Пари на любовь - Вера Иванова

…и на перемене

— Видали чокнутого, девчонки? Тараканов в класс притащил! — обсуждали на перемене восьмиклассницы.

— Знаю я таких. У меня у брата друг, Митька Петрухин, на биофаке учится. К ним в дом войти страшно. Никогда не знаешь, на что наступишь и какая гадость на тебя с потолка свалится. Однажды гадюка заползла его маме в сумочку, а на работе выползла, так у них там такое началось. А мама, между прочим, в реанимации врачом работает.

Они всем отделением целую смену за змеей гонялись. Всех больных пришлось выписать, да они и сами от страха повыздоравливали, — тараторила болтушка Катя Гаврилова..

— Странно, что не умерли, — заметила Наташа Теткина. Она ожила, на щеках снова заиграл румянец. — Я бы точно умерла, если бы у меня в сумке змея оказалась или если бы она рядом ползала!

— А когда я Митькиного любимого паука раздавила, то стала у него врагом номер один, — продолжала рассказывать Катя. — А я виновата, что он меня чуть за ногу не цапнул?

— Кто — паук или Митька? — подкололи подруги.

— Да ладно вам! — отмахнулась Катя. — Говорю же, кроме этих тварей, он никого не замечает и ни о чем другом не думает. Может летом зимнюю куртку надеть, а зимой выйти в одних тапочках. Однажды так в университет и приехал — в домашних шлепках и без носков.

— Ты думаешь, новенький такой же? — разочарованно вздохнула Динара Махмутдинова. — А с виду красавчик! Одна улыбка чего стоит. Нет в мире совершенства!

— Да какой он новенький! Это же Макс Бехтерев. Вы что, не помните? Учился у нас до третьего, а потом уехал с родителями в Париж, — напомнила Ира.

— Ах, этот! А я и забыла про него. Надо же, как изменился, — покачала головой Наташа. — Он же был чуть не на голову выше меня!

— Ты на себя-то посмотри! — засмеялась Ира. — Думаешь, пять лет назад кто-нибудь знал, что ты станешь такой дылдой?

— Зато ты по-прежнему табуретку подставляешь, чтобы свет включить, — не осталась в долгу Наташа. — Помалкивай, кнопка!

— А я-то надеялась, Бехтерев — нормальный кадр! А он на биологии помешанный, — горевала Даша Силантьева.

— Между прочим, не каждый рискнул бы носить в кармане тараканов, — бросила, проходя мимо, Дана.

— Вот-вот! — поддакнула ей Оксана. — Надо быть очень смелым!

Она последовала за соперницей, с которой невольно оказалась солидарна.

— Чего это они? — заинтересованно переглянулись девчонки. — На пару влюбились? Интересно, как они его поделят?

— А я не согласна с Ереминой и Муравенко! — воинственно встряхнула кудряшками Катя. — Никакой этот новенький не герой! Подумаешь, тараканов в кармане таскает. Он уже к ним привык, это у него хобби такое. По-моему, самый храбрый — Серега Шумейко. Двух тараканов убил!

— Он не храбрый, а садист, — отрезала Ира. — И как это у него рука на чужих жуков поднялась! Вернее, нога.

— Дуры, о чем вы только думаете! — рявкнул возникший рядом Шумейко. — Вы бы лучше свои сумки проверили, не заползло ли чего.

— Бехтерев сказал, их всего три было! — ахнули девочки.

— Мало ли кто что сказал. Не видите — он же псих ненормальный!

Девчонки начали в панике вытряхивать содержимое сумок прямо на пол.

— Фу! Хуже тараканов, — брезгливо скривился проходящий мимо Савкин. — И этот мусор они все время с собой таскают?

— Ну, иногда они в сумки еще и учебники кладут, — глубокомысленно прокомментировал Шумейко.

— Интересно, это теперь каждый день так будет? — задумчиво глядя на свалку перед собой, поинтересовалась Даша.

— Потом будет хуже. Митька и скорпионов домой приносил. И каких-то малайских ос! — «успокоила» подруг Катя. — Интересно, когда я это яблоко ела? А, ладно! — она выгребла из кучи вещей надкусанное яблоко и с аппетитом стала его догрызать.

— А мне мама эти бутерброды две недели назад положила, — сообщила подругам Динара, выуживая дурно пахнущий сверток. — А я все думаю, отчего так воняет?