Дикие сердца - Джессика Питерсон

Отец неплохо заработал в девяностых, когда на дальнем углу семейного участка обнаружили нефть. Мама получила часть этих денег при разводе и использовала их, чтобы открыть агентство недвижимости в Далласе. Отец разделил остальное: не только обеспечил ранчо, но и приобрел акции. Учитывая, что индекс Доу-Джонса вырос в четыре раза с тех пор… да, у отца было много денег.

Кэш жутко усмехается.

– Видишь, городская девчонка? Ты получила свои деньги. Отдай нам ранчо.

Я следую его примеру и молчу. Нет смысла отвечать на такую нелепость. Хотя что он имеет в виду, говоря «нам»?

– Однако, – Гуди прижимает ладонь к столу рядом с моей, – есть одно условие.

Я наконец отвожу взгляд от Кэша и смотрю на адвоката отца.

– Условие? Например, мне нужно быть определенного возраста или что-то в этом роде, чтобы унаследовать имущество?

– Вроде того. – Она медлит. – Это условие… скажем так, уникальное. Ваш отец требует, чтобы вы прожили на ранчо Лаки один полный календарный год, прежде чем получите доступ к средствам в трасте. Он также просит, чтобы вы активно участвовали в повседневных делах в качестве руководителя корпорации «Лаки Ранч Энтерпрайзес». Если вы это сделаете, вы будете получать щедрое ежемесячное пособие из траста за каждый месяц, проведенный в Хартсвилле.

Я смеюсь.

Я откидываю голову и смеюсь, громко, потому что, если не сделаю этого, боюсь, меня стошнит.

Да нет, Гуди шутит. Неужели мой отец, тихий и практичный человек, попросил бы меня – дочь, которую он отправил в школу-интернат, а затем в колледж в большом городе, – жить в глуши целый год и управлять скотоводческим ранчо?

Но Гуди просто смотрит на меня и моргает. Абсолютно невозмутима.

О боже. Она это серьезно.

– Это не может быть правдой. – Кэш наклоняется, чтобы взглянуть на документы. – Не похоже на Гаррета.

Хотя бы в этом мы можем согласиться.

Гуди кивает.

– Я сидела на этом самом стуле, когда Гаррет сказал эти слова в апреле. Мы составили новое завещание в тот день.

Я моргаю, сдерживая слезы, у меня сжимается живот.

– Но зачем заставлять меня жить на ранчо? Это вообще законно? Как это можно проконтролировать?

Гуди делает глубокий вдох и вытягивает руки ладонями вверх.

– Это желание вашего отца, Молли. Мне жаль. Я знаю, это не то, что вы хотели услышать.

– А если я не сделаю этого?

Кэш фыркает.

– Жесть.

Игнорируя его, я продолжаю:

– У меня есть работа. Как я уже говорила, я управляю своей компанией в Далласе. У меня есть квартира, и… и моя мама живет там, и… мои друзья, все… Я не могу просто…

– Бросить все? – Кэш поднимает бровь. – Можете начать прямо сейчас.

Я смотрю на него с подозрением.

– Почему бы вам не последовать собственному совету? Мой отец явно не оставил вам ничего…

– Это не совсем так, – вмешивается Гуди.

– …так почему бы вам просто не свалить отсюда?

Кэш поворачивается к адвокату:

– Я слушаю.

– Неужели вы не можете просто выделить средства, Гуди? – спрашиваю я в отчаянии. – Хотя бы часть из них? По крайней мере, пока мамины адвокаты не изучат завещание.

Она предлагает мне сочувствующую улыбку.

– Это было бы неправильно, Молли. Мне жаль. Мы делаем так, как хотел ваш отец, или не делаем вообще. У меня связаны руки.

Мои мысли путаются. Я прижимаю кончики пальцев ко лбу и закрываю глаза, стараясь не поддаваться панике. Я не могу понять, что двигало моим отцом, когда составлял завещание. Я не была в Хартсвилле двадцать лет. Зачем он вернул меня сейчас? Зачем сделал меня главным владельцем ранчо Лаки? Почему меня это волнует? Почему, черт возьми, меня это волнует?

Я не знаю. Но мое сердце болит так невыносимо, будто бы его пропустили через шредер.

– Поскольку жизнь на ранчо, – Гуди откашливается, – явно не ваша страсть, Молли, я предлагаю вам как можно скорее устроиться здесь, в Хартсвилле. Чем раньше начнется отсчет, тем быстрее вы начнете получать выплаты и тем быстрее сможете вернуться в Даллас.

– Она не продержится и недели, – бормочет Кэш.

– Вы не продержитесь и минуты, если будете продолжать меня оскорблять. – Я открываю глаза и злобно смотрю на него. – Не знаю, что отец нашел в вас, но очевидно, что он плохо разбирался в людях. Серьезно, уходите.

– Я никуда не уйду, пока не буду уверен, что ранчо Лаки попадет в надежные руки.

Гуди встает.

– Может, сделаем перерыв?

Я закрываю ручку колпачком и бросаю ее вместе с ежедневником в сумку.

– Мои дела здесь окончены. Гуди, вам позвонят мои адвокаты.

– Смотри, чтоб дверь по заднице не хлопнула, когда будешь уходить, – слышу я голос Кэша, когда выхожу из конференц-зала.

– Подождите, Молли… мисс Лак… – Зак встает из-за своего стола, но я проношусь мимо него наружу, в ужасную послеполуденную жару.

Я позволяю себе расплакаться, только когда оказываюсь в безопасности своего автомобиля. Хватаю телефон и набираю номер мамы, гудки едва слышны из-за шума кондиционера.

– Молли! – Ее знакомый голос немного успокаивает мое бешеное сердцебиение. – Как ты, дорогая? Как все прошло?

Я падаю на руль, пряча лицо в ладонях. Всхлипывая, говорю:

– Не очень хорошо.

2

Кэш

Полный бардак

Пульс стучит, я смотрю на пустой дверной проем. Меня охватывает тревога.

Что, черт возьми, только что произошло? И почему я все еще чувствую запах духов городской девчонки, хотя ее уже тут нет?

– То есть ты серьезно. – Я поворачиваюсь к Гуди. – Гаррет оставил ранчо ей.

Гуди кивает, складывая папку.

– Да, так сказано в завещании.

– Тогда мы в полной заднице.

– Не факт.

– Факт. Если бы он оставил ранчо мне… – Мой голос дрожит. Я отворачиваюсь, ударяя кулаком по столу. – Я бы позаботился о нем. О людях. О земле. О животных. А теперь, когда она всем руководит, все пойдет прахом.

– Не факт, – повторяет Гуди. Она открывает зип-пакет на столе рядом с папкой.

– На ней были розовые ковбойские сапоги, Гуди. – Я морщусь. – Блестящие. Новые.

– Будь что будет, дай всему проясниться, и тогда посмотрим. Мы должны уважать волю Гаррета.

Я отталкиваюсь от стола и хватаю свою шляпу.

– Я уважаю Гаррета больше, чем кого-либо. Поэтому я не позволю этому случиться.

– Он оставил тебе кое-что.

– Что?

Она достает из пакета ключ.

– Сейф. Он здесь, в «Лоунстар». – Банк «Лоунстар» – единственный банк, у которого есть филиал в Хартсвилле.

Глядя на