Выбор Ребекки - Мэри Брендан

Когда всадники выехали на проселочную дорогу в Уэстбрук, у Росса вырвался низкий похотливый смешок.

– Я бы не прочь воспользоваться ее услугами. Думаю, этого было бы нетрудно добиться…

Люк резко осадил лошадь и обернулся к брату. Прекрасные черты его лица исказил гнев.

– Попробуй тронь ее, и я… – От ярости у него перехватило дыхание.

Таким Росс его еще не видел.

* * *

Ребекка осторожно высвободилась из крепких объятий седовласой женщины.

– Марта, вы не представляете, как хорошо снова оказаться дома! – с улыбкой сказала она. – Как здесь тихо! – Ребекка начинала понимать, как она соскучилась по «Саммер-Хаузу».

В кухне вскоре появилась Люси, и Марта, отложив дела, внимательно посмотрела на девочку, увидев, без сомнения, огромный синяк, красовавшийся под глазом Люси.

– Марта, это Люси… Люси Мэйхью, моя новая ученица, – представила Ребекка девочку. – Садись за стол, Люси. – И та, ухватив кусок пирога, села за стол, с интересом рассматривая кухню.

Такое проявление невоспитанности огорчило Ребекку, но, вспомнив достигнутое ею за последние пять лет, она приободрилась. В один год Ребекка потеряла и своих родителей, и своего жениха, оставшись без каких-либо средств к существованию. Казалось, ее ждет безрадостное будущее – или тяжкий труд у чужих людей, или замужество по расчету. Но Бог был милостив к ней, и сейчас она живет у доброго и щедрого землевладельца, у нее есть дружба и поддержка Марты и ее мужа, есть много друзей среди приветливых соседей. И самое главное – у нее есть маленький уютный «Саммер-Хауз», дающий ей средства к существованию.

Марта разлила в стаканы душистый лимонад и поставила на стол. Отпивая маленькими глотками прохладный напиток, Ребекка улыбалась своим мыслям, вспоминая встречу у лесного озера. На какое-то мгновение в памяти возник образ красавца, чьи глаза были чернее угля, а волосы – чернее воронова крыла. Но образ тут же исчез, не затронув ее блаженного состояния.

Разумеется, Люк Трилоуни произвел сильное впечатление, но он был на озере проездом, и совершенно ясно, что они никогда не встретятся. От этой мысли ее охватила сладостная грусть, и пальцы машинально потянулись к тяжелому серебряному медальону, с которым она никогда не расставалась. Этот медальон подарил ей жених, Дэвид, с чьей безвременной кончиной она до сих пор не могла смириться.

– Марта, скажи, лорд Рэмсден уже вернулся из поездки?

– Пять дней его не было, но сейчас он, должно быть, уже дома. Майлз ждал его сегодня.

* * *

– Сколько осталось работников? – спросил Люк пожилого мужчину, который стоял навытяжку рядом с ним, в то время как Люк разглядывал заросшую сорняками дорогу к усадебному дому. Некогда ухоженная усадьба пришла в полное запустение.

Люк стоял у окна, опершись руками на оконную раму. Он не отрываясь вглядывался в видневшийся вдали лесок, вспоминая сегодняшнее приключение у лесного озера и девушку с бирюзовыми глазами.

– Восемь, – процедил сквозь зубы дворецкий.

По его интонации Люк понял, что старик от него явно что-то скрывает.

Со дня на день Эдварду Майлзу должно исполниться семьдесят, и, принимая во внимание его возраст, Люк как-то еще мог его понять. Что Люк не мог постичь, так это человеческую глупость в образе дворецкого, не желающего даже выглядеть приветливым и вежливым, хотя мог остаться без средств к существованию и крыши над головой на склоне лет.

Люк чувствовал невероятную усталость, очень хотел пить и в то же время испытывал какое-то странное волнение и смутную тревогу. Он впервые столкнулся с девушкой, которая без всякого сожаления рассталась с ним. И это заставляло его мысленно возвращаться к эпизоду у озера, хотя он понимал, что смешно придавать значение такой мимолетной встрече. Он встряхнулся и постарался сосредоточиться на Майлзе.

– Найдется в доме хоть немного бренди? – наконец спросил Люк, решив отложить дела часа на два, чтобы привести себя в порядок, так как они были в пути почти два дня.

Старик немного подумал и не спеша покачал головой.

– Хотя бы какого-нибудь вина? – Люк чувствовал, что медлительность старого дворецкого начинает выводить его из себя.

– Джудит может приготовить немного лимонада, – невозмутимо произнес старик. – Я могу распорядиться, если вы пожелаете.

Он что, издевается надо мной? – подумал Люк, в упор разглядывая дворецкого. Однако тот с отсутствующим видом флегматично смотрел куда-то вдаль.

– Хорошо, – сдался Люк, понимая, что хорошего в этом ничего нет.

Черт возьми, где же Росс? Вот уже час, как они приехали в Уэстбрук, маленькую деревушку, и Росс сразу куда-то исчез.

– Постарайся через час собрать всех слуг в большой прихожей. Я хочу поговорить с ними. И принеси какой-нибудь еды, – приказал властным тоном Люк.

Старик небрежно поклонился и вышел из кабинета. Затем медленно побрел к кухне, с трудом переставляя ноги. Когда Люк пронесся мимо легким широким шагом, Майлз проводил его негодующим взглядом.

Люк спустился по каменным ступеням крыльца и, обойдя дом, направился к хозяйственным постройкам, надеясь, что длительное отсутствие Росса происходит не по причине легкомыслия брата, расточающего сейчас любезности какой-нибудь молоденькой служанке. Представив эту картину, Люк ругнулся и, с силой рванув дверь амбара, быстро вошел… Господи, он не думал, что снова увидит ее! Если бы они с братом не свернули с дороги, чтобы укрыться от палящих лучей солнца в лесу, они бы никогда не встретились… И теперь по милости ее бирюзовых глаз он потерял покой.

– Мистер Трилоуни? – удивленно воскликнула Ребекка, щурясь от снопа яркого солнечного света, ворвавшегося в полутемный амбар через открытую дверь.