Укротить сноба - Оливия Лейк

то приедет с ревизией и тоже бубенцы крутить начнет. Я вроде давно от сиськи отлучен, только мать не понимала: отца задушила опекой, теперь мне покоя не дает. Но я не батя, не брошу. Я его не осуждал, что устроился между молодых и стройных ножек, тем более мать финансами не обидел. Ушел честь по чести. Дотошная она, педантичная, с такой чем дальше тем сложнее. Но сын не муж, не оставит.

Я вышел из лифта и уже на подходе к лофту услышал подозрительные стоно-крики. В моей квартире либо сношались в особо извращенной форме, либо кого-то убивали. Мы же в Питере. Расчлениград.

Открывать не пришлось, ручка поддалась без проблем. Вошел и охренел: мать и любовница занимались перетягиванием какой-то хитрой скатерти. У меня все четко, минималистично и умеренно эклектично. Так какого ху… хрена мой лофт переживал нашествие Годзиллы и Кин-Конга одновременно?!

— Что здесь происходит?! — прогремел в ярости.

Мама, изящная маленькая брюнетка, сразу застыла, на ходу собирая привычный образ утонченной леди. Светка выдернула у нее скатерть и победно улыбнулась.

— Сынок, что за хабалку ты привел в дом?! Ты посмотри, что она устроила?!

— А вы?! — Светка в долгу не осталась. — Это не ваш дом, чтобы порядки здесь наводить! Я здесь хозяйка: хочу бью посуду, хочу стены перекрашиваю, хочу…

— На транзисторе играю, — холодно добавил и прошел в спальню. Вещи в чемодан побросал, мыльно-рыльные туда же, пару наручных часов. Может, и хорошо, что уеду из города: планировал отпуск на Бали, но Верхние Ляшки те еще неизведанные земли. Стану Колумбом!

— Ты, — ткнул пальцем в Светку, — съезжаешь отсюда нахрен. Ты, — и в мать, — приведи в порядок это ледовое побоище. Через месяц проверю, — затем гордо удалился.

Переночевал в отеле. Телефон отключил. Перед отъездом заехал в офис и перевел отдел в автономный режим. Деду не стал говорить о споре с кудрявой болонкой. Просто объявил, что решаю вопрос и уложусь в срок. Поселюсь в вагончике Сан Саныча, работать удаленно буду, а через месяц начнем стройку, ну либо я эти Ляшки сожгу к чертовой матери!

Остановился возле дома Клубничной: тут и она и парень какой-то. А Лизонька ничего при ближайшем рассмотрении: волосы густой волной до талии спускались, шортики возмутительно короткие, живот открыт и лифчика кудряша точно не носила.

Ох ё! Она подошла и сама меня поцеловала. А пахнет-то ягодами! Естественно, у меня встал. Я со Светкой в последнее время больше ругался нежели ипался. А тут само плывет в руки, и не говно, что очень важно! Признаюсь, думал, кроме него в этом местечке, больше нечего ловить. Возможно, ночь сегодня будет томной. У меня никогда не было на сеновале.

— Пошли, покажу твои апартаменты, — слишком сладко улыбнулась. Я непонимающе нахмурился.

— В смысле? — бросил в спину. — Ты меня у себя поселишь, кудряша?

— Нет, — звонко рассмеялась. — Рядом, — и открыла дверь в какой-то курятник. На меня натурально бросился петух!

— Фак! — выругался, потирая руку. — Это что за черт?!

Клубничная Лиза показательно ударила себя по лбу.

— Это не черт! Это петух! — заметила, словно я законченный олигофрен. — Зовут Семен. Будет твоим соседом.

— Ты реально думаешь, что останусь здесь жить? — презрительно оглядел убогое жилище. Маленькое пыльное окошко, по углам паутина, узкая кровать с тряпочным матрасом. Я такие видел только в старых советских фильмах.

— Мы перешли на «ты»? — стрельнула в меня ярким голубым взглядом.

— Сегодня да, — сухо бросил.

— Поцелуй ничего не значил. Это так, показательное выступление. Ты, Демьян Белов, вообще ни в моем вкусе.

Я громко рассмеялся. Да ладно!

— Я, конечно, ради дела мог бы с тобой, а так… — придирчиво осмотрел ее. Симпатичная, фигурка ничего, взгляд дерзкий, но так-то ничего особенного. — Ты фейс-контроль в мою постель не проходишь.

— А что же не так? — переняла мой тон и руки на груди сложила. Хорошие сиськи и задница тоже. Что есть, то есть.

— Метр семьдесят, пятьдесят килограмм, блондинки во всех местах, грудь полная тройка. Ты проходишь только по последнему параметру.

— Мне тоже нравятся высокие блондины во всех местах. Ну и двадцать сантиметров, — бросила взгляд на мой пах.

— Солидно, — отметил уважительно. — Мне нужны гарантии, что через месяц твоя кудрявая башка не будет крутиться на стройке.

— А мне, что твоя надменная морда через месяц больше не будет мозолить нам глаза.

— Мой адвокат подготовит документы, идет? — протянул руку.

Клубничная облизнула губы и пожала мою ладонь.

— Ты же понимаешь, что это война? — дернул ее на себя.

— Главное, чтобы ты понимал, — пяткой наступила на белый носок моих кроссовок, да еще и прокрутила. Ну и зараза! Будет ей настоящая война!

Глава 4

Лиза

Я проснулась в шесть утра. По будильнику, естественно. Надобности так рано вставать у меня лично не было, но я просто не могла позволить этому наглому снобу Белову сладко выспаться на деревенском воздухе. У нас подъем с петухами, причем в прямом смысле!

В деревне я одевалась просто и удобно: шорты, майка, никакого макияжа, разве что на стримы могла подкраситься и надеть что-нибудь яркое и запоминающееся.

Вооружилась беленькой кошкой Тяпкой, лейкой с холодной водой и злым петухом Семеном. Надеюсь, он не возьмет на таран меня.

— Цыпа-цыпа, — шла на вредного Семку. Он, завидев меня, хвост распустил, крыльями захлопал, броситься привычно хотел. — Зараза, когда-нибудь я точно сварю из тебя суп!

Я кинула ему семечек, а потом метлой погнала к флигелю, где Белов устроился. Хотела завалиться с песнями и плясками, но неожиданно замерла, рассматривая его спокойное умиротворенное лицо. Когда высокомерно говорил и обводил надменным взглядом все, до чего глаз дотянуться мог — ну такой противный! Всегда терпеть не могла мажористых снобов! Со мной много таких училось: знаю, как они устроены, насколько уверены в собственной безнаказанности и способны на все виды подлости.

Я на цыпочках подошла к кровати, с интересом разглядывая лицо и голую грудь с редкой порослью темных волос. Белов в форме: руки рельефные, жилистые, загорелый живот подтянут, без кубиков, но очень даже.

Повернула голову на бок и прикусила губу, завистливо разглядывая длинные кружевные ресницы — вот везет же некоторым! Какого цвета у него глаза? Не помню. Не смотрела. Прочитала всю его подноготную, перерыла интернет, но внешностью совсем не интересовалась. Красивый, этого не отнять. Сильный подбородок с ямочкой, твердая линия губ, пухлее, чем положено мужчине, но ему шло, высокий лоб и взлохмаченные темные волосы. Ему тридцать и он успешен, богат, привлекателен, а я собралась укрощать его трудом: лопатой, грядками и курами.

Тихо рассмеялась и непроизвольно