Колдовской апрель - Мэрил Хенкс

Он галантно подвинул Джине стул, и они уселись друг напротив друга. Немедленно, по знаку хрустящей кельнерши, возле них возник не менее ослепительный официант.

- Хотите только чаю, прекрасная дама, или закажем местные роскошные эклеры?

- Нет, просто чай, с лимоном, если можно.

Незнакомец повернулся к официанту и сделал заказ на немецком языке. Говорил он бегло, но чувствовалось, что это не родной для него язык. Когда официант ушел. Джина обратилась к своему спасителю.

- Вы, похоже, хорошо знаете Старый город.

- Да, я тут частенько бываю. К вам вернулся румянец, и он вам к лицу. Как себя чувствуете?

- Гораздо лучше.

- Вы здесь по делу или отдыхаете?

- В отпуске.

- Впервые в Шварцвальде?

- Да. Жаль, но только на два дня. Завтра утром уезжаю в Венецию.

Зачем она ему это рассказывала, Джина и сама не знала.

- Дайте угадаю. Вы англичанка?

- Угадали. Я путешествую по Европе на машине.

- Тогда вам предстоят незабываемые дороги.

- Я знаю. Читала в проспектах. Я специально так составила маршрут, чтобы увидеть все самое интересное.

Официант принес поднос. На нем стояли кувшинчик с холодной водой, чайник с кипятком, маленький заварочный чайник, серебряное блюдечко с тонко нарезанным лимоном и серебряными щипчиками, маленькая сахарница и две фарфоровые чашечки на блюдечках, сквозь которые просвечивало солнце.

Джина разлила чай по чашкам и передала одну своему спасителю. Она уже подцепила ломтик лимона и несла его к своей чашке, когда заметила, что незнакомец пристально наблюдает за ней. Это смутило Джину, и она уронила лимон. Брызги чая попали на блузку.

Незнакомец немедленно достал из кармана ослепительно белый носовой платок, смочил его холодной водой из кувшинчика и быстро стер оранжевые капли, не успевшие даже впитаться в ткань блузки.

Это прикосновение было совсем легким и нейтральным, ничего в нем не таилось, но Джина почувствовала, как внутри нее медленно разгорается странное темное пламя. Казалось, все ее нервные окончания среагировали на прикосновение незнакомца, и теперь на щеках Джины расцветал румянец, больше похожий на пожар.

Виновник пожара не замечал этого. Он отодвинулся, склонил голову набок, задумчиво обозрел плоды своих трудов и заметил:

- Почти ничего не видно.

- Спасибо...

- Да что вы, мне было даже приятно! Похоже, он над ней слегка подсмеивался, но Джине было не до этого. Она срочно нуждалась в смене темы и легком, ни к чему не обязывающем, разговоре.

- Вы.., вы здесь живете?

- Нет, здесь я бываю только по делам бизнеса. А живу я, кстати, в Венеции.

- О...

Сердце ухнуло куда-то в пропасть. Вот и сменили тему!

- Меня зовут Ричард. Точнее, Рикардо Анжело Хоук. Можете называть меня Рикко.

- Вы итальянец?

- Наполовину. Отец - американец, мать итальянка. А вы, стало быть, англичанка?

- Да. Джина Хьюстон.

Быстрый взгляд на ее обручальное кольцо - и стальные глаза вновь просвечивают насквозь смятенную душу Джины Хьюстон.

- Миссис Джина Хьюстон, как я понимаю?

- Да, то есть нет... В общем, да.

- Это как?

- Я вдова.

Это прозвучало не то слишком громко, не то слишком тоскливо - но в этот момент Джина едва ли не впервые задумалась о своем вдовстве всерьез. Взгляд сероглазого мужчины стал серьезным и чуть встревоженным.

- Вы слишком молоды для того, чтобы быть вдовой.

- Мне двадцать пять лет.

- Когда же умер ваш муж?

- Три года назад.

- И вы до сих пор носите обручальное кольцо?

Да, ношу. Более того, я до сих пор считаю себя замужней женщиной. Считала.., до сих пор, в смятении подумала Джина.

Вслух она ничего не ответила, и ее спаситель тоже некоторое время молчал, но в конце концов не выдержал:

- Простите мне мои вопросы, но.., ваш муж умер.., отчего?

- Он погиб. В автокатастрофе.

- И вы остались совсем одна...

- Не совсем так. Я живу с Джолли...

- Но он с вами не поехал?

- Не поехала. Это моя подруга. Если бы еще знать, с какой стати она все это рассказывает совершенно незнакомому человеку?

- Мы с ней вместе учились в колледже, а после смерти Стивена она пригласила меня к себе. Вообще-то я звала ее с собой в Венецию, но у нее много работы, так что пришлось ехать одной.

- А работаете вы тоже вместе?

- Нет. Джолли работает в основном дома, а я наоборот. Я организую всякие конференции и саммиты. Как правило, научные.

- Звучит впечатляюще. И каковы ваши успехи?

- Да вроде бы неплохо...

Стальной взгляд стал цепким и испытующим.

- А какие нужны навыки для подобной работы?

- Честно говоря, никаких специальных навыков и знаний не требуется.

- Хорошо, тогда что требуется персонально вам и от вас?

- Иметь представление о темах конференции, заранее все обустроить, решать вопросы с гостиницами, транспортом и прочим, уметь разговаривать с людьми.., пожалуй, все. Да, желательно знать иностранные языки...

- И вы их знаете?

- Да.

- Продолжайте, это интересно.

- Да, собственно... Вообще-то это довольно трудная работа. Надо, чтобы все остались довольны.

- Уверен, это у вас получается. И где же вы проводите эти конференции?

- Везде. Токио, Сидней, Париж, Квебек, Атланта, Лондон...

- Значит, много путешествуете?

- Порядочно.

- И встречаетесь с самыми разными людьми?

Джина никак не могла понять, к чему он клонит, и это ее смущало.

- Сказать по правде, если все идет нормально, то я могу и вообще ни с кем не встречаться. Это в каком-то смысле показатель моей хорошей работы.

- И этот показатель...

- Довольно высок.

Неожиданно он отвел глаза и с жаром произнес:

- Простите меня. Пожалуйста, простите! Я извел вас вопросами, а вам, скорее всего, не хочется на них отвечать. Светит солнце, у вас отпуск...

Джина лихорадочно перебирала собственные ощущения. Больше всего они походили.., на сексуальное возбуждение, если она правильно запомнила...