Спаси меня от одиночества - Аля Драгам

И только у подъезда вспоминаю, что ключи остались валяться на полочке под зеркалом. Замок-то в новой двери автоматический…

Глава 2. Ника.

— Чёрт! — бубню, с тоской посматривая на тёмные окна.

Хорошо, что свет не забыла выключить. Мы, конечно, не в режиме жесточайшей экономии, но лишние траты точно себе позволить не можем.

Выплаченных папой алиментов хватило на покупку необходимой мебели в нашу комнату: две тахты и два стола для занятий. Столы мы с Викой собирали сами, вооружившись одолженным у одной из соседок шуруповёртом.

Мы и раньше помогали папе, когда ему приходилось что-то крутить и приколачивать, поэтому справились быстро и без особых травм. Пара царапин не в счёт.

На следующую выплату мама пообещала сестре новый смартфон, а потом всё. Вике исполнится восемнадцать и финансирование родителя прекратится, если он сам не захочет. А он вряд ли захочет, я думаю.

Прошло столько времени, и он ни разу не позвонил ни мне, ни младшей дочке. Я бы не стала разговаривать, а Вика всё ждёт и ждёт. Верит в него, глупышка.

Взглянув ещё раз и обругав себя за забывчивость, прибавляю скорость, чтобы спеть на автобус, который довезет меня до института.

В принципе, я могла бы прогуляться пешком, так как погода хорошая, но очень боюсь заблудиться в корпусе. Входить же в аудиторию после начала пары дурной тон, когда появляешься впервые.

Не теряю времени, в общем. Запрыгиваю в подъехавший автобус, не проверив номер. К счастью, все они проезжают мимо нужного мне адреса.

Выхожу, завидев современное здание светлого бежевого цвета.

Много больших окон и интересный дизайн с выступами выделяет его среди других домов.

Парковка заставлена машинами разных цветов и размеров, и приходится пробираться между ними, чтобы сократить путь.

Когда добираюсь до главного входа, дыхание становится сбитым. Я вообще не очень спортивный человек, а бег с препятствиями совершенно не моя тема, поэтому трачу драгоценные минуты на то, чтобы привести себя в порядок, используя вместо зеркала фронтальную камеру смартфона.

Убедившись, что тушь не посыпалась и не размазалась, губы блестят, а волосы собраны в аккуратный хвост, спокойным уже шагом направляюсь в святая святых здешних студентов.

Они на меня на улице начали коситься, а внутри смотрят ещё пристальнее.

Я знаю, что именно привлекает внимание: цвет моих волос. Дело в том, что я рыжая. Не просто рыжая, а огненно-рыжая, как бы ни пыталась приглушить цвет. За него я должна благодарить прабабушку по маминой линии, она тоже горела, как факел, и гордилась веснушками. Я их терпеть ненавижу и всячески пытаюсь вывести.

Ладно бы на лице, можно было бы стерпеть. Но они у меня везде. По всему телу эти пятнышки, доставляющие в детском саду много огорчений.

В школе никому не было дела, а в старших классах рядом был Ваня, который одними только нахмуренными бровями прогонял любителей поиздеваться.

Но здесь Вани нет. И я представить не могу, как мои сокурсники отнесутся к такой вот мне…

Девушки уже смотрят недружелюбно, ещё и демонстративно обнимают своих парней, с которыми стоят парочками. Будто мне есть до них дело!

Задрав подбородок, следую в деканат. Там подписываю какие-то приложения и оформляю пропуск. Удивившись, интересуюсь, почему свободно попала сюда, на что мне дают гениальный ответ: «Не успели поставить арку».

Смешно, конечно, но в Воронеже за такое бы ректор уже соединял сову с глобусом, разнося попутно всех присутствующих. А здесь вон шутят.

Зато любезная девушка-секретарь распечатывает мне вместе с памяткой и расписание, а ещё снабжает короткими комментариями по каждой дисциплине.

Так я узнаю о совмещенных парах у всего потока, о тех преподавателях, которые не терпят опоздунов и неготовых студентов, о тех, кто спокойно может проставить «автомат», если видит, что слушатель готов и знает, и о том, что в моей группе всего две девочки.

Две, включая меня.

А вторая девочка… дочка ректора этого вуза.

— Удачи тебе, — лучезарно улыбаются на прощание, а мне чудится во фразе «сочувствую тебе».

— Спасибо. И вам, — вежливо салютую сложенными в файл бумагами и ду искать нужный мне кабинет на третьем этаже.

Начиная со второго каждый коридор устлан красными ковровыми дорожками. Сами коридоры достаточно узкие, а двери аудиторий или классов расположены напротив друг друга. Компактно и даже уютно, если честно.

Я ожидала пафосных картин и диванов, но и намёка на это нет. Зато по стенам много обучающих и информационных плакатов висит.

Обещаю себе их изучить, пробегаясь по нумерации. Здесь тоже предельно понятно: чётные с одной стороны, нечётные с другой.

Около нужной мне двери никого нет, но изнутри слышен шум и громкий женский голос, перебиваемый дружным мужским гоготом.

Становится не по себе. Робко вжимаю голову в плечи и, задержав дыхание, как перед прыжком, вхожу.

ОГРОМНОЕ СПАСИБО ЗА ПОДДЕРЖКУ!

ПОМНИТЕ, ЧТО МЫ С МУЗИКОМ ОЧЕНЬ ЖДЁМ ВАШИ КОММЕНТАРИИ. НЕ СТЕСНЯЙТЕСЬ :)

КТО БЫВАЛ В МУРМАНСКЕ ИЛИ ЖИВЁТ В ЭТОМ ПРЕКРАСНОМ ГОРОДЕ, ОТЗОВИТЕСЬ

Глава 3. Ника.

— Здравствуйте! — смущаюсь, потому что голос мой больше похож на писк. От испытываемого волнения связки отказываются повиноваться, выдавая какое-то подобие звука. Приходится откашляться и начать заново: — Добрый день!

Девушка, стоящая около небольшой кафедры для преподавателя, оборачивается и неожиданно для меня расплывается в широкой улыбке.

— Новенькая?

Киваю, не сводя с неё настороженных глаз. Всё-таки она здесь королева в мужском царстве, а я вроде как конкурирующая единица, хотя, конечно, и в мыслях не было замахиваться на её статус единственной и неповторимой.

К тому же, стоит сразу признать её красоту: высокая и статная, с осанкой царицы, копной невероятно чёрных волос…

И вот эта красота после моего робкого согласия со словом «новенькая» вдруг бросается ко мне и сгребает в охапку.

— Офигеть! Наконец-то! Я папу почти умоляла, чтобы тебя к нам взяли. Знаешь, как с ними сложно? Не мужики, а бабуины какие-то. Правда, списывать дают по взмаху ресниц, но это будет наш маленький секрет. Ой, — продолжая обнимать, отстраняется, — меня Виталиной зовут. Можно Вита, можно Лина. Но Витой лучше, так привычнее. А ты? Тебя как зовут? Ты откуда?

При этом тараторит, совершенно не снижая тона голоса.

Парни с пониманием посмеиваются, посматривая на Виталину как на взбалмошную младшую сестру.

— Ника, — немного отойдя от шока, представляюсь. Заодно отстраняюсь,