Вечность - Джеймин Ив

Перед началом боя Роман сказал мне, что не может вмешиваться, но сделает всё, что в его силах, чтобы сохранить мне жизнь.

— Равновесие, — шепчу я.

По его рычанию я понимаю, насколько сильно он контролирует свою ярость.

— Оно уже разлетелось в клочья. Крона вышла на поле боя и усиливает силу Эсты своей собственной. Я больше не следую её правилам.

Моё сердце уже разрывается на части, но заявление Романа придаёт мне сил.

Столкновение силы Эсты с внешним куполом разрушает всё вокруг нас. Она так просто не сдастся. И с помощью Кроны она может прорваться в любую минуту.

— Я в порядке, — говорю я, со стоном пытаясь встать, зная, что у нас нет времени на пустую трату времени. — Я могу двигаться.

Я пошатываюсь. Моя рука дрожит, когда я кладу свободную руку на плечо Романа, сжимая её только ладонью из-за сломанных костей.

Контакт между нами подобен электрическому разряду. Вся сила, исходящая от него, заряжает меня энергией, и на мгновение я действительно верю, что смогу подняться на ноги. Пока мои ноги не отказываются двигаться дальше.

Роман прижимает свою большую ладонь к моей поврежденной щеке. Новый поток рун стекает с его руки на моё лицо, а также с его плеча на мои сломанные пальцы, эти руны оседают на моей коже и образуют прозрачный слой вокруг моих повреждённых конечностей.

Это навевает воспоминания о коконе, который он сплёл вокруг меня, когда я была ранена в Дебрях, когда он окутал меня своей целительной магией и спас мне жизнь. Он сказал мне, что его целительная сила не так велика, как у других его рун. Он искусен в искусстве причинения смерти и боли, но не исцеления.

Роман начинает говорить.

— Я забираю тебя в Дебри…

— Нет! — моё возражение прозвучало резче, чем я намеревалась, но у нас нет времени обсуждать наш следующий шаг. — Мы должны найти моего отца.

Роман напрягся.

— Тело твоего отца находится в царстве ангелов. Ни один демон не сможет попасть туда и выжить.

Я пытаюсь сомкнуть пальцы на его плече — задача невыполнимая, учитывая размер его мышц и текущее состояние моей руки. Я остро осознаю, что до сих пор он даже не взглянул в сторону Коды и что мой брат наблюдает за нашим взаимодействием из-под нахмуренных бровей. Кода сидит, ссутулившись, рядом со мной, его дыхание становится всё более поверхностным с каждой секундой.

— Демонам не место в царстве ангелов, — хрипит Кода и, к моему удивлению, поддерживает Романа. — Даже если мы доберёмся туда, шансы на выживание невелики.

Снова сосредоточившись на Романе, я настаиваю.

— Мы должны использовать оружие, созданное ангелами, чтобы пройти через врата Мортема. Добраться до Земли, а затем найти путь оттуда в царство ангелов.

Это оружие — мощный источник ангельского света, предназначенный для перемещения его обладателя — и любого, кто окажется в пределах его действия, когда оно активируется, — между мирами. Оно нестабильно и опасно, и Роман хранит его фрагменты в безопасности у себя дома, где ими нельзя злоупотреблять.

Они нужны нам сейчас.

Я отказываюсь отводить взгляд, даже когда глаза Романа темнеют. Они становятся невероятно чёрными.

— Мы можем убивать Эсту сколько угодно раз, но она не умрёт, — говорю я. — Мой отец — единственный, кто может положить этому конец. Мы должны найти его тело и вернуть ему душу. Исцелить его, и снова всё исправить.

Таня подходит ко мне. Её крылья прижаты к бокам, но голубые глаза по-прежнему полны беспокойства.

— Нова права. Джарет пытался передать нам сообщение, пока мы были в тюрьме. Найти его — единственный способ справиться с этим.

— Даже если нам придётся сломать врата, чтобы выбраться, — говорю я, вспоминая, что сказал мне мой отец перед тем, как мы сбежали из тюрьмы, где в плену находится его душа.

Забери своих сестёр и беги из Пира-Мортема. Сломай врата, если понадобится. Беги, Нова!

Я думала, он советовал мне сбежать от Устранения, спасти себя, но теперь я думаю, что он советовал мне найти его.

— Врата были заперты, чтобы контролировать дисбаланс, который формировался в Мортеме, — рычит Роман хриплым шёпотом. — Их разрушение вызвало бы колебания в трёх мирах. Равновесие могло быть полностью нарушено. Даже если бы у нас был способ пройти.

— С оружием ангелов мы справимся, — говорю я, хотя с моей стороны это всего лишь надежда.

В первую очередь, оружие ангелов привело нас сюда. И хотя оно может быть где-то в Дебрях, Роман в прошлом доказал, что может мгновенно доставить его, где бы оно ни находилось.

— Я больше не могу их сдерживать! — Малия кричит с передней части купола, её руки напряжены, плечи сгорблены. Её пятки упираются в землю, как будто какая-то сила толкает её назад.

Щит перед ней становится прозрачным, его слои медленно снимаются. Силуэт Кроны теперь виден рядом с силуэтом Эсты. Одеяния древней женщины развеваются вокруг её крошечного тела, её одежда и кожа такие фарфорово-белые, что сквозь щит из слоновой кости видны лишь её очертания.

Эста и Крона. Как, чёрт возьми, я это пропустила? Роман предупреждал меня, что Мортем полон обмана и иллюзий, но даже он не видел их зла.

Глядя в глаза Романа, я осмеливаюсь взглянуть в лицо отражению своих ран.

— Если Эста победит, равновесие между тремя мирами никогда не будет восстановлено. Она загоняла души в Запретные Земли, заточала в тюрьму демонов, которых там быть не должно. Душа моего отца тоже находится там в плену, а его тело? Хрен знает, что с ним случилось. Если она воцарится, три мира навсегда окажутся на переломном этапе. Равновесия никогда не будет.

Я чувствую, что решимость Романа слабеет. Мои поврежденные пальцы сжимают его руку. — Мы должны попытаться.

Он кивает мне, но напряжённая линия его подбородка и напряженный взгляд говорят о том, что ему это не нравится.

Он проводит рукой по груди, и три разобранные части оружия появляются в воздухе между нами, паря в лучах аметистового света.

Основание оружия изогнуто и имеет цвет кости, напоминающий бивень древнего существа. Застёжка серебряная. А камень похож на серебристый бриллиант размером с мой кулак. Камень должен быть вставлен в верхнюю часть застёжки, в то время как нижняя часть застёжки опирается на полый конец длинного изогнутого рога.

Малия кричит со щита.

— Роман! Он ломается!

Роман поворачивается к ней и, бросив последний неохотный взгляд на части оружия, говорит:

— Собери