Старая сказка - Алекс Стрейн

– В чем дело, мисс Престон?

– Я не могу… то есть это… этот мостик… Он выглядит ужасно ненадежным… – пролепетала она, облизала пересохшие губы и с тоской посмотрела на дно траншеи. Дно было довольно далеко, и, если она грохнется вниз, мало не покажется.

– Уверяю вас, что доски выдержат. Идите же!

– Я не могу… Я правда не могу… – пробормотала девушка.

Ее фобия давала о себе знать. Если у Микаэлы под ногами вместо твердой земли оказывались шаткие конструкции наподобие этой – она просто теряла голову!

Коул вернулся и, остановившись на противоположной стороне, протянул ей руку.

– Держитесь.

Она попятилась.

– Вы желаете, чтобы я вас на руках перенес? – жестко поинтересовался он, и Микаэла отчетливо поняла, что за эти десять минут, что они провели вместе, она успела довести Коула Рассела до белого каления.

Обычно на это – даже при большом ее желании – у Микаэлы уходило гораздо больше времени. Кажется, она поставила своеобразный рекорд!

– Нет, я желаю, чтобы здесь, – она ткнула пальцем в хлипкие доски, – лежало что-нибудь более надежное.

Коул не стал тратить время на бесполезную дискуссию. Он перешагнул на ее сторону, перехватил сумки в одну руку, Микаэлу в другую и поволок их – и Микаэлу, и сумки – по этим самым хлипким доскам. Как раз в середине под тяжестью двух тел они опасно прогнулись, но Микаэла только и успела, что испуганно охнуть, как уже оказалась на другой стороне. Но вместо того, чтобы отпустить, Коул Рассел, продолжая сжимать руку бедняжки, поволок ее дальше.

Микаэла изо всех сил уперлась ногами в землю и выдернула свою ладонь из его пальцев.

– Я сама в состоянии добраться до дома! – заявила она, растирая сплющенные пальцы.

– Я только на это и надеюсь!

– Все плохо, плохо… просто ужасно… – бормотала Микаэла, преодолевая последние ярды, отделявшие ее от дома.

Плохо было все: ее стычка с Коулом Расселом, слишком скудный запас хороших манер и терпения управляющего ее ранчо и дом, встающий перед ней во всей красе. Он сильно постарел и выглядел убого. Краска облупилась, доски кое-где рассохлись, а давно не мытые окна казались слепыми.

Когда Микаэла добралась до входной двери, Коул успел уже скрыться в доме. Микаэла опасливо шагнула в полутемное нутро и едва не столкнулась в дверях с выходящим Коулом.

– Прошу вас, мисс Престон.

С ней еще никто и никогда не обращался так бесцеремонно. Коулу Расселу это с рук не сойдет!

Но едва Микаэла увидела его глаза, как у нее пропало всякое желание изливать на этого мужчину свое раздражение. Она подавила в себе желание прошмыгнуть в дом бочком и, расправив плечи, вошла очень медленно.

И хорошо, что медленно! Микаэла едва успела сделать пару шагов, как обо что-то запнулась и едва не растянулась прямо у порога. Только в самый последний момент, ухватившись за что-то напоминающее колонну, она сумела удержаться на ногах. Девушка сдернула очки и стала испуганно озираться по сторонам, но это занятие имело бы смысл только в том случае, если бы у нее имелся прибор ночного видения: в комнате было так сумрачно, что едва угадывались отдельно стоящие крупные предметы. И Рассел как в воду канул.

Она была так напряжена, что, услышав скрип, едва не подпрыгнула. Но стало немного светлее – Коул открыл тяжелые ставни, и Микаэла смогла осмотреться.

Лучше бы она этого не делала! Внутри дом выглядел еще более убогим, чем снаружи. Повсюду паутина и толстый слой пыли. Какой-то непонятный хлам по углам и запах затхлости и сырости… Господи, что она тут делает?! По правде говоря, любой здравомыслящий человек предпочел бы разместиться в коровнике, который выглядел как на глянцевых фотографиях из специального журнала о сельском хозяйстве. Или на худой конец в одном из многочисленных амбаров, вид которых наводил на мысли об укрепленных стенах фортов времен Дикого Запада.

Этот дом вызывал только одно желание – бежать как можно быстрее и как можно дальше отсюда!

Микаэла услышала приближающиеся шаги и поняла, что Коул стоит за ее спиной.

– Я вас предупреждал, – словно в ответ на ее мысли сказал он.

– Почему здесь все так… ужасно?

– Здесь уже несколько лет не ступала нога человека, – сказал он, будто обвиняя в этом ее. – Чего же вы хотите?

– А почему?

– Что почему?

– Почему не ступала?

– Это у вас нужно спросить, – буркнул он.

– А по-моему, у вас! – Микаэла повернулась к Коулу и накинулась на него: – Вы управляющий, мистер Рассел! Почему вы довели дом до такого состояния?

Кажется, он не был готов к этой атаке. Вид у него стал каким-то странным, словно Коул чем-то невыразимо удивлен и изо всех сил пытался это удивление скрыть.

– Ну? – воинственно потребовала Микаэла, решив, что преимущество на ее стороне.

Коул наконец справился со своими эмоциями и нахмурился.

– Я довел?! – возмутился он. – А вы, мисс Престон, хорошо изучили завещание Теда?

– Я… то есть… А в чем, собственно, дело?

– Тед особо оговорил, что ответственность за дом целиком и полностью ложится на вас.

– Что вы такое говорите?! – попыталась возмутиться Микаэла, но Коул еще не закончил.

– В доме запрещаются любые переделки и вообще любые действия, операции и указания, кроме тех, которые даны непосредственно вами, – монотонно перечислил он голосом заправского нотариуса. – Это ваш дом, мисс Престон. Ваш в полном смысле этого слова. Что-то делать с ним – только ваше право, но почему-то вы этим правом ни разу не воспользовались. Чего же вы теперь хотите?

Она хочет прожить свой отпуск в человеческих условиях, а не в этой… дыре!

– Ерунда какая-то… – удалось выговорить Микаэле.

– Отнести ваши сумки обратно в машину? – холодно осведомился Коул.

Похоже, он изначально не сомневался в исходе этого «эксперимента». Но когда он это сказал, Микаэла снова совершила свою давнюю ошибку: пошла наперекор всему, в том числе и здравому смыслу.

– Я была бы вам очень благодарна, если бы вы отнесли их наверх.

– Мисс Престон, не упрямьтесь… Вы не можете остаться здесь, – увещевательно сказал он.

И тогда Микаэлу совсем «переклинило».

– Как вы изволили мне объяснить, это мой дом, – холодно сказала она. – И я решаю, оставаться мне здесь или нет. Ваши советы мне ни к чему.

– Как пожелаете! – Его голос снова стал холодным и отчужденным.

Коул больше не стал тратить время на уговоры, а просто подхватил ее сумки и понес наверх. Ступени жалобно скрипели под его ногами.

– Принесу все остальное… – хмуро сказал он, появившись через некоторое время, и снова исчез.