Немного о потерянном времени - Дора Шабанн

Глоток воздуха разливается по мне волшебным живительным потоком, разносящим эндорфины и прочие гормоны счастья от центра удовольствия на периферию. Пытаюсь сориентироваться в пространстве: я вишу довольной тряпочкой, обняв мужа, он тяжело дышит в шею:

— К черту Миронова, да? Ты меня поняла?

Всхлипываю, пытаюсь отдышаться и, конечно, согласно бормочу и киваю:

— Да, да. Чего же тут не понять-то?

Когда так объясняют доходчиво, да.

Хорошо, что головой стекло не разбила.

Глава 5

Маргарита

Влад подхватывает меня на руки, и мы перемещаемся в спальню.

По дороге он, конечно же, начинает меня снова целовать и мурчать комплименты, я, как всегда с ним — ведусь. И поэтому в постель мы падаем уже в активной фазе новой прелюдии.

Что я там говорила когда-то — я устану, а ему наскучит?

Эх, совсем жизни не знала я в свои сорок. Совсе-е-е-ем!

В этот раз я как-то исхитрилась устроиться на муже сверху. Уселась, довольная: столько всего можно потрогать, погладить, поцеловать, прикусить…

Мр-р-р-р. От одного вида — эстетический экстаз, да-да!

Ласково провела подушечками пальцев от ключиц по груди и добралась до кубиков. Они, конечно, классные, но в б о льший восторг меня приводят плечи супруга и его спина. Ох, вот там я вообще все могу облизывать и вербально, и глазами, и языком. И всегда.

Так, я опять замечталась, увлеклась нежными поглаживаниями его бицепсов и прочего добра, ну и собственным дразнящим скольжением вдоль его серьёзного «аргумента», настоятельно приглашающего перейти к более активным действиям.

Что-то медленно я сегодня соображаю, поэтому уже лежу носом в матрас и с подушкой под бёдрами.

Да, этот вид, «на любимого человека с тыла», у нас в семье любим не только мной.

Несколько раз Влад проходится горячими ладонями по моей спине от лопаток до поясницы. Это очень согревает и расслабляет. А потом вдруг правую ягодицу обжигает резкий шлепок:

— Это за проректора, милая!

Ничего себе заявочки! Но вывернуться или ускользнуть не выходит. Я, откровенно говоря, не сильно-то усердствую: а вдруг удастся? Опять же надо будет проявлять инициативу, а мне очень-очень нужно почувствовать сейчас насколько сильно меня хочет он. И как.

А вот здесь-то и ждёт сюрприз.

Влад неожиданно хватает меня за бёдра, подтягивает к себе и резко входит. Да так сильно и глубоко, что я давлюсь воздухом и успеваю только хрипнуть.

Нет, я, конечно, еще с прошлого раза вся такая соблазнённая и влажная, но что-то это жестковато как-то.

А дальше я узнаю, как это бывает, когда жестковато.

Сразу взяв быстрый темп, муж практически вбивает меня грудью и лицом в матрас.

Дышу через раз, перед глазами плавают цветные пятна, грудь, скользящая по простыне снова налилась, а соски превратились в бусины. Невероятно чувствительные бусины. В животе все пульсирует: и внутри, и снаружи. Жар растекается во все стороны от места нашего соприкосновения.

Я не просто согрелась, я вновь горю. Вся. Даже влага, стекающая по внутренней стороне бёдер — горяча.

Меня мелко потряхивает, пружина внутри затягивается сильнее, когда он зло хрипит:

— Ты моя, снежная девочка, моя! Запомни уже!

Я же не спорю! Я согласна! На все что угодно. Только, пожалуйста, сейчас! Сделай уже это со мной сейчас!

Внутри все вибрирует натянутой струной и мне не хватает лишь малости, какого-то акцента, аккорда, высокой ноты, чтобы отправиться за грань реальности.

Попытки поднять голову жестко пресекаются — Влад вдруг наваливается сверху, прихватывает меня зубами за загривок и рычит.

Из-за изменения положения тел и от плотности контакта меня будто бы ошпаривает кипятком всю.

Муж сжимает меня в крепких объятьях, неожиданно глубоко и резко входит, при этом кусает в место стыка плеча и шеи.

Ох.

Здравствуй, космос!

Звёзды везде: и в мозгу, и в глазах. И нечем дышать.

Захлёбываюсь восторженным стоном под рык над головой:

— Ты моя!

И он думает, я промолчу? Сам напросился!

Несколько раз выдыхаю, вдыхаю и хриплю:

— А ты — только мой!

Мой идеальный мужчина, любимый муж, невероятный человек и нереальный гений тихо смеётся:

— Вот и договорились! — тут Влад перекатывается и, когда я оказываюсь сверху, скрепляет наш консенсус финальным, невероятно нежным и ласковым поцелуем.

Чуть позже, валяясь в постели и обнимаясь, не могу удержаться и, глядя на свое сокровище, широко улыбаюсь:

— Так что там с «не твоей» Инной?

Довольный муж фыркает:

— А что там может быть? Дамочка поняла свой потолок, но устроиться-то хочется попроще и получше! Вот результат.

Странно, конечно. Разве вокруг нет свободных вариантов для «получше»? Вся кафедра знает, насколько Влад глубоко и прочно женат.

— А как же любовь? Ты не прав, думая, что ею руководит выгода. Тебя нельзя не любить, если работать или учиться постоянно рядом. Ты невероятно привлекательный…

Ах, эта демоническая ухмылка!

— Я рад, что ты видишь меня таким! А с другими я спокойно могу быть резким и довольно невежливым. Они — не ты, и их беречь мне без надобности. Так что, полюбить меня из-за совместной работы у Инны не было шанса, если она не мазохистка.

Почему мне кажется, что все равно это ж-ж-ж неспроста? Нет, я не обвиняю Влада ни в чем, но подмерзающей попой чувствую второе дно во всей этой истории.

Надо обстоятельно обдумать позже.

А пока, пора уже ставить точки, да, может, пойти на третий заход? Хотелось бы все же нежности.

— Ну и что теперь будет?

Муж снова смеётся. Он заметно расслабился после спонтанной близости на подоконнике, а по завершении жёсткого второго раунда в постели серьезно подобрел. Хорошо бы развить успех и закрепить его. Но пока пусть выскажется:

— Как что? У нас все прекрасно будет: закончим год, поедем отдохнуть куда-нибудь в тихое место. Потом поглядим по ситуации и обсудим.

— А с Инной, что будешь делать?

— Я? Ничего! Пусть теперь у профессуры «Политеха» по этому поводу голова болит. Заканчивать обучение эта звезда будет там, — Влад тянет меня ближе к себе, следом набрасывает на нас одеяло и начинает водить носом вдоль шеи. — Я даже разработку эту им отдам, пусть только заберут обеих насовсем.

Тихонечко радуюсь: «Политех», так «Политех». Вот повезло людям, конечно.

А мне-то уже даже теплее стало. Со всех сторон.

— Королева моя, так соскучился по тебе. Надеялся на страстную ночь аж до рассвета, но переоценил свои силы. И ты тут с сюрпризами, так что сейчас чего-нибудь на десерт соображу тебе — расслабиться, да будем спать, мое счастье, — подробно излагает план мероприятий муж, при этом целуя по пути куда придется и сползая вдоль меня. «Мое счастье» раздается уже из-под одеяла, где он успел скрыться с головой.

Ну, десерт такого рода всегда полезнее, чем шоколад или плюшечки, так что грех отказываться.

Поэтому я успела только подумать, что прав вчера вечером был Рус, сказав мне:

— Слышь, мать, не дури! Папа Влад видит только тебя! Для него не существует других женщин.

А Марк Адриан хмуро добавил:

— И я его очень понимаю! Так что Вы не вздумайте чего-нибудь такое выкинуть, в Вашем стиле, Маргарита Анатольевна!

Спасибо вам, мальчики! Пусть служба вам будет по силам!

А мой утешительный приз за два дня нервотрепки уже здесь.

Осталось насладиться.

Глава 6

Маргарита

На работу утром прийти по нормальному не вышло. Все потому, что мои дорогие будущие магистры выловили меня практически у порога, подхватили под белы рученьки, оторвали от любимого супруга и уволокли на кафедру, завывая при этом на три голоса о том, что «ой, шеф, все пропало, все пропало!».

Владу наверняка не понравилось, но, увлекаемая стихией, я ничего поделать с этим толком не смогла. Поэтому в аквариум на кафедре я ввалилась в сопровождении перевозбужденных студентов, попискивающих от переизбытка эмоций, по дороге на пальцах объясняющих мне, где эксперимент свернул не туда. При этом они пытались добиться от меня четкого плана: чего мы вот прямо сейчас будем делать, чтобы система быстренько пришла в норму и никто ничего не заметил.

В целом, мы были несколько заняты и не очень обращали внимание на окружающих.

Краем сознания я отметила, как за нами по пятам на кафедру прибыл злющий Влад и скрылся в кабинете у Шефа.

Пока я приводила в чувства своих будущих магистров, а также придумывала более-менее удобоваримый