Леди и байкер - Гленна Мейнард

Она улыбается, глядя на деньги.

— О-о-о. Можешь сводить меня за покупками? — Слезы исчезли ужасно быстро. Она чертовски талантливая актриса. Наверняка мать научила ее получать то, что она хочет.

— По магазинам? — Я ворчу. — Нет, черт возьми.

Она снова дуется, но я на это не ведусь.

— Я вернусь. Слушай Пэм и принимай лекарства.

Уилла Мэй корчит рожицу и показывает язык. Чертово отродье. Я соскакиваю с табурета и отправляюсь на поиски Граджа.

Я нахожу его снаружи, когда он возится с дверью машины Пэм со стороны водителя. Это четырехдверный седан, который нужно отбуксировать и сдать на металлолом. Нижняя часть двери со стороны водителя проржавела.

— Привет, мужик. У тебя есть минутка?

— Пытаюсь отпереть этот кусок металлома для Пэм. Запер чертовы ключи в ней. Что тебе нужно?

— У тебя все еще есть детский шлем, который ты хранил для Темпест?

— Должен быть в гараже. Зачем он тебе?

— Чертов Мёрдер поручил мне посидеть с ребенком. У меня тут восьмилетняя девочка по имени Уилла Мэй, которую я опекаю.

Грэдж поглаживает подбородок, проводя пальцами по седеющей бороде.

— Уилла Мэй, говоришь. Это девочка Алексы. Светловолосая. Хорошенькая малышка. — Его обветренное лицо светлеет.

— Ага, она самая, болтушка.

Он посмеивается.

— Черт. Алекса всегда доставляла неприятности. Да, ты можешь взять шлем.

— Что ты скажешь об этой Алексе? — спрашиваю я, следуя за ним в гараж, который находится за зданием клуба.

— Она была лучшей подругой дочери Преза.

— Рошель? — Ее фотография висит в здании клуба в коридоре у кабинета Преза. Рошель была красивой девушкой. Длинные светло-каштановые волосы, большие карие глаза. Веснушки на переносице. Готов поспорить, я смотрел на ее фотографию сотни раз. Я часто прохожу мимо. Так жаль, что молодая жизнь прервалась слишком рано.

— Ага. Упокой Господь ее душу. Алекса была с ней. В машине с ней. Сама едва не погибла, но осталась в живых. Мёрдер всегда питал к ней слабость, но девушка вечно попадала в неприятности и нуждалась в том, чтобы он пришел ее спасать. Имеет привычку встречаться с неудачниками, которые демонстрируют свою любовь кулаками. Имеет проблемы. Врачи называют это виной выжившего.

Блядь.

— Малышка когда-нибудь попадала под раздачу?

— Один раз. Убийца угрожает ей. Говорит, что, если она не возьмет себя в руки, он заберет у нее Вайллу Мэй, но никогда не доводит дело до конца. Он каждый раз, черт возьми, идет туда и играет в героя. Говорит, что Рошель хотела бы этого.

Я почесываю затылок. Дочь Преза погибла в средней школе. Напилась и превысила скорость. Это было до того, как я стал здесь жить. Градж открывает гараж и начинает рыться в старых коробках на одной из полок у задней стены.

— Эврика, — кричит он спустя несколько минут и достает маленький черный шлем с розовым черепом на затылке. — Должен подойти по размеру. — Он протирает верх старой тряпкой, чтобы убрать с него пыль.

— Спасибо, мужик.

— Без проблем. Теперь, когда Темпест подросла и стала слишком крутой, чтобы болтаться с дедушкой, он здесь ничего не делает, только пыль собирает. — Он улыбается, но я вижу вспышку в его дымчато-серых глазах, которая говорит о том, что он скучает по ней.

— Думаешь, она захочет подработать няней?

Он качает головой.

— Сегодня суббота. Она уехала на выходные к отцу. Боюсь, ее не будет дома до завтрашнего вечера.

— Стоило попробовать.

Градж хлопает меня по спине.

— Не волнуйся. Алекса много из себя строит, но она хорошая мама. Скоро она будет ломиться к тебе в дверь за ребенком.

— Хорошо. Я верну тебе его, как только он будет не нужен.

Я беру шлем и возвращаюсь в клуб, чтобы забрать ребенка. Клуб — это не лучшее место для ее прогулок. Я кладу шлем на сиденье своего мотоцикла, и когда я захожу в «Площадку дьявола», удивленно застываю на месте, потому что не верю тому, что вижу. Уилла Мэй сидит на барной стойке, а Роан, татуировщик клуба и перспектива, держит ее за руку.

Я топаю к ним, мое настроение портится. Чертовски схожу с ума. Похоже, он делает ей татуировку.

— Какого черта ты делаешь?

— Смотри, Ист. — Уилла Мэй повернула ко мне голову лучезарно улыбаясь и подняла руку. — Роан сделал мне татуировку с подсолнухом. — Под подсолнухом курсивом написано одно слово. Леди.

Пиздец.

— Спокойно, чувак, она временная. Скоро смоется.

Я выдохнул.

— Ты. — Я указал на нее. — Слезай оттуда. — Я поворачиваюсь обратно к Роану. — Где Пэм?

— Занята. Связью. — Он смеется. Линк — муж Пэм. Линк, Градж и Пэм управляют клубом «Дьявольская площадка».

— Черт, даже знать не хочу. Уилла у тебя с собой рюкзак? Лекарства?

— Ага. Я смогу снова прокатиться на твоем мотоцикле? — В ее карих глазах блестит жажда приключений.

— Я принес тебе шлем.

— Круто. — Она соскальзывает с барной стойки с помощью Роана.

— Увидимся позже, крокодил, — говорит он, протягивая ей кулак для удара

— Пока — пока крокодил, — поет она, проскакивая к выходу, волоча по полу рюкзак.

— Милый ребенок. Она о тебе не умолкала. Просто будь осторожен.

— Что это значит?

— Тебя не было рядом в прошлом, когда Алекса начинала свое дерьмо, это все, что я могу сказать. Я учился на несколько классов младше нее в школе. Я кое-что знаю. Слышал, но это не моя история.

— Подоги. Ты знаешь ребенка и ее мать?

— Похоже, тебе предстоит многое узнать. — Он почесал затылок. — Но не мне рассказывать. Если През хочет, чтобы ты знал, он тебе скажет, но этого ребенка лучше защищать своей жизнью. Она важна для Преза. Просто запомни это. Понимаешь, о чем я?

Я киваю, но нет, нихрена не понимаю, что он имеет в виду.

— Давай, Ист, — скулит Уилла Мэй, пытаясь толчком открыть тяжелую дверь

Роан бросает на меня взгляд, который говорит:

— Не говори, что я тебя не предупреждал.

↯ ↯ ↯

— Это твой дом? — Уилла Мэй кружится в гостиной моего дома с каркасной крышей.

— Да.

— Ты сам его построил? — Она кладет свой розовый рюкзак на черный кожаный диван.

— Нет.

— Ты его купил?

— Нет.

У нее широко распахиваются глаза.

— Ты украл его?

— Что? Нет. Ты не можешь украсть дом.

Она нахмурила бровки.

— Тогда откуда он у тебя?

— Он принадлежал моему отцу.

— Это он его построил?

— Нет. Я не знаю. Ты задаешь много вопросов.

— Ты женат? Ты не выглядишь женатым. Я не вижу никаких вещей.

— Каких вещей? — Я оглядываю свой дом, гадая, чего она ожидает.

— Ну, знаешь. Девичьи вещи. Красивые подушки. Цветы. Свечи, которые хорошо пахнут.