Рискованный выбор - Мэри Спенсер

– Вы что-то не так поняли, дорогой, – промолвила она. – Иган действительно флиртовал со мной, но не более того. А что касается Керлейна, то нет такого человека в графстве, кто бы не мечтал о нем, включая сэра Энтони, – пошутила она и улыбнулась сквайру. – Но я никому не позволю завладеть нашим поместьем.

– Обещай, что ты… будешь держаться подальше от Кардена, – произнес граф с еще большей настойчивостью. Ему опять стало трудно выговаривать слова. – Не дай ему завладеть тобой… и Керлейном.

– Никогда, – пообещала Диана, стараясь закончить этот нелепый разговор. – Торжественно клянусь, что ни я, ни Керлейн никогда не будут принадлежать Игану Паттерсону.

– Умница, – проговорил больной, со вздохом закрывая глаза. – До чего ж ты у меня хорошая девочка, Диана! Я благодарю Господа за… тот день, что привел тебя… ко мне.

Диана с нежностью поцеловала графа в щеку.

– А теперь отдыхайте, – прошептала она. – Не тревожьтесь, все будет хорошо.

Часом позже Диана спускалась по лестнице вместе с сэром Энтони. Внизу, в холле, слышался тихий гул голосов. По мере их приближения собравшиеся умолкли. Все взоры обратились к ней – усталые, тревожные, ожидающие. Здесь же, укутанные в материнские шали, спали младенцы.

В холле сейчас находились все двадцать пять семей, составляющих население Керлейна. Более половины из них принадлежали к клану Колвани, остальную часть составляли Фарреллы. Оба клана из поколения в поколение занимались фермерством на землях Керлейна, постоянно соперничая между собой. Однако в критической ситуации они оставляли распри, объединяясь в борьбе с недругом.

Диана спустилась вниз, и оба старейшины – Колвани и Фаррелл, – отделившись от толпы, подошли к ней.

– Граф скончался, – коротко сообщила она, слишком измученная, чтобы ощущать боль. Это чувство придет к ней позже.

Отозвавшийся эхом ропот заполнил помещение. Мужчины сняли шляпы. Женщины начали тихонько всхлипывать, а малые дети прижались к матерям, испуганно тараща глазенки.

– Значит, конец, – кивнул Колвани-старший. – Конец Керлейну. Клянусь Богом, граф был лучшим из всех.

– Великий был лорд, – кивая, согласился второй старейшина. – Мы никогда его не забудем. Верно, Фарреллы?

В ответ раздалось тихое «да».

– И Колвани его будут помнить, – сказал первый, и его люди отозвались еще громче, чем Фарреллы.

Мелкая междоусобица – соперничество продолжалось. Диана улыбнулась бы, если б так не устала.

– Она обвела взглядом собравшихся. Скорбь и страх господствовали на их лицах. В Керлейне любили графа, хотя он был суровым хозяином. Однако его смерть означала потерю всего. С ним умирали все надежды на будущее.

– Он не мучился перед смертью? – спросил Колвани.

– Нет, – ответила Диана, – он умер во сне. Более того, он оставил после себя мир и для нас. У Керлейна есть новый граф.

– Что? – в один голос произнесли старейшины.

– Новый граф? – Восклицания посыпались со всех сторон.

– Мисс говорит правду, – вмешался сэр Энтони. – Я был свидетелем последней воли покойного. Лорд Керлейн сам назвал своего преемника, прежде чем уйти от нас.

– У графа есть внук, – пояснила Диана и поспешила уточнить: – Законный внук. – В Керлейне все знали о женитьбе Чарльза Уокера на американке и двух их сыновьях. Но всегда считали их незаконнорожденными. – Так вот, – продолжила Диана, – тот брак действителен. У меня есть копия брачного свидетельства. – Она подняла руку с документом, чтобы все могли его видеть. – Старший сын Чарльза отныне является полноправным наследником графа.

– Но он же американец, мисс, – ужаснулся Фаррелл. – А мы воюем с Соединенными Штатами. Он – наш враг.

– Знаю, – кивнула Диана, – но такова воля графа. Или Керлейн вообще останется без правителя. Вот письмо, которое будет отправлено в Америку, в некое место, называемое Теннесси. Оно написано мною, но под диктовку графа. Слово в слово, – строго уточнила она. Послышался недовольный ропот. – Мои слова могут подтвердить сэр Энтони, доктор Рашфорд и Суитин. И Моди Фаррелл. Вы ей не верите, Фарреллы?

Те сразу умолкли.

– А вы, Колвани? – перешла в нападение Диана. – Слово Моди Фаррелл всегда ценилось в Керлейне на вес золота. Неужели вы рискнете обвинить ее во лжи?

Старейшина Колвани покачал головой:

– Нет.

– В таком случае больше не о чем говорить, – подвела черту Диана. – Граф мог умолчать о наследнике и оставить нас одних. Но он сделал выбор, открыв нам дорогу в будущее.

– Как хоть его зовут, нашего нового хозяина? – спросил Фаррелл.

– П. Лэд Уокер, – ощущая неловкость, выговорила Диана. Странное имя для взрослого мужчины.

– П. Лэд Уокер? – переспросил Колвани. – Это что же за имя такое, П. Лэд? – Зажурчал тихий смех, бормотание усилилось еще более. – Что означает это «П.», мисс? Питер?

– Поль? – Старейшина рассмеялся. – Хорошим апостолом будет наш новый лорд.

Усталость лишила Диану обычного чувства юмора, и все же она сумела улыбнуться.

– Нет, – покачала она головой, когда смех утих. – Его имя – Пруф. Пруф Лэд Уокер. Я не знаю, почему ему дали такое имя, но это не важно. Все равно он станет нашим хозяином. И когда он приедет, мы должны встретить его как положено. Один из последних наказов, который мне дал граф, это передать Фарреллам и Колвани, чтобы они с уважением отнеслись к новому лорду Керлейну.

– И мы выполним наказ графа, – незамедлительно ответил Фаррелл, – если американец появится. Хотя я не думаю, что он появится. Захочет ли он ехать в Керлейн? Здесь нет никаких богатств, и он не получит от этой бедной земли никакой прибыли. Он не приедет.

– Приедет, – решительно сказала Диана. – Он владелец Керлейна, и его место здесь. Он должен расстаться с Соединенными Штатами и принять британское подданство. Думаю, он будет рад получить титул графа.

– Нет, – возразил Колвани. – Тут Фаррелл прав. Вряд ли нам доведется увидеть американца.

Толпа в холле горячо поддержала его слова. Люди не хотели, чтобы их хозяином стал какой-то американец. Диана рассердилась. Голос ее звучал сурово.

– Я не желаю слушать подобные речи! – попыталась она перекричать шумевших. – Мой приемный отец высказал свои последние пожелания и просил известить вас. Вы обязаны уважать волю своего покойного графа. Я обещала ему, что все будет выполнено, и сдержу свое слово. Клянусь в этом здесь и сейчас.

Фаррелл и Колвани переглянулись. Толпа замолкла. Диана не собиралась сдаваться, даже если бы для этого потребовалось простоять здесь до конца ночи.

Колвани заговорил первым. Сквозь зубы он процедил:

– Господи, благослови П. Лэда Уокера, шестого графа Керлейна.