В разводе. Тройной переполох - Лила Каттен

– Что? Ты с ума сошёл, – смеюсь и перехожу ко второй стойке, где снова почти падаю в обморок от ми-ми-мишности.

– Мы будем сумасшедшими родителями, – вдруг чеканит Семён.

– Ты думаешь?

– Уверен, – задумавшись, изрекает, будто древнегреческий философ. – У нас будет трое детей, и мы будем каждого баловать. Это нас в итоге и погубит.

– Согласна, – смеюсь вслух.

– У вас тройня? – внезапно слышится голос продавщицы. – Поздравляю. У нас часто бывают комплекты одинаковые, но с разным полом, чтобы хватило каждому.

– Спасибо, но мы пока что не знаем, кто там есть кто. Как только придёт срок, обязательно к вам заглянем, – отвечаю ей и, взяв под руку му…

Ох, я уже начинаю забываться рядом с ним, а это плохо для моего сердца.

Решив поужинать сразу же на месте, мы выбираем ресторан европейской кухни, но я внезапно вспоминаю о белье, которое хотелось бы поудобней, так как мои бёдра становятся шире. Всё же два месяца беременности.

– Эм, ты можешь пока что пойти и занять столик. Сделать заказ, не думаю, что я тут буду долго, – говорю перед входом в магазин нижнего белья.

– Ну почему. Я пойду с тобой.

– Уверен? – смотрю на него удивлённо.

– Уверен, – и тут же идёт внутрь.

Перебрав достаточное количество вариантов, предложенных менеджером, я останавливаюсь на некоторых из них и иду в примерочную.

– Если понадобится помощь – зови, – слышу из-за ширмы его голос.

– Уверена, ты бы помог мне с любой деталью.

– Главное – позови, Оль.

– Обязательно, – отвечаю, а сама прикусываю губу, убирая эту дурацкую улыбку с лица.

Каждый комплект мне понравился, и, примеряя последний, Семён снова даёт о себе знать.

– Ну что там, смотреть уже можно?

– С чего бы?

– Как? Даже не покажешь? Вдруг я увижу что-то… со стороны.

– Обойдёшься, Илларионов.

– Эх, как скажешь.

Выйдя из бутика, мы, наконец, попадаем в ресторан. Сделав заказ, Сёма уходит к машине и оставляет в ней наши покупки, так как ему нужно было купить белую рубашку и галстук. С чем я ему успешно помогла.

Когда он возвращается, нам как раз подают салаты.

– О, я успел.

Набрасываемся на еду, словно оголодавшие.

– Ты что, не обедал?

– Не-а. Забыл. Дела решал заранее, чтобы пораньше к тебе уехать.

Внезапно эта жертва становится уколом, и мне становится больно.

Почему же в нашем браке у него не находилось времени для нас двоих. Куда подевались эти ужины и разговоры, эти улыбки и… само счастье? Где мы оставили это всё? На какой остановке забыли?

– Оль?

– Я сейчас. Мне нужно в уборную.

Сбегаю, конечно же. Потому что глаза на мокром месте. Стоит поговорить, но не здесь, когда я могу в любой момент разреветься на глазах у людей.

Ох уж эти эмоции и гормоны.

Глава 4

Пока я пыталась с собой совладать, в двери постучали и тут же вошли.

– Оль? Всё в порядке? – конечно, это был он.

– Да… Тебе не стоит тут быть. Это…

– Я знаю, что это женский. Решил, что тебе стало плохо. Если хочешь, можем взять еду с собой и поужинать дома.

«Дома».

Так звучит просто. И мы снова не делим всё на «я» и «ты». Но так нельзя. Потом же снова будет больно.

– Я знаю, что нам нужно поговорить, – снова продолжает он, встав напротив. – Я знаю. Решай. Можем поужинать, затем поехать к тебе или ко мне, или наоборот, неважно.

И я киваю.

– Хорошо. Давай поужинаем сначала. Я тоже очень голодна, на самом деле. Не уверена, что готова терпеть до дома.

– Мне подождать тебя за дверью?

– Нет, ступай. Я быстро, – благодарно улыбаюсь и жду, когда мужчина выйдет за дверь.

Вымыв руки, я включаю только холодную воду и прикладываю тыльную сторону ладоней к щекам, чувствуя, как они горят. Но внезапно меня пугает откуда-то из-за угла появившаяся старушка. Элегантная такая. В чёрном платье и ожерелье из крупного жемчуга.

– Кажется, этот молодой человек очень раскаивается в том, что он сделал, – говорит она, подходя к раковине рядом со мной.

– Мы оба сделали.

– Вот как? И что же?

– Потеряли друг друга, – жму плечами, смотря на своё отражение, затем на неё, пока в животе так сильно сводит от боли.

Она следит за каждой моей эмоцией, как будто точно угадывает любую её ноту.

– Но очевидно, что это было тоже большой ошибкой с обеих сторон.

– Это не вопрос?

– Нет. Это то, что я увидела. Он мужчина, и это порой многое объясняет.

– Даже не знаю, – стараясь не заплакать, улыбаюсь. – Мы в разводе каких-то два месяца, и в то время он показал всем своим видом, что ему всё равно.

– А ты?

– Я… я просто делала всё, чтобы не проиграть, – отвечаю и понимаю, насколько глупо это звучит.

– Вижу, ты уже поняла, что в твоих словах было неправильным. Но у меня вопрос.

– Давайте, – усмехаюсь по-доброму.

– Ты боялась проиграть. Как тебе твой выигрыш? Понравился? Ответь на этот вопрос и найдёшь ответ на многие из тех, что были заданы до.

Я остаюсь на месте, а она выходит, медленно переставляя ноги и стуча низкими каблучками.

Когда я оказываюсь в зале ресторана, я вижу, как та самая старушка идёт под руку с таким же стареньким дедушкой, и при этом они выглядят настолько влюблёнными, что я, не сдержавшись, улыбаюсь.

– В порядке? – спрашивает Семён, стоит сесть напротив.

– Да. Пора поесть.

Надо признаться, я съела абсолютно всё. Но как бы ни хотела, на десерт меня уже не хватило.

– Боже, я так хочу его хотя бы попробовать, но я чувствую, что это станет последним, что я смогу затолкать в себя, прежде чем разойдусь по швам.

Он смеётся и просит упаковать оба кусочка с собой. И как только нам их отдают в красивом фирменном пакете ресторана, мы уезжаем.

– Эту квартиру ты снимаешь?

– Да.

Оглядываясь, смотрю на привычные моему глазу метры.

Он относит пирожное на стойку кухни, а я иду быстро переодеваться, потому что не люблю ходить по дому в одежде, в которой выходила на улицу.

Сменив платье, я выхожу к бывшему мужу, который на тот момент рассматривал стеллаж с книгами.

Он оглядывает меня с головы до ног и улыбается моим пушистым собачкам на ступнях.

– Пальцы мерзнут, – подхожу к дивану и сажусь на него, поджав под себя ноги.

– Я знаю, что они у тебя мерзнут, – отвечает и оказывается рядом, сев не очень далеко от меня, хотя диван большой.

Атмосфера внезапно меняется, и мы