Опекун - Ана Сакру

её размазала. Пусть она его не знала, пусть! Но эти суммы, приходящие от него каждый месяц, давали некое чувство защищенности. Внушали, что она всё-таки не одна. Позволяли украдкой мечтать…О чем? Тая и сама себе не смогла бы четко ответить. О большой семье, о доме – крепости…То, что папа существовал где-то там и помнил о ней, давало ей призрачный тыл. А сейчас всё. Будто к самому обрыву поставили, на все ветра. Один неверный шаг – и пропасть, и не подстрахует никто. Бездна.

– Надо собираться, Таюш, – вздохнула бабушка, – А то и правда, выждет ровно полчаса и уедет.

– Не хочу я с ним. Жуткий он какой-то, не заметила? Может, как придет уведомление, сама съезжу? И на работе отпрошусь нормально, – нахмурилась Тая, раздумывая.

– Вот еще, – всплеснула бабуля руками, – Это ж на билеты тратиться, самой искать где там остановиться, за койку платить, кушать что-то, везде ездить…Там метро, город огромный, заблудишься еще, а на такси денег нет! Да может уже и не будет никогда! Кто его знает, этого папку твоего, что он мог тебе отписать. Вдруг кота какого старого досматривать. Вот хохма будет! А ты все сбережения отложенные на это потратишь.

Тая слушала доводы Лидии Михайловны и медленно кивала, рассматривая узор скатерти. Ромбики, кружочки…Да, бабуля, права. Всё так.

– Ладно, пошла собираться тогда, – сдалась.

***

Не зная, что брать, накидала в чемодан всего, под завязку. Быстренько переоделась в чистые сухие джинсы и простую толстовку с капюшоном, перевязала потуже хвост. Под обеспокоенным взглядом бабушки надела кроссовки, так как ботинки до сих пор были влажные, куртку пришлось мокрую надевать – она была одна, шапка…

– Ну все, пока.

Крепко обнялась с бабулей, пряча лицо в её мягком плече и глубоко вдыхая самый родной запах.

– Ты там аккуратней, ладно, Таюш,– всхлипнула Лидия Михайловна, – Ушки на макушке держи! Ты у меня умница, я знаю.

– Всё хорошо будет, не переживай, я позвоню, – Тая слабо улыбнулась, отстраняясь. Взгляд отвела. Не чувствовало она, что будет все хорошо, и боялась, что бабушка увидит это в её глазах.

Когда вышла на улицу, Кирилла увидела сразу. Он курил у того самого чёрного мерседеса, на который она обратила внимание, когда заходила в свой подъезд. Заметив её, мужчина в последний раз длинно затянулся, сверля её тяжелым взглядом исподлобья, выкинул окурок и, открыв заднюю пассажирскую дверь, сел в салон. Ни рукой не махнул. Ничего…А мог бы и с чемоданом помочь. Тая поджала губы и покатила свой скарб сама, чувствуя себя глупо – будто навязывается, хотя он ведь сам её нашел, приехал и это предложил. Но через секунду из машины вышел водитель – тот самый бритый мужик, подскочил к ней, молча забрал чемодан и распахнул заднюю дверь, тоже приглашая в салон.

Что ж, наверно это просто не царское дело…

Тая пробормотала " спасибо" и села в машину. Водитель захлопнул за ней дверь. Внутри автомобиля было просторно, тепло, темно и пахло выделанной кожей вперемешку с холодным мужским парфюмом. Или это веяло холодом от Кирилла Станиславовича, который сидел от нее через широкий, напичканный разными кнопками подлокотник.

Мужчина мазнул по девушке нечитаемым взглядом и снова уткнулся в свой телефон.

Разговаривать он явно не планировал. Тая ощущала такую робость, что её это полностью устраивало. Она не представляла о чем они вообще могли бы говорить.

Об отце? Как-то неловко…Она ведь, получается, плод измены, а он законный сын, так? А его мать жива? Она знает?!

Вопросы мучали, но Тая сейчас была не состоянии их задать. Вместо этого она украдкой разглядывала строгую роскошь салона, так как раньше никогда не ездила в автомобилях подобного класса. И ещё она чуть- чуть, боковым зрением, следила за мужчиной справа. Его резкий нахмуренный профиль был как магнит.

Водитель загрузил Таину сумку в багажник, сел на свое место, и машина плавно тронулась. Как корабль, бесшумно и быстро, поплыла по знакомым улочкам, стремительно покидая их маленький городок.

– Показывает, что приедем через час сорок, Кирилл Станиславович, – водитель повернул к ним голову.

Кирилл оторвался от телефона. Медленно моргнул.

– Хорошо, – и нажал какую-то кнопку на подлокотнике, отгораживая передние сидения от задних черной непроницаемой шторкой.

Снова уткнулся в свой гаджет, а ее будто рядом и не было. Для Таи в салоне повисла напряженная, душная тишина. Девушка, не зная куда деть себя и чем заняться, поначалу отвернулась к окну, рассеянно следя за пейзажем, но скоро там стало совершенно не на что смотреть. Городок быстро кончился, и пошли одни бесконечные поля с редкими деревеньками, да и темнело стремительно. Достала из кармана куртки телефон, а он как назло сел. Чёрт…

– Кхм, – подала голос, привлекая к себе внимание сидящего рядом мужчины.

Тот едва заметно повернулся и вопросительно выгнул бровь.

– Кирилл Станиславович…

– Лучше просто Кирилл, – сразу перебил.

– Кирилл, – послушно повторила Тая и мучительно покраснела – так интимно ей это показалось по отношению к этому далекому, чужому человеку, – А здесь можно зарядить телефон? Блок питания у меня есть, – и, порывшись, достала из сумки зарядку, будто на слово он мог ей не поверить.

Кирилл смотрел на неё, не мигая, пару секунд, потом кивнул на розетку, которая, оказывается, была встроена в перегородку внизу у самых её ног.

– Спасибо, – Тая, пользуясь тем, что подключала телефон, намеренно не поднимала на мужчину глаз, зато отлично чувствовала её тяжелый пронизывающий взгляд на своём лице, – А мой…кхм…Станислав Игоревич, он как умер? Он болел?

– Нет, огнестрельное ранение в голову, – ровно отозвался мужчина тоном, которым принято говорить который час, – Впал в кому, через сутки скончался в больнице, не приходя в сознание. Гроб будет закрытым. Похороны через три дня.

– Его что? Убили?! – охнула Тая, холодея.

Резко села и уставилась на Кира, со скучающим видом развалившегося на своем сидении.

В его карих глазах мелькнуло презрительное снисхождение. И Тая отчетливо уловила посланную эмоцию, мол, а ты думала, в сказку попала, сельская дура?! Так четко, будто он на самом деле это сказал.

– Следствие идет. Пока сложно говорить, – вкрадчиво проговорил мужчина вслух.

– То есть это может быть самоубийство?

Кирилл неопределенно пожал плечами и чуть склонил голову, разглядывая девушку. У Таи мысли путались от такого пристального, ничем не прикрытого внимания. Оно казалось ей чем-то унизительным. Так не смотрят на людей, которых считают равными себе. О границах которых хоть чуть-чуть задумываются. И вряд ли этот лощеный мужчина об этом не знал.

– А где…– Тая сглотнула сухой ком, вставший в горле и мешавший говорить, –