По дороге разочарований - Бернад

А из другой комнаты доносится сердитый голос Вени:

— Фил! Отдай одеяло!

Потом неугомонный Фил громыхает чем-то на кухне, затем идет в третью комнату, где спит Кен с подружками, оттуда тоже доносятся недовольные возгласы. Потом Фил с песней возвращается в спальню. Он завернулся в одеяло, которое у Вени отнял. Фил дрожит и сообщает, что замерз.

— Фил, ты заколебал — ворчит на него Егор — уходи от нас.

И так до самого утра.

— Диана, ты меня любишь? — спросил Егор, вглядываясь в ее лицо.

— Конечно — проговорила она, отвечая на его очередной поцелуй…

Утром девушки — подружки Кена ушли, так Диана и не поняла, кто они такие, да и неважно. Марина проснулась, она несмотря на тесноту, хорошо с Веней выспалась. Филя произвел некоторые разрушения в доме: сломал табурет, уронил швейную машинку и упал вместе со столом. При этом он исполнял песни, и шум от него стоял невообразимый. Егор и Веня, проснувшись, голод почувствовали и картошки поджарили. Подкрепившись, Егор уснул на кровати, Диана прилегла рядом. Филя пришел к ним, и тоже улегся на кровать, чем вызвал у Егора ревность. Он столкнул друга на пол, и снова погрузился в сон.

Тем временем, Марина усыпила Веню. Когда он уснул на диване, она предложила Диане:

— Может, домой пойдем?

— Пойдем — согласилась Диана и осторожно выбралась из объятий спящего Егора.

— Пусть парни проспятся и порядок в доме наводят, насвинячили тут порядочно — сказала Марина, одеваясь.

— Но это не мы. Это Филя — заметила Диана.

Подруги ушли, оставив друзей у Кена.

Улицы города были пустынные, народ отдыхал после бурного празднования.

— Ну мы и погуляли нынче. Как ты думаешь, Снежка с Варей ушли, потому что обиделись на нас? — спросила Диана.

— Не знаю. Все может быть. Снежка у нас — девушка с характером.

— Но мы же не виноваты. Правда?

— Правда. Мы не виноваты. Я-то вообще, все проспала — вздохнула Марина — а Веня — классный парень. Нежный.

— Вот видишь. На смену твоему Алику пришел Веня, разве плохо?

— А как у вас с Егором? Любовь? — спросила Марина.

— Ага — хмыкнула Диана — Любовь моя, любил ли кто его, как я.

Так Егор Большаков получил ироничное прозвище «Любовь моя…»

06 января. Ничего не меняется

В тот же день первого января вечером Диана и Марина встретили своих новогодних друзей на танцах. Вениамин, как только увидел подруг, сразу подошел, сел рядом с Мариной, на свое состояние пожаловался, горькое похмелье, тяжело. Девушки посочувствовали ему. А вот Егор вел себя иначе. «Как это знакомо. Вчера — люблю, а сегодня — в упор не замечаю. Обычная практика для таких парней» — подумала Диана, наблюдая, как Егор обнимался с брюнеткой Наиной. «Ох, уж эта красотка Наина. Потом будет Мальвина или Эльвира… Хотя, какие претензии? Речь шла о том, люблю ли я его? Это же Егор — любовь моя, а не я его. Так что все логично. Закончился праздник, исчез интерес. Все. Забыли. Проехали».

Но все-таки Егор заметил Диану, подошел, присел рядом и рассказал Марине забавную историю.

— Я сегодня проснулся, она рядом спит — кивнул он в сторону Дианы — а кого я вижу возле нее? Как ты думаешь?

— Меня? — спросил Веня.

— Нет. Филю Котова. И я не понял, кого он обнимал, то ли меня, то ли ее. Она-то вроде меня обнимала, а может, и не меня… а, Диана?

— Не знаю, не помню — равнодушно пожала плечами Диана.

«Тоже мне, ревность решил изобразить. А не пошел бы ты к Наине, любовь моя, любил ли кто тебя как я» — подумала она. Он и ушел, вместе с Веней покурить, и больше к Диане в тот вечер не приближался.

* * *

Промчалась первая неделя нового года. Наступило воскресенье. В дом к Диане родственники пришли — Добрынины, сидели за столом с родичами, выпивали. С ними явилась их дочь Маша, года не прошло со дня ее свадьбы, на которой Диана с Никитой познакомилась. Сейчас Маша глубоко беременна, а ее некогда любимый муженек сидит в тюрьме. Счастливой семейной жизни не получилось, молодая пара развелась. Маша снова жила с родителями. Пока старшее поколение выпивали, Диана в своей комнате слушала рассказы сестры о ее неудачном опыте семейной жизни.

Вечером гости отправились на остановку, и Диана пошла их проводить. Автобуса долго не было, наконец, приехала «четверка» — ПАЗик с синими полосами. За рулем сидел Веня. С гостями Диана в автобус вошла.

— Ой! Какой тут дым! Это, что ли шофер дымится? — спросила она.

— Нет, это сливочное масло горит — ответил Веня, улыбаясь.

Маша сказала Диане:

— Поехали с нами. Проводишь.

— Нет. На таком автобусе ездить опасно — и хотела было выйти, но Веня, с хитрой ухмылкой, двери закрыл перед ее носом.

— Ой! Веня, ты зачем закрыл дверь, я еще не вышла!

— А ты с нами поедешь — заявил он.

— А ты обратно меня привезешь? — поинтересовалась она.

— Конечно.

— Тогда, поехали.

Так она проводила гостей до их конечной остановки в Северном секторе, а обратно ехала возле Вени, на переднем сидении.

— Угорел я сегодня — пожаловался водитель.

— Бедненький. Весь день в дымящемся автобусе ездить. Ужас! Как ты это терпишь? — пожалела его Диана.

— Все. Это был последний круг. Поеду в гараж.

— А я к Марине шла, да задержалась вот.

— Передавай ей привет от меня.

— Ладно. А ты моему любимому привет передай.

— А он уехал.

— Куда?

— На соревнования.

— Ну, когда вернется, передашь. До свидания. Счастливо отработать в этом дыму.

— До свидания — сказал Веня, и Диана, выйдя на своей остановке, направилась к Марине.

— Привет тебе от Вени. Каталась с ним в задымленном автобусе. Угорает парень. Вот почему бы не дать ему новый автобус? На этом синем Пазике, похоже, еще Наумов ездил, а до него Тамышевский.

— Вот они и сломали автобус. А Веня страдает.

— Повезло тебе с ним. Веня хороший. Не то что Егор, назло мне с Наиной обнимался, а сейчас на соревнования уехал. Не иначе в Далматинск — усмехнулась Диана — вот ничего в моей жизни не меняется.

— Ну да, Егор не так прост. А Веня про меня не забывает, на неделе позвонил, а потом пришел в гости. У нас все хорошо — сказала Марина, довольно улыбнувшись.

— Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Не приехала бы Катюшка беременная,