Духовное Древо - Элла Саммерс

Затем они просто остановились, все разом. Их холодные красные глаза уставились на меня. Один из них зарычал.

— Вы меня боитесь, помните? — тихо сказала я.

Один из них поднял нос кверху и несколько раз коротко принюхался.

— Клянусь, я совсем невкусная, — произнесла я спокойным, ровным голосом.

Моё сердце, напротив, колотилось в груди, как скаковая лошадь. Я надеялась, что они этого не услышат.

Остальные шестеро Проклятых задрали носы и тоже начали принюхиваться.

Рядом со мной заскулила Волчица.

— Я совершенно не стою того, чтобы меня кусать, — сказала я Проклятым, совсем не ожидая, что мои доводы их убедят.

Но, так или иначе, это произошло. Или, по крайней мере, мне так показалось. Потому что в следующий момент все семеро отвернулись от меня и исчезли в лесу.

— Слава богу, — со вздохом сказала я, останавливаясь на опушке леса.

Ветер издал мощный вой.

Я подняла взгляд к небу. С каждой секундой становилось всё темнее.

— Давай поторопимся, — сказала я Волчице. — Гроза вот-вот разразится.

Ветер завыл снова, громче, пронзительнее. Лес задрожал. Что-то просвистело у меня в ушах, затем от ствола отделилась ветка. Она просвистела в воздухе, как копьё, едва не задев меня.

Небо содрогнулось.

Земля взвыла.

Налетел резкий порыв ветра.

В мою сторону полетела ещё одна сломанная ветка.

И эта не промахнулась.

Она сильно ударила меня в живот, как бейсбольной битой, сбив с ног. Я врезалась в большое дерево, и мир погрузился во тьму.

Некоторое время спустя я очнулась на твёрдой земле, в ушах у меня гудело, в голове пульсировала боль. Должно быть, я пробыла в отключке недолго, потому что всё было на том же месте, что и раньше, вплоть до сучковатой ветки, которая ударила меня как пиньяту на детском дне рождения.

Я с трудом поднялась на ноги, покачнувшись в сторону, когда меня накрыла волна головокружения. Я упёрлась руками в ствол ближайшего дерева, но, по крайней мере, осталась стоять.

Гул в моих ушах сменился чем-то гораздо более зловещим. Звериным рычанием.

Я оглядела окрестности в поисках каких-либо признаков присутствия Проклятых, но они давно исчезли. Источником рычания был не монстр, а собака.

— Волчица! — воскликнула я, когда хаски бросилась ко мне.

Она залаяла.

— Не волнуйся. Мы спасём Марлоу, — я потёрла свои пульсирующие виски. — Показывай дорогу.

Она повела меня глубже в лес, по тропинке, заросшей ветками, сорняками и слишком, слишком большим количеством паутины.

А потом я увидела кровь. Так много крови. С листьев капали алые капли. На потрескавшейся земле виднелись кровавые следы.

Их было так много, что я даже не нуждалась больше в направлении от Волчицы. Всё, что мне нужно было делать — это идти по кровавому следу.

Глава 3. Так поступают герои

Волчица трусила рядом со мной. Её тёмные уши печально поникли. Её проницательные глаза светились решимостью.

— Мы найдём Марлоу, — сказала я собаке. — Мы спасём его.

В ответ она хрипло тявкнула.

Осторожность заставила меня остановиться на опушке леса, и хорошо, что я это сделала. Что-то зловещее скрывалось за деревьями. Это было похоже на военную базу.

Крепкий забор плотно окружал территорию. Другой забор, побольше и подальше, окружал поле сразу за территорией. Лужайка между двумя заборами была достаточно большой для нескольких коров, но, насколько я могла видеть, там не было никаких животных. Там было пусто, что-то вроде ничейной территории.

Что я действительно увидела, так это семерых, нет, даже восьмерых вооружённых людей внутри комплекса, одетых исключительно в чёрное, с масками на лицах.

— Они не Смотрители, — прошептала я Волчице.

Она вопросительно склонила голову набок.

— Униформа совсем не та, — объяснила я. — Она выглядит более дешёвой, менее пуленепробиваемой, чем форма Смотрителей. И в ней отсутствуют мелкие детали.

Волчица залаяла.

— Тссс, — зашипела я на неё. — Нам нужно действовать скрытно.

Её следующий лай был тише, почти шёпотом, так что, я думаю, она поняла.

— Марлоу там?

Волчица снова тявкнула шёпотом.

— И эти люди, те люди в чёрном, они забрали его?

Она заскулила.

— Они причинили ему боль?

Она зарычала.

— Мы вытащим его оттуда, — пообещала я ей.

Волчица навострила уши. Она сделала шаг вперёд.

— Подожди, — я остановила её, прежде чем она вышла бы из-под прикрытия леса. — Не так. Это небезопасно. Эти люди не единственные, кто охраняет ворота.

Мои глаза только что уловили какое-то движение. Большие, неуклюжие тела кое-как ковыляли, заточённые в ловушке на нейтральной полосе между двумя заборами. Первые двое только что показались в поле зрения. Мой взгляд проследил за чёрными, похожими на татуировки венами на их бледной коже. Их звериные тела. Их кроваво-красные глаза.

— Проклятые, — я выдохнула, затаив дыхание. — Но что они делают?

— Охраняют территорию.

Я обернулась на звук голоса Коннера. На нём был тот же костюм-невидимка из драконьей чешуи, что и вчера, когда он навещал меня в моём коттедже в Деревне Учеников. Но сейчас он не был невидимым.

Он посмотрел мне прямо в глаза и, ухмыляясь, заявил:

— Я должен был догадаться, что ты не сможешь держаться от меня подальше.

Я закатила глаза, глядя на него.

— Ладно, Красная Шапочка, — сказал он, назвав меня своим любимым прозвищем. — Как ты меня нашла?

— Это не я. Волчица привела меня сюда, — я погладила её по макушке.

— Волчица? — сапфировые глаза Коннера встретились со светло-голубыми глазами собаки. — Какое оригинальное имя для хаски.

— Я не давала ей имени. Это не моя собака. Она принадлежит Марлоу.

— Марлоу?

— Он заперт там, — я указала на охраняемую территорию. — Мы здесь, чтобы спасти его.

— Конечно, ты здесь для этого, — Коннер медленно покачал головой, улыбаясь про себя. — Ты просто не можешь оставаться в стороне от неприятностей, не так ли?

Я ощетинилась.

— Эй, я же не ищу неприятности!

Я не сказала ему, что видела Повстанцев в городе — и что я бы отправилась за ними, если бы они не исчезли так внезапно.

— Конечно, ты ищешь неприятностей. Так поступают герои, — он вздохнул, как будто это причиняло ему боль. — И каков же твой план? Дай угадаю. Ты хочешь в одиночку вытащить этого парня из Марлоу из этой хорошо охраняемой крепости?

— Ну, когда ты так говоришь, это действительно звучит безрассудно.

— Потому что это и есть безрассудство. Тебе определённо нравится играть с огнём, — Коннер перевёл взгляд на Волчицу. — И с волками, — он снова обратил своё внимание на меня, и его глаза