Мой чертов бывший - Кристина Зорина

Не чтобы возбудить и склонить к сексу.

Не чтобы покрепче втереть меня в себя, а чтобы… Показать. Доказать.

— Любишь? — спросила я снова, с трудом от него отрываясь.

Его красивые глаза молили: нет, пожалуйста, не задавай этот вопрос!

Я видела в них слезы и мольбу — больше ничего.

Мне казалось, что время не просто замедлилось, оно остановилось совсем, и каждая секунда его молчания — это удар по мне топором.

— Люблю, — прошептал он на выдохе.

А я…

Я прижала ладони к лицу и сидела так, пока он не ушел.

* * *

Аня снова одна.

Я выдыхаю, когда Арс спрашивает:

— А жених где?

И Аня отвечает:

— У него дела, — она чуть тускнеет, очевидно, ее и саму это задевает. — Но он обещал быть на следующей встрече!

Я иду чуть в стороне, пока Аня показывает сад, в котором планируется основная часть торжества.

Делаю пометки: здесь будет стоять арка, здесь — стулья для гостей, отсюда выйдет невеста, а здесь ее будет встречать жених.

Я тут же представляю Марка в роли жениха. Красивый до умопомрачения, в смокинге и начищенных до блеска ботинках. Интересно, произнося клятву верности невесте он будет так же суров, как и всегда? Он сможет расслабиться, улыбнуться, посмотреть в ее глаза с любовью?

Он вообще… любит ее?

Я так глубоко погружаюсь в свои мысли, что не замечаю, как Арсений с Аней уходят в дом.

Я одна в этом саду, большом и свежем, благоухающем еще почти летними красками, но уже пахнущем подступающей осенью.

Мне здесь красиво.

И почти нет злости, по крайней мере, не сейчас.

Я вдыхаю полной грудью этот запах, в груди все сжимается. На глаза наворачиваются слезы.

Я что, правда, сделаю это?

Я… организую свадьбу Марка?

Притащу цветы, оформлю арку, под которой он признается этой милой девушке в любви и поклянется быть ей верным до конца жизни? Я смогу?

От мыслей об этом горький смешок срывается с губ, и я тут же оглядываюсь, спохватившись.

И вижу его.

От неожиданности я даже думаю, что это галлюцинация.

Моргаю пару раз, на всякий случай задержав дыхание.

Нет, это и правда Марк.

Стоит и смотрит на меня, подперев плечом дерево.

Это ужасно.

Просто ужасно — то, как мое сердце начинает ныть, кровоточить, биться при виде него! То, как я забываю дышать…

Нельзя.

Смотреть на него и вспоминать все, что было — нельзя! Я же сразу, в эту секунду перестаю быть профессионалом, да и просто человеком — снова! Я лишаюсь всего, чего добилась. Лишаюсь той девчонки — крепко стоящей на ногах, уравновешенной, спокойной, которой стала без него, я…

— Привет, — говорит Марк и начинает идти в мою сторону.

Я оглядываюсь в надежде, что Аня и Арс вернулись, но никого нет.

Что мне делать? Бежать? Трусливо и глупо бежать, пока он не подошел ближе, пока я не вдохнула его запах?

Боже…

— Привет, — произносят мои губы, и я тут же обнимаю себя руками за плечи, потому что чувствую какой-то невыносимый холод.

Марк уже близко.

Достаточно близко, чтобы я внутренне скукожилась вся.

Я бросаю на него взгляд.

Он улыбается краешком губ. То, что между нами было, длилось полгода, и за эти полгода я видела эту улыбку считанные разы.

Всегда — хмурый.

Всегда — на что-то разозлившийся, осуждающий, саркастичный.

Ядовитый.

И сейчас его яд в меня проникает глубоко.

— Я думал, мне показалось, а это и правда ты.

Мне так странно это слышать.

Так странно.

Всегда, когда мы встречались вне постели, Марк делал вид, что мы незнакомы, он обходил меня стороной, отводил взгляд, никогда не здоровался и не заговаривал, будто я — какая-то пьяная, вонючая, облеванная бомжиха, не заслуживающая даже взгляда.

— Ага, — не знаю, что еще отвечать.

О чем с ним вообще говорить, и надо ли?

— Так вот куда ты сбежала.

Это последнее, чего я ожидала от него услышать. От неожиданности я даже глаза не успеваю отвести, и мы сталкиваемся взглядами.

Черт.

Ну почему, почему он совсем не изменился? Почему он все еще такой красивый, так хорошо сложенный, так крепко стоящий на ногах?

Русые волосы с капелькой ржавчины идеально лежат, на плечах — кожаная куртка, на шее — цепочка, которую я ловила ртом еще тогда, когда он, нависая надо мной, вбивал меня в матрас.

— Уехала, — поправляю я.

— Правда? — Марк чуть наклоняет голову вбок. — А мне показалось, что сбежала.

— От чего мне было бежать?

Меня потряхивает.

Я чувствую, как дрожь проникает прямо под кожу, в мясо.

— Даже не знаю… Учитывая, как ты оборвала все связи… От меня?

Господи, он так прав, что мне даже нечего ему ответить! Но меня поражает другое — то, как легко он говорит это! Как будто это не было тем, о чем он мечтал. Как будто он не хотел, чтобы я в конце концов исчезла, избавив его от последствий нашей связи.

Я не знаю, что мне делать…

Как себя вести, что говорить? Я не должна дрожать перед ним, для начала, но я дрожу!

Делаю вдох, пытаюсь расслабиться. Даже улыбку натягиваю на лицо.

— Да какая разница, Марк? — отмахиваюсь я, а внутри бушует ураган. — Давно это было… Вечность назад.

Марк кивает, все еще изгибая уголок губ.

— Вот уж точно — вечность.

Его улыбка кажется грустной, и я всматриваюсь в нее, наверное, слишком долго, потому что пауза в разговоре затягивается, и я чувствую напряжение, электризующее воздух вокруг нас.

Я смотрю по сторонам, потом себе под ноги.

Надо уходить.

Пойти в дом, найти Аню и Арса, а лучше — сесть в машину и дождаться Арсения там.

Я почти готова это сделать, когда Марк вдруг делает шаг ко мне и произносит:

— Даш, я…

— Ребята! — слышу я Анин голос и выдыхаю с облегчением.

Они с Арсением идут в нашу сторону. Аня — счастливая, с какими-то бумагами в руках, Арс — сосредоточенный и до посинения гордый собой.

Марк моргает, улыбается мне напоследок, а потом поворачивается к ним.

— Вы не представляете, что мы придумали для развлечения гостей! — выкрикивает она, приближаясь.

Я едва дышу.

Всего пара минут, а я вымотана вся, и как я могла забыть о том, что Марк настолько мастерски выдавливает из человека все силы?

— И что же вы придумали? — я делаю заинтересованное лицо.

Аня щебечет что-то, а потом поворачивается к Арсу и произносит:

— Кстати, ребята, хочу вас