Любви навстречу - Венди Уэкс

- Я пробуду в дамской комнате минут десять. И когда я выйду, ни тебя, ни этой… девчонки здесь уже не будет. И не смей приводить ее на игру до тех пор, пока мы официально не разведемся.

- В каком смысле разведемся?

- А как ты думал, Роб? Твой член так усиленно работал последнее время, что на мозги не осталось сил? Ты рассчитывал дорогой, пойти погулять, хорошо проводить время, появляться на людях с этой девкой, унижать меня и детей… а потом вернуться, как ни в чем не бывало? Неужели ты действительно полагал, что такое возможно?

- Ну…

Аманда взглянула на часы:

- У тебя есть десять минут. Ты не заслужил счастья смотреть, как Уайатт играет в бейсбол.

Аманда провела в дамской комнате больше десяти минут. Первые пять минут она мерила шагами маленькое помещение, потом опустила крышку на унитаз и приняла классическую позу роденовского мыслителя. Три минуты, которые она решила дать Робу сверх нормы, Аманда разглядывала свое отражение в треснутом зеркале.

Покинув дамскую комнату, Аманда медленно направилась к трибунам, раздумывая, что будет делать, если Роб и его девица по-прежнему здесь, на стадионе. Быстро оглядев трибуны, она убедилась, что муж не осмелился ослушаться и покинул матч, прихватив с собой Тиффани. Аманда вздохнула с облегчением.

Она заняла свое место на трибуне. Все присутствующие усиленно делали вид, что наблюдают за игрой.

Аманда тоже уставилась на поле и внимательно следила за игрой все оставшиеся сорок пять минут. Надо сказать, что команду Уайатта противники буквально втоптали в грязь, и Аманда сочувствовала мальчишкам, так как ее саму недавно постигла практически та же самая участь.

Наконец игра закончилась, и трибуна моментально опустела. Аманда на мгновение удивилась тому, как быстро разбежались родители. Замерзли? Расстроились из-за поражения отпрысков? Или старались уйти от разговора с ней, чтобы не попасть в неловкое положение?

Она медлила покидать трибуну, наблюдая за сыном. Уайатт стоял в стороне от других ребят и угрюмо запихивал форму в сумку. Другие мальчишки толкались и шутили, но ему не хотелось принимать участие в обычных перепалках.

Аманда обхватила себя за плечи. Холод пробрался под кожаную куртку и новый свитер - и зачем только она его надела? Сзади послышался хруст гравия под чьими-то шагами, и Аманда обернулась.

Новая жена Хэпа Маккензи стояла рядом и смотрела на нее внимательно.

- Ты в порядке? - спросила она.

- Да, спасибо. Все просто прекрасно.

Брук кивнула, игнорируя сарказм, и присела рядом на ледяную скамейку.

- Он не останется с ней, - сказала она.

Аманда удивилась и впервые взглянула на Брук Маккензи с интересом. Новой миссис Маккензи не исполнилось еще и тридцати, у нее темно-рыжие роскошные волосы и нежная кожа без единой морщинки. Прошлой весной именно Брук была главной героиней местных сплетен, ведь Хэп Маккензи женился на девушке почти в два раза моложе себя.

- Она слишком яркая, - говорила теперь красивая миссис Маккензи. - С ней весело проводить время и тусоваться, но рано или поздно он захочет, чтобы кто-то стирал и готовил.

- И тогда он вернется ко мне и все будет хорошо?

- Нет. - Брук взглянула на Аманду серьезными глазами. - Тогда он найдет себе другую, более домашнюю. И женится на ней.

- Ах, вот как! Спасибо, что приободрила. Теперь я понимаю, почему мы раньше не общались.

- Мне жаль. - Брук пожала плечами. - Могу привести статистику разводов по стране, но цифры удручающие.

- Еще раз спасибо.

- Не за что. - Брук улыбнулась, и ее личико вдруг преобразилось: льдистые серые глаза стали теплыми, а губы (не хуже, чем у Анджелины Джоли) сложились в искреннюю улыбку. - И хочу добавить в утешение, что вскоре он начнет обращаться со второй женой точно так же, как обращался с тобой. У мужиков нет фантазии - жена всегда жена, а подружка - подружка. Они никогда не разнообразят свой стиль.

- Ты права, мне стало легче. - Аманда не удержалась от улыбки.

- Еще неизвестно, кому достается больше дивидендов, - продолжала Брук. - Конечно, жена имеет статус, уважение окружающих, проводит с мужем больше времени, ну и до денег ей легче добраться… Но лично я думаю, что подружка получает намного больше внимания и заботы.

- Вот тут ты абсолютно права.

Аманда и Брук повернулись. Несколькими рядами ниже стояла Кэндис Шугамен, пассия тренера. Она являла собой классический образец роскошной блондинки. Отличительной чертой Кэндис Шугамен являлась элегантность.

- Я побывала и в том и в другом качестве, - сказала Кэндис. - И могу со всей ответственностью заявить - жена всегда остается в проигрыше… особенно если у нее нет хорошего адвоката.

- Надо же, наверное, Господь послал мне вас в утешение, - пробормотала Аманда. - Именно то, что нужно расстроенной женщине. Как вас зовут, ангелы-утешители? Надежда и доброта?

Аманда встала и оглянулась. У выхода с поля тренер разговаривал с Уайаттом и пасынком Брук. Все остальные игроки и зрители уже ушли.

Кэндис изогнула идеального рисунка бровь и решительно заявила:

- Хочу поздравить тебя с тем, как достойно ты вела себя сегодня. Думаю, это может тебе понадобиться. - Она протянула Аманде визитную карточку. - Я пользовалась помощью этого адвоката три раза - по числу моих разводов. Эта женщина не боится никого и ничего.

Огни над полем погасли. Дэн Донован и мальчики шли к трибунам. Вот они уже поднимаются по цементным ступеням. Аманда взглянула на карточку. Надпись гласила: «Энн Джастисс. Адвокат». Строчкой ниже было написано: «Бить мужчину нужно туда, где больнее всего, - по его кошельку».

Дэн Донован обнял Кэндис за плечи и, улыбаясь, смотрел, как Аманда и Брук отряхиваются, поднявшись со скамеек.

- Аманда, позвоните мне, если Уайатту нужно будет помочь с тренировками или еще с чем, хорошо? - Он взъерошил волосы мальчика и повернулся к Брук: - Надеюсь, Хэп вернется в город к субботе и придет поболеть за сына.

- Я тоже на это надеюсь, - отозвалась Брук с улыбкой. Сын Хэпа взглянул на нее угрюмо и молча пошел к машине.

Аманда сунула в карман визитку и, подхватив вещи, поспешила за остальными. Она несколько раз повторила про себя лозунг, написанный на визитке адвоката. А вот интересно, каково финансовое положение их семьи? Пожалуй, она сумеет использовать в своих интересах женщину, которая никого и ничего не боится. Аманда вздохнула: как бы ей хотелось, чтобы эти слова можно было отнести и к ней самой.