Чужая невеста для генерала - Кира Рамис

«Что за мир? Драконы, рабство, варварство, кража, продажа людей. Ребёнок с силой взрослого мужчины», – размышляла я и взглянула на малыша.

Под вечер выбрались к реке. Хоть тут нам повезло, она была пусть и широкая, но спокойная. Мальчик интуитивно указал место, где мы могли её перейти. Не переплыть, а именно перейти вброд.

Лето в этом мире (я всё больше склонялась к тому, что каким-то непостижимым образом попала в чужой мир) было тёплым, но вода в реке была холодной.

– Скоро мы дойдём до людей, – прошептал ребёнок, крепко держа меня за руку.

Зуб на зуб не попадал. Силы оставляли меня, казалось, что я больше не смогу сделать и шага. Пострадавшее от конских копыт тело держалось на честном слове и моей силе воли. Но всему есть предел.

– Не могу… Прости… – прошептала, пытаясь сесть в траву.

– Нет, мамочка, смотри. Показался первый дом. Нам нужно туда постучать.

Не знаю как, но я смогла, хотя последние шаги давались с большим трудом. Если бы не сильные детские руки, которые давно уже несли украденную мной сумку, то лежать бы мне в густой траве.

– Есть кто?! – постучав, толкнула дверь, которая мгновенно открылась.

Дом был пуст, в нём никто не жил, а из мебели была лишь кровать и старый стол.

– Мамочка, ложись. Я сейчас воды принесу, – ребёнок довёл меня до старенькой узкой кровати, на которой лежал жесткий матрас из соломы.

«Мне бы врача», – промелькнула мысль в голове, и я чувствовала, как к ознобу присоединился жар.

– Мама, не засыпай. Я водички принёс, – губ коснулась железная кружка. – Мамочка, я только тебя нашёл. Не оставляй меня, – впервые мальчик проявил эмоции, всхлипнув.

Но мои глаза всё-таки закрылись.

Глава 4

Жар волной проходил по телу, хотелось пить. Ночью несколько раз просыпалась.

– Бабушка говорила, что маги очень сильные и почти не болеют, – возле меня раздался тихий голос. – А вот простые люди, не наделённые даром, болеют часто, – на лоб шлёпнулась мокрая тряпка, по виску потекла струйка воды. – Мамочка, ты же маг, почему всё ещё не поправилась?

Малыш приподнял мою голову, поднеся к губам железную кружку.

В следующий раз я пришла в себя, когда в окошко бил яркий солнечный свет.

Под боком зашевелился ребёнок.

– Мамочка, ты проснулась. Ох, как же я испугался. Ты ночью стонала и была такая горячая, я принёс воды, напоил тебя, положил на лоб мокрое полотенце, которое нашел на подоконнике, – пока я пыталась проморгаться, мальчик быстро вскочил на ноги и убежал с кружкой к ведру. – Еды нет, но вода есть.

– Спасибо, – прокашлявшись, приняла кружку.

– Как ты себя чувствуешь? – ребёнок заинтересованным взглядом следил за тем, как я пью.

– Намного лучше, – ответила, подумав. – В руке и спине осталась лишь тянущая боль, и голова не болит.

– Да, маги выздоравливают быстрее простых людей.

– А где браслет? – перевела взгляд на запястье.

– А он рассыпался, – мальчик почему-то перевёл взгляд на стену, чего-то не договаривая.

Встав, осмотрелась. Дом больше походил на садовый домик из коллективного сада, слепленный из того, что было под рукой. На полу пыль, грязь, узкая кровать с матрасом из соломы без подушки и простыни. Стол, стул и погнутое ведро. Заглянув в него и присмотревшись, охнула.

С водной глади на меня смотрело чужое лицо, пусть вода не зеркало, но разницу заметить можно. Большие глаза, более тонкий и ровный нос, чем у меня, более пухлые губы.

Выпрямившись, поднесла к глазам прядь чёрных как ночь волос. А у меня-то русые.

Медленно вернулась к кровати и села.

– Как тебя зовут? – протянула руку к мальчику.

– Мамочка, ты не помнишь? – скуксился тот.

– Не было у меня сына, – решила пойти с двойных козырей. Малыш сам два раза проговаривался. Не знаю, кем я стала в этом мире, но в своём я ещё не рожала.

– Мамочка, – он сжал мою ладонь.

И я, поняв его страхи, произнесла:

– Не бойся, не брошу, рассказывай, кто ты и почему зовёшь меня мамой.

– Леонард, меня зовут Леонард, – он присел рядом на кровать и руки не выпустил. – Бабушка звала Лео. Мне пять лет, но бабушка говорит… говорила, что я очень умный не по годам и меня ждёт великое будущее.

– А где твои родители, Лео? И бабушка?

– Родителей нет, я их никогда не видел, мы жили вдвоём с бабушкой. Не богато, но не голодали. Однажды нас ограбили, почти всё забрали, бабуля заболела. А несколько дней назад она сказала, что нашлась моя мама и мне нужно идти к северным воротам города, там я её увижу. Бабушка видящая, она предсказывала счастье людям, а они нам за это деньги давали.

– Почему тебя бабушка одного отпустила? – удивилась я.

– У каждого своя судьба, своя дорога, моё счастье было у северных ворот, – улыбнулся мальчик. – А бабушка в дорогу собиралась. Её должен был унести дракон на облака.

– Ты смелый мальчик, один пошёл к воротам, – поняв, о чём говорит ребёнок, тут же перевела разговор.

– Ой, я один по городу с детства хожу, бабушка говорила, что нашла меня в пелёнках… Ох, не хотел этого рассказывать. Я и за городом всё знаю, где растёт вкусная ягода, где хворост можно набрать, сухие ветки очень хорошо горят. Я сильный, – похвастал ребёнок. – Да и бабушка никогда не ошибалась. Раз она сказала, что я встречу маму возле северных ворот, то так и случилось. Теперь я всегда буду рядом, мамочка, – он прижался лицом к моей руке.

– Лео, а как ты меня нашёл? Неужели работорговцы так просто заезжают в город?

– Мамочка, ты совсем-совсем ничего не помнишь? – спросил малыш.

– Головой ударилась, не помню, вся надежда на тебя.

– Ох, это когда рабы пытались на привале сбежать, а этот плохой Норман… – Леонард помолчал: – Я, когда пришёл к северным воротам, очень долго ждал, всё всматривался в проходящих мимо женщин, но ни одна не была моей мамой. А потом подъехала чёрная карета, пока кучер расплачивался с охранниками, ты, отодвинув шторку, выглянула в окно, всего лишь на мгновение, тебя кто-то дёрнул за руку обратно, ты исчезла, но меня словно окотило холодной водой. Вот она – моя мамочка. Дорогая, любимая. Кучер понукнул лошадей. А я юркий, незаметный, поэтому с лёгкостью запрыгнул на запятки и притаился.

Кашлянув, прервала рассказ мальчика, он тут же принёс воды.

– Ехали не долго, неожиданно я услышал голоса, ты, мамочка, с кем-то ругалась,