Сто имен любви - Сандра Мэй

– Я все понимаю – это прекрасно, когда человек любит свою профессию. Я в принципе свою тоже люблю, потому что она у меня очень терпимая к различным моим взбрыкам. Хочешь – наукой занимайся, хочешь – в баре работай, городской фольклор собирай. В астрофизике, я так понимаю, немного строже, но ведь нельзя же посвящать работе исключительно всю свою жизнь? Рабочий день заканчивается – ты куда идешь?

– Ну... домой...

– И что там делаешь?

– За компьютером сижу.

– Потом спать ложишься, потом встаешь и идешь на работу. Как ты хочешь, чтобы тебя нашел Мужчина Твоей Мечты?!

– Джесси, а я и не хочу особо...

– А захочешь – будет поздно, Эбби Лаури. Тикают часики, как говорится! Ладно, не хочешь выходить на охоту – не надо. Будем искать в твоем ближайшем окружении. Вот скажи: среди твоих звездочетов есть кто-нибудь моложе шестидесяти?

– Джесс, перестань. Они совершенно нормальные дядьки...

– ... нерепродуктивного возраста. Кто у тебя еще есть в лаборатории? Был же какой-то прелестный юноша... Микки? Рикки? Сколько ему лет? Восемнадцать исполнилось?

Эбби залпом допила пиво. От судьбы не уйдешь, и, если она, судьба, так настойчиво подталкивает Эбби Лаури к разговору по душам, так тому и быть.

Эбби отставила бокал в сторону и посмотрела на Джессику ясным взором своих честных серых глаз.

– Его зовут Майки, Джессика. Майки Саллинг. Пять дней назад мы с ним занимались сексом.

– Bay!!!

– Да, ты права. Действительно – вау. Потому что эти занятия он заснял на камеру, потом принес мне диск и написал по мылу письмо... одним словом, теперь он меня шантажирует.

Джессика издала звук, который издает шарик с гелием, если его развязать и отпустить. Эбби усмехнулась:

– Да, полагаю, это правильное определение. Майки Саллинг обещает выложить это видео на институтский и университетский сайты, а потом и вообще в Сеть, если я не соглашусь время от времени спать с ним и вообще... стать его девушкой.

– Побойся бога, Эбигейл, какая девушка, тебе тридцатник скоро...

– Хорошо, значит, постоянной сексуальной партнершей. Ты довольна?

– Я потрясена. Ты хоть хорошо получилась?!

В этом вся Джессика, устало подумала Эбби, откидываясь на спинку стула. Скажите ей: «Я упала со скалы и чудом не разбилась!» – она спросит с тревогой: «А юбка у тебя не задралась?» Для Джессики вопрос экстерьера всегда стоит на первом месте.

– Джесс, я получилась омерзительно. Вообще все получилось омерзительно. Из Майки любовник – как из джема пуля, из меня секс-бомба – как из козьей задницы валторна, но дело не в этом, а в общем идиотизме ситуации. В понедельник этот маленький паскудник вполне способен разрушить мою жизнь, и мне придется...

Джессика простерла вперед длань и возопила, пугая бармена:

– Не придется! Никогда, никогда в жизни моя ближайшая подруга не пойдет на секс по принуждению – пока я жива!

– Джесс...

– Начнем с главного. Ты случаем сама-то не хочешь повторить?

– Нет! Это было омерзительно, я же говорю.

– Вычеркиваем. Что же нам делать?

– Я должна забрать у него этот диск.

– Это понятно. Вопрос – как? Выкупить не предлагала?

– Можешь не напрягаться. Я перебрала все возможные варианты. Удушение, утопление, переезд машиной и уронение кирпича с крыши туда тоже вошли. На деньги он не согласен, а все остальное чревато для меня тюремным сроком.

– Что остается?

– Выкрасть.

– Это тоже срок. Если поймают.

– Значит, мне нужен профессионал. У тебя СЛУЧАЙНО нет знакомых взломщиков?

Джессика совершенно серьезно наморщила нос и стала вспоминать. Эбби, прикусив язык, смотрела на подругу с некоторым трепетом. Самое интересное, что у общительной Джессики в приятелях вполне мог найтись и взломщик...

Джессика посмотрела на Эбби абсолютно прозрачным взором.

– Слушай, а может, частный детектив сгодится?

– Нет. Мне нужен кто-то криминальный. Из настоящих грабителей. Только вот, сама понимаешь, в моей лаборатории такого не найти.

Кукольное личико Джессики воссияло неземным светом.

– А я знаю!

Заинтригованная Эбби воззрилась на подругу с неподдельным интересом и уважением.

– Ты знаешь настоящего вора-домушника?

– Ха! Естессно! Ну вообще-то я не очень уверена, что он именно домушник, но... криминал я тебе обещаю. Темная личность. Завтракает у нас в баре каждое утро, в десять. Садится во-он за тот столик.

Эбби нерешительно посмотрела в дальний угол бара, словно рассчитывала увидеть неведомого предполагаемого домушника немедленно.

– А он... по каким делам? Если наркотики, то я пас!

– Да нет, не думаю. Скорее всего, он из деловых или из этих... как их... из быков!

– Это что еще такое?

– Ну бригады всякие. Выбивает долги. Наверное.

Эбби с сомнением посмотрела на подругу:

– Что, в наколках и с перебитым носом?

– Прошлый век, девочка моя. Сейчас они все ходят в хороших костюмах и вполне связно разговаривают.

– Тогда откуда тебе знать?..

– Потому что я его несколько раз видела с одним мужиком, а про него все здесь знают, что он из мафии.

– Все – это кто?

– Эбигейл, ну что ты, как коп прямо! Говорю тебе, этот парень подойдет. У него на лбу большими буквами написано, что вломиться в чужой дом для него – семечки.

– Ага, я к нему пристану, а окажется, что он менеджер среднего звена...

– Не волнуйся. Не менеджер. Потом, у меня же женское чутье!

Эбби помахала официанту на предмет восполнения запасов пива. Женское чутье... завтрак в баре «У Алессандро»... Мафия, про которую все знают... Ерунда какая-то получается.

Она вообще не верила во всю эту муру насчет предчувствий. Инстинкты – это суеверие, а истинный ученый доверяет только фактам. Так ее учил папа. И еще целая толпа уважаемых людей.

Но что ей еще остается? Если бы она хоть какое-то представление имела, где искать настоящего бандита...

Если этот парень из тех, что завязывают кочергу на бантик и отжимаются от пола, стоя на указательных пальцах, то этого уже вполне достаточно, Майки Саллинг просто умрет при виде такого громилы на месте. И то хлеб. Главное, чтобы жуткая запись не попалась на глаза никому из знакомых...

На следующее утро в тихий бар вошло Видение. Видение было на полуметровых каблуках, на Видении были микроскопическая юбка и неприличная маечка, глаза скрывались за громадными черными очками, а на голове красовался блондинистый парик с огромным начесом. Губы у Видения были ярко-малиновые, слой штукатурки на лице вполне мог защитить от прямого попадания снаряда...