Дикий соблазн - Ольга Дашкова

Малодушие, черт возьми. Она целовалась со мной так, будто была готова отдаться прямо на тренажере, а я позволил ей уйти. Браво, Максим, ты чемпион по облажению.

Весь день прокручиваю в голове тот момент – ее губы, мягкие, горячие, то, как она прижималась ко мне, как ее грудь терлась о мою футболку. У меня встает от одной мысли, и я злюсь на себя еще больше.

Надо ее найти. Я не знаю, как она оказалась в «FitZone», но она явно не из тех, кто таскает гантели ради удовольствия. Может, из-за меня?

От этой мысли мой член дергается в штанах, и я решаю: к черту сомнения, я ее найду.

К вечеру я взламываю систему заказов – да, это не совсем законно, но мне плевать. В тот день она что-то покупала в супермаркете, и я вспомнил, что видел, как она расплачивалась картой.

У нас в «FitZone» есть база клиентов с доставкой, и я, как сотрудник, могу заглянуть в нее. Час ковыряния, и вот оно – Ксения Коваленко, адрес, телефон. Джекпот. Я сижу дома с пивом в одной руке и телефоном в другой и начинаю писать ей сообщения.

«Привет, это твой тренер по штанге. Все еще думаю о том, как ты роняла железо. А еще о том, как бы я хотел уронить тебя на кровать и проверить, насколько ты крепкая».

Отправляю и жду, потирая руки. Через пару минут приходит ответ:

«О, мастер нашелся? Я думала, ты занят разборками с тощей протеиновой феей».

Я ухмыляюсь. Она в деле. Пальцы порхают по клавиатуре.

«К черту фей, я хочу пышную королеву. Представляю, как срываю с тебя этот топ и зарываюсь лицом в твои шикарные груди. Ты мокрая от одной мысли об этом, да?»

Пока я жду ответа, моя рука сама тянется к ширинке. Я уже на взводе, представляю, как она читает это и краснеет. Телефон пиликает.

«Может, и мокрая. А ты, небось, дрочишь прямо сейчас, мастер?»

Черт, она меня раскусила. Я смеюсь, но не отрицаю.

«Дрочу и думаю, как бы засунуть тебе так глубоко, чтобы ты кричала мое имя. Хочу лизать тебя, пока ты не кончишь на моих губах».

Отправляю это сообщение и представляю, как она там, на другом конце города, сидит с телефоном в руках, а ее трусики промокают. Она молчит минуту, потом отвечает:

«Ты наглый, Макс. Но, черт возьми, я уже глажу себя, читая это. Хочешь подробностей?»

Мой член рвется из штанов, я сжимаю его через ткань. Она меня добьет.

«Давай, рассказывай, как ты трогаешь свою мокрую киску. А лучше давай поужинаем завтра вечером в восемь, в ресторане у клуба, а потом я сам все проверю. Устроим тренировку – ты, я и кровать вместо тренажера».

Она присылает смайлик с дьяволенком и пишет:

«Тренировка, говоришь? Придется надеть что-нибудь обтягивающее. Завтра в восемь, не опаздывай, качок».

Откидываюсь на диван, ухмыляясь как идиот.

Она возбуждена – я чувствую это через экран. И я тоже, черт возьми, на грани. Завтра я ее не отпущу – никаких бывших, никаких штанг, только она, я и все то, о чем я ей написал.

Пусть готовится, потому что этот «мастер» собирается устроить ей самую жаркую ночь в жизни.

6

Кручусь перед перед зеркалом и смотрю на себя в этом коротком платье – черном, легком, с тонкими бретельками, которое едва прикрывает бедра и облегает мою пышную грудь.

Без лифчика, конечно, – пусть Макс помучается. Я дрожу, и не от холода. Между ног все влажно от возбуждения.

Руки трясутся, пока я крашу губы красной помадой, а внизу живота все сжимается от предвкушения. Представляю руки Макса, как его крепкие пальцы сжимают меня, как его губы, которые я уже ощущала в «FitZone» страстно целуют и терзают мою плоть.

Его сообщения – такие грязные, такие откровенные, что я полночи провела с вибратором, представляя, как он выполняет все свои обещания. Но я не хочу этого показывать – пусть думает, что я спокойна, уверена, хотя половые губу набухшие, соски твердые, а трусики мокрые.

Макс ждет меня у ресторана, и, черт возьми, он выглядит чертовски сексуально. Черная рубашка, обтягивала его мускулы, джинсы, подчеркивающие все, что ниже пояса.

Я вижу, как он сглатывает, когда замечает мое платье, и его взгляд скользит по моим ногам, задерживаясь на вырезе. Я знаю, что он мучается – его штаны явно теснее, чем должны быть, и это заводит меня еще больше.

Ужин – сплошное испытание.

Мы сидим за столиком, едим стейки, пьем вино, но я почти не чувствую вкуса. Он смотрит на меня так, будто хочет съесть вместо еды, и я ерзаю на стуле, чувствуя, как пульсирует между ног.

– Ты сегодня… аппетитная, – говорит он хриплым низким голосом.

– Стараюсь, – отвечаю с ухмылкой, наклоняясь чуть вперед, чтобы он увидел, как платье натягивается на груди. Его глаза темнеют, и он сжимает вилку так, что костяшки пальцев белеют.

Мы едва доедаем десерт.

Макс расплачивается, хватает меня за руку, и мы почти бежим к его машине – черному внедорожнику, припаркованному в темном углу стоянки. Как только дверь захлопывается, он набрасывается на меня.

Его губы впиваются в мои – грубо, жадно, с языком, который заполняет рот. Я кричу ему прямо в губы, цепляюсь за плечи, чувствуя, как его руки шарят по мне, сжимают попку через платье.

– Черт, Ксюша, ты меня убиваешь, – рычит Макс, отрываясь на секунду, чтобы вдохнуть.

Его член упирается мне в бедро через джинсы, твердый, как камень, и я трусь о него, чувствуя, как он дергается. Макс оттягивает декольте платья, рвет бретельки, обнажая тяжелую грудь. Соски уже стоят, набухшие, а Мас издает низкий стон, глядя на них.

– Боже, какие они охрененные, – шепчет, и тут же его губы оказываются на мне.

Он жадно целует грудь, облизывает кожу, оставляя влажные следы. Его язык кружит вокруг соска, потом он втягивает его в рот, посасывает, слегка прикусывает зубами. Я задыхаюсь, выгибаюсь к нему, цепляюсь в его волосы.

– Да, Макс, черт, не останавливайся, боже мой… а-а-а.

Хриплю, а он рычит, переходя к другому соску, сжимая первый пальцами. Он тянет, крутит, сосет