкий порыв ветра пихнул нас в спину, будто выпроваживая. Я вяло отметила, что язык, который хоть и понимала, слышала всё же впервые. Скрюченные пальцы ломило от холода, меня трясло в ознобе, аж челюсть подрагивала. Я с трудом двигала ногами, и если бы не девушка, то снова свалилась бы в пруд.

Мне помогли подняться по выдолбленным в скале ступенькам, предупредительно толкнули калитку и потащили по внутренней галерее замка в лучших традициях средневековья. Удивляться — как и пугаться — не осталось сил. Я могла лишь покорно тащиться следом.

Одна часть меня всё ещё считала происходящее сном, зато другая в ужасе взирала на окружающую обстановку. Тонкий слой снега припорошил утоптанную землю, но не смог до конца спрятать запах конюшни, к которому примешивалась едкая вонь от здоровенных, воткнутых торчком факелов, кое-как освещавших двор.

Не переставая оглядываться, девушка подтолкнула меня к грубо сколоченной двери, и мы оказались то ли в кладовой, то ли в подсобке при кухне. Пахнуло сырым мясом, свежим хлебом, а ещё прогорклым жиром, от чего к горлу подступил комок. Закашлявшись, я прикрыла нос ладонью. Зато здесь было куда теплее, чем на улице.

В соседнем помещении гремела посуда, хрипло ворчала женщина, то и дело покрикивая на кого-то. Вдруг дверь распахнулась, и нас чуть не сбил перепачканный в саже мальчонка с пустым ведром. При виде меня он охнул, отскочил в сторону. Ведро покатилось по полу, а в щель от медленно закрывающейся двери я заметила огромный очаг на полстены. В подвешенном за крюк котле томилось какое-то кушанье.

Я хмыкнула. Аутентично. Сам замок, одежды тех немногих обитателей, что я уже видела, окружающая обстановка навевали воспоминания об исторических фильмах. Неужели Николай решил подержать меня недельку в компании реконструкторов: авось, без канализации, такси и пиццы стану сговорчивее? Но зачем тогда нужны были те бандиты в подворотне?

Шикнув на мальчишку, девушка увлекла меня вглубь замка, мимо кухни, по длинному коридору, освещённому такими же масляными фонарями, как тот, что она держала в руке.

Начав отогреваться, я завертела головой, запоминая путь наружу: коридор, комната, ещё одна, три ступеньки, поворот налево и пустая зала, в которой по всем канонам кино должны проходить шумные пиры. Но девица не дала осмотреться. Отперев ключом низкую дверцу в самом неприметном углу, она проворно нырнула в открывшийся проём. Узкая винтовая лестница уходила куда-то ввысь. Я задрала голову, пытаясь разглядеть её окончание, но дальше пятачка под ногами ничего не увидела.

С подсчёта ступенек я сбилась на пятом десятке. В боку закололо, в груди захрипело, но я хотя бы согрелась.

— Только тихо, миледи, — прошептала девушка, открывая дверь, в которую упёрлись последние ступени. — Если милорд Эдвин — а ещё хуже, господин Дитмар — проснётся… Но вы и сами знаете, чего уж.

Хотелось спросить: «Кто-кто?», — но мои сил хватило лишь на то, чтоб оперевшись о ледяную стену, с трудом подавить кашель.

Служанка — кто ещё бы стал так беспокоиться о «миледи»? — жестом поторопила меня и тут же быстро захлопнула дверь. Я замерла посреди коридора, погружённого во мрак, лишь в редкие стрельчатые окна попадал свет луны. Притворяться, что знаю, куда идти, не