Опасный обольститель - Кэрол Мортимер

— Граф Сэндхерст чем-то рассердил тебя? — обратился к Бенедикту лорд Эрик Каргил, граф Дармаус.

Лукас удивленно поднял брови. Он стоял посреди бального зала в доме леди Хаммонд и не заметил, как к нему подошел его крестный.

— Почему вы так решили? — громко спросил Бенедикт, перекрывая гул голосов. На бал к леди Хаммонд съехалось множество гостей. Все непринужденно болтали и громко смеялись. Бальный зал был ярко освещен множеством свечей. Среди гула голосов Бенедикт явственно услышал чей-то смутно знакомый смех, похожий на звон колокольчика.

— Потому что ты, не отрываясь, смотришь на него уже несколько минут, — ответил, хитро улыбаясь, пожилой джентльмен.

Бенедикт вновь устремил взгляд на танцующую пару, которая привлекла его внимание.

— Просто я не могу понять, что общего между графом Сэндхерстом и греческим богом, — пояснил Бенедикт, чтобы закончить этот разговор.

— А какая вообще может быть между ними связь? Как тебе это только пришло в голову?

Бенедикт иронично улыбнулся:

— Ну, это не мое мнение.

Пожилой джентльмен покачал головой, словно прогоняя наваждение:

— Тогда я не понимаю, почему этот человек так тебя интересует?

— Вам и не нужно понимать. Не обращайте внимания. Это не имеет значения. — У Бенедикта не было ни малейшего желания сообщать крестному, что причина, по которой его так заинтересовал граф Сэндхерст, в данный момент танцует в объятиях этого развратника и повесы.

Несколько минут крестный молча смотрел на Бенедикта, насквозь пронизывая взглядом. Но, видимо, понял, что все это действительно не имеет никакого значения и прекратил расспросы.

— Если бы я знал, что ты сегодня вечером приедешь на бал, то остался бы дома. Честно говоря, терпеть не могу подобные мероприятия, — поморщившись, проговорил крестный.

Полковник Эрик Каргил был военным в отставке. Сменив мундир на светский костюм, он продолжал служить королю, но теперь уже в другом качестве, выполнял тайные поручения его величества, проще говоря, был шпионом. Считалось, что он занимает небольшой министерский пост и любит появляться в обществе. Однако граф Дармаус любил балы и другие светские мероприятия не больше Бенедикта.

— Останься вы дома, лишили бы удовольствия тетушку Синтию. Вы же знаете, она обожает балы, но ни за что на свете не приехала бы сюда одна, — со смехом проговорил Бенедикт.

Тетя Синтия и дядя Эрик были женаты уже много лет. Детей у них не было, и после смерти родителей Бенедикта они приняли в его жизни самое горячее участие и помогли пережить горечь утраты.

— Да, это так. Жена без ума от балов, — добродушно усмехнулся граф. Его карие глаза игриво заблестели. — Думаю, вечером она как следует отблагодарит меня. Но мне кажется, это недостаточная плата за утомительный бал у леди Хаммонд. Тем не менее что поделаешь! Такова наша служба!

Прищурившись, он взглянул на танцующую пару, на которую до этого, не отрываясь, смотрел Бенедикт.

— Кто эта очаровательная молодая женщина, которая танцует с Сэндхерстом? — спросил Эрик Каргил.

— Думаю, это герцогиня Вуллертон, — сказал Бенедикт. Хотя танцующие находились от него далеко, он прекрасно знал, кто эта «очаровательная молодая женщина».

Эрик Каргил равнодушно взглянул на нее.

— Разве Джошуа Форстер все еще жив? — спросил он.

— Я хотел сказать, что она вдова герцога, — объяснил Бенедикт.

— Так, значит, это та самая юная жена покойного Джошуа Форстера, которую он увез в деревню сразу же после первой брачной ночи.

Бенедикт вздрогнул — так поразила его несвойственная крестному грубость.

— Значит, он не хотел, чтобы она выходила в свет. Но почему? — с удивлением спросил Бенедикт.

— Я не знаю, — пожал плечами граф.

— Вам следовало бы чаще бывать в обществе. Похоже, вы совсем его не знаете, — со смехом заметил Бенедикт.

Крестный поморщился. Сама мысль о том, чтобы чаще бывать в обществе, была ему противна.

— Вообще-то ты и другие члены организации могут делать это за меня.