Сердце Кайсара. Пустыня. Найти свой путь - Наталия Ош

Поняв, что сижу перед незнакомым мужчиной голышом, тут же прикрылась рукой и попыталась взять скомканное одеяло. Ощущение щекотки усилилось, будто все мое тело щекотали волоски. Избу осветил яркий голубой свет. Поняв, что свечение исходит от меня самой я впала в ступор. Ступор мой продлился не долго. Ровно до того момента, как Охнер схватил меня за волосы и стащил с кровати.

Больно ударившись о деревянный пол, зашипела от боли. Попыталась встать и прикрыться одеялом. Что за дурацкий сон? Он мне совсем не нравится.

— Сидеть!

Привычный бархатистый голос Охнера, которым он говорил красивые слова Мике звучал совсем по-другому. Сейчас он, натягивал штаны и отдавал приказ нашкодившей собачонке.

Собачонкой я быть не собиралась. Хватит! Раиса Семеновна и Рома уже сделали ее из меня. Можно я хотя бы во сне собой побуду?

Бок от удара об пол болел очень сильно, но хотя бы свечение прекратилось. Снова потянулась за одеялом. Вот только я не подумала о том, что Охнер — охотник.

Быстрым движением он снова схватил меня за волосы, наматывая косу на свой массивный кулак.

— Отпусти! Отпусти меня, гад!

Орала я без остановки, пытаясь высвободить волосы. Да, неприлично. Мой сон, что хочу то и делаю. Господи, проснуться то как?

Охнер все так же выволок меня из дома и потащил по пыльной дорожке. Мелкие камушки обдирали мне ноги, но я пыталась брыкаться и освободиться.

— Сейчас же отпусти меня!

Мужчина дотащил меня до деревенской площади, оказалось она всего в двух домах от избы, где мы проснулись. Швырнул меня на живот в пыль, Охнер придавил сверху ногой к земле.

— Заткнись, змея!

Раздалось над головой. Сквозь боль, страх и обиду ощутила, что мое тело снова покрывает щекотка.

— Маг! Мика — маг! Змеюка!

Со всех сторон долетало до меня. Сколько же уже выбежало на площадь народу? Ай, не о том я думаю. Проснись, Саша, проснись!

— По закону любой человеческий маг должен быть немедля казнен.

Голос начальника стражи поселения — отца Мики. Как же так? Мика его дочь!

— Охнер, ты лучший охотник, сделай это быстро.

А, ну хоть на этом спасибо. Сашка, проснись!!!

Перед моим носом бросили веревку. Охнер поднял ее и заломил мне за спину руки. Плотно связал их, поднял меня за волосы на колени. Голова уже раскалывалась от всего. Но проснуться я никак не могла.

Звук освобожденного ножа от ножен совпал с топотом множества ног, визгами и криками жителей деревни.

Со всех сторон к нам приближались огромные, больше человеческого роста, пыльно-серые с оранжевыми пятнами шипастые ящеры. Они шли на двух задних лапах. Кожаная легкая серая броня покрывала их тела, каждый воин, а это определенно были воины сжимал в обеих руках-лапах по сабле с расширяющимся к концу лезвием. Скимитар. Зачем-то подсказал мозг. Очень полезная, а главное своевременная информация. Думай лучше, как проснуться.

Охнер забыв о моей казни побежал в сторону своего дома. Увернулся от лапы ящерицы, описавшей невообразимую дугу саблей, но попал под удар хвостом. От этого мужчина отлетел на низкий плетенный забор и громким с хрустом его обвалил. Зачем-то я смотрела на его босые ноги и ждала, что он поднимется. Охнер не шевелился.

Холодная рука дернула меня вверх за локоть. Меня подняли, поставили на ноги и развернули к себе лицом.

Уперлась взглядом чуть выше пояса огромной ящерицы. Попыталась заорать, но только хватанула пыльный воздух и закашлялась.

Ящер подхватил меня поперек тела и поволок на окраину деревни.

— Отпусти.

Прохрипела я, откашлявшись. Меня сильно встряхнули, и я прикусила язык.

Сашка, твой сон уже не такой романтичный, как обычно. Ты просыпаться не думаешь? А может это не сон? Может я сошла с ума и ловлю приходы? Так, а отсюда как выходят?

Придумать что-то я не успела. Ящерица принес меня к деревянной повозке, открыл хлипкую дверь и зашвырнул меня внутрь. Ударившись головой о противоположную стену, я потеряла сознание.

Ну, наконец-то.

— Мика проснулась.

Услышала я девичий голос в полумраке. Его тут же разбавили другие шепотки.

— Она правда маг? Она нас спасет? Она нас убьет?

Я старалась не обращать внимания на шепот. Мне не нравилось, что я очнулась в теле Мики. Мне не нравилось, что меня укачивает и я слышу мерзкий скрип колес. Еще больше не нравилось, что я все еще связана и валяюсь на полу повозки обнаженной.

Голова гудела и мешала думать. Болело все тело. Во рту металлический привкус крови. Провела сухим языком по зубам. Ну, хоть они на месте.

— Пить.

Сипло попросила я.

— Самим бы хватило. Зачем они тебя вообще забрали?

Приправив это ударом в бок узкой женской ножкой. Вот же зараза.

Попыталась повернуть голову и посмотреть, кто там такая.

Острая боль пробила виски, и я снова отключилась.

Глава 5

Несколько раз в дороге я просыпалась, а потом снова теряла сознание. Мне снились сны, реалистичные сны. Только теперь в главной роли была не Мика, а я. Вот мне исполнилось десять лет, и Галина Михайловна подарила мне настоящий пояс с монетками. Этот аксессуар долгие годы был моим талисманом. Даже бросив занятия ради семьи, я хранила подарок на верхней полочке шкафа, бережно завернув его в хлопковый платок. Интересно, Рома положил его в чемодан? Рома… Чемодан… Нет, не то. Мне семнадцать. Я участвую в соревнованиях. Занимаю только второе место. А рядом Галина Михайловна, которая успокаивает меня и говорит, что на следующий год, я обязательно займу первое. А на следующий год я уже учусь в институте и у меня появился Рома. И на конкурс я не поехала. А еще через два года Галина Михайловна уехала из города. Тогда я не решилась подавать заявку. Было страшно без поддержки. А Роману не нравилось, что на меня смотрят другие мужчины. Рома… Что же там случилось? Никак не могу вспомнить. Что-то важное.

Меня разбудили громкие звуки. Звон и лязганье металла. Мужские разговоры на арабском. Серьезно? Прислушалась. Действительно арабский, но какой-то странный, свистящий. Говорили два мужских голоса. Речь шла о покупке какого-то товара. Похоже, что торгуются они давно и никак не могут договориться. Из их фраз понимаю, что речь о нас. Мы и есть товар.

Повернулась на бок. Вот заразы, хоть бы руки развязали. Сквозь щели между досок проникал яркий свет и даже что-то